Картина, которую видит каждый, немного отличается, единственное, что у них общее — это подозрение к другим.
Они и так были разделены, а после ночи это только усугубилось, и под влиянием иллюзий они разочаровались друг в друге.
Но тот, кто всем этим манипулирует, сидит на вершине колокольни, наблюдая за этим фарсом, в его спокойном взгляде нет никаких колебаний, и лишь взглянув на западное побережье, на его лице появляется легкая улыбка.
Словно марионетка вдруг ожила и выдала уродливую злобную улыбку.
Бай Чи, все еще ищущий товарищей, не знает, куда именно идти. Он пошел к месту стоянки корабля, но не нашел Михала, предположив, что тот, вероятно, тоже забеспокоился из-за их задержки и вернулся в деревню.
Поэтому он решительно изменил маршрут, решив сначала заглянуть в деревню, но на полпути в его сердце возникло сильное предчувствие, побудившее его побежать к колокольне.
За мгновение до его прибытия четверо неизвестно под каким воздействием внезапно без всякого предупреждения напали друг на друга.
Когда Бай Чи добрался до места, они уже сцепились в драке.
В этот момент даже боль уже не могла их остановить, потому что им больше не нужно было руководство иллюзий, они искренне верили, что другие напали первыми.
Истина уже не имела значения, главное — повалить их.
— Эй, вы, ублюдки! Прекратите!!!
Раны на его теле еще не зажили, и к тому же он все время бежал, поэтому Бай Чи не поддавался влиянию иллюзий, а видел реальную картину.
Его доверенные товарищи из-за так называемого бога-хранителя потеряли доверие друг к другу и начали драться.
— Бай Чи?
Эйс замер, но в следующее мгновение он отвлекся в бою и получил прикладом, тут же потеряв время на подтверждение, и мог только сначала повалить этих парней, а потом разобраться с ними.
А другие как раз этого и хотели, в плане избиения товарищей их мнения были на удивление одинаковыми.
— Прекратите! Все это ложь, кто-то хочет, чтобы мы убили друг друга!!!
Видя, что они не собираются останавливаться, Бай Чи стиснул зубы и тоже вклинился в драку. Неизвестно, то ли пятерым было слишком тесно, то ли они больше любили драку вчетвером.
Бай Чи не успел приблизиться, как его кто-то выпихнул из зоны боя. От злости Бай Чи захотелось сейчас же врезать каждому из них по хорошему.
Но это все же можно было только мысленно, потому что, если не считать его умения стрелять, боевая мощь самого Бай Чи была оценена Эйсом как "слабак".
И намеренно убрав его с должности капитана команды, но не желая убирать должность талисмана, можно было видеть, что боевая мощь Бай Чи принадлежит к самому низкому уровню на корабле.
Их битва была в самом разгаре, и что бы Бай Чи ни кричал, это не могло повлиять на них.
Если не считать гения боя Эйса с его мускулами и Дьюса, который разбирался в медицине и знал, как бить больнее всего.
То возможности ближнего боя Скара и Михала на самом деле не были преимуществом.
Один был сотрудником тыловой разведки, другой — бойцом дальнего боя, и теоретически они вообще не должны были вступать в эту драку.
Возможно, это было влияние иллюзий, в такой ситуации Михал, человек с таким мягким характером, дошел до того, что начал бить прикладом, не говоря уже о Скаре.
В тот момент, когда Михал уже положил палец на спусковой крючок снайперской винтовки, вдали внезапно раздались три выстрела.
Внезапный звук заставил его руку замереть, и разум, уведенный иллюзиями, в этот момент вернулся.
Это была не его винтовка, но на месте происшествия, казалось, был только один человек, умеющий обращаться с оружием...
И этот человек говорил, что не будет стрелять нечетное количество раз...
Сильное чувство диссонанса поднялось из глубины его сердца.
В этот момент голос Бай Чи наконец пробился сквозь шум боя и дошел до его ушей.
— Да перестаньте уже, вы, ублюдки!!! Вас обманули иллюзии, я запишу это и буду рассказывать каждому новичку, пока они не смогут выучить это наизусть!!!
Долгая пробежка уже вызвала колющую боль в ногах Бай Чи, его лицо побледнело, но он не забывал угрожать.
Однако его и без того измученное тело не могло долго продержаться, и, увидев, что некоторые из них начали останавливаться, он скатился вниз по небольшому склону.
Черт... как больно... Знал бы, не выпендривался бы...
Так думал Бай Чи, прежде чем скатиться вниз по склону. Он ведь даже рискнул взорвать свои сокровища, чтобы предупредить их огнем.
Если эти ребята не поймут его намека, то после решения этой проблемы он обязательно покажет им, где раки зимуют.
— Бай Чи!!
Эйс, наконец убедившись, что ему не мерещится, первым делом подбежал к нему, убедился, что он действительно жив, и обнял его, словно с облегчением выдохнув.
— Как хорошо, что ты жив!
Дьюс тоже подбежал, услышав голос, вытащил его из медвежьих объятий Эйса и принялся осматривать Бай Чи сверху донизу.
— Никаких ожогов? Разве ты не должен был рассыпаться в пепел от случайного выстрела Эйса? Как же ты умудрился получить столько синяков и проникающих ранений?
Дьюс кружил вокруг Бай Чи, выпятив задницу, словно папа-пингвин, высиживающий яйцо, а его пальцы сновали между бинтами, словно перебирая перья.
В конце концов он вдруг прижался лбом к животу раненого, чтобы измерить температуру, а пучок волос, торчащий из-за недавней битвы, покачивался в такт его дыханию.
Он все бормотал что-то вроде "не должно быть", "как он вообще не умер", "откуда столько ран" и тому подобное.
— Бу-бу-бу-бу... дай-ка мне живот пощупать?
Бай Чи сразу понял, что этот парень определенно увидел какую-то странную картину в иллюзии, и Бай Чи почувствовал облегчение, что они прекратили убивать друг друга, поэтому не обратил особого внимания на то, как тот увидел его смерть.
Ему даже сейчас было очень смешно.
Потому что, глядя на него сверху вниз, он действительно чувствовал, что этот парень больше похож на тюленя, который делает ему осмотр.
Поэтому Бай Чи издал несколько воздушных звуков, а затем в шутку спросил, умеет ли Дьюс хлопать тюленя по животу?
У него было такое чувство, что если он сейчас же оправится, то этот парень действительно сможет такое вытворить.
Жаль, что под рукой нет жучка-летописца...
— Что за чушь, Эйсу стоило тебя сжечь дотла.
Убедившись, что ему хоть и больно, но его жизни ничего не угрожает, Дьюс с облегчением выдохнул и, естественно, подхватил разговор, привычно огрызнувшись на него.
— Э? Так ты видел, как я сжег Бай Чи, и поэтому напал на меня?
К этому моменту собрались товарищи, Эйс и так стоял рядом и пристально смотрел на них, а теперь, услышав, как Дьюс снова заговорил об этом, сразу понял, что он имел в виду.
http://tl.rulate.ru/book/154821/9468516
Готово:
