Обнажить меч: сорок тысяч — только начало

АННОТАЦИЯ

Сюй Пин очнулся в теле бандита — в горах, среди нищеты, старых винтовок и людей, которых весь мир считал мусором. Чёрная Туча была не крепостью, а приговором: окружённая, обречённая, забытая всеми сторонами войны.

[Система удвоения населения активирована.]

С этого момента правила изменились. Людей стало больше. Потом ещё больше. Каждую ночь лагерь разрастался, словно живой организм, пока число бойцов не превратилось в пугающую цифру, от которой у штабов начинали дрожать руки.

Японские офицеры не понимали, откуда берутся эти силы. Командование не верило донесениям. Даже Ли Юньлун, привыкший действовать нагло и напрямую, пришёл не с приказом, а с предложением.

– Сюй Пин, давай по-хорошему. Вливайся, – сказал он, глядя на горы.

Сюй Пин усмехнулся, зажал сигарету в зубах и посмотрел на выстроенные ряды.

– Старый Ли, – спокойно ответил он, – твой полк мне даже между зубов не застрянет.

Он не герой и не спаситель. Он — тот, кто понял простую истину войны: решает не происхождение, не знамёна и не красивые слова. Решает численность, контроль и готовность идти до конца.