В дождливую ночь, под эстакадой, в «Майбахе».
Кроме «Майбаха», никакой другой машине было не выбраться из Нибелунгена.
К счастью, он ехал не на «Майбахе»…
Эм…
Неправильно, его ведь не заперло в Нибелунгене, он просто ехал в Байчэн забрать человека.
С ливнем, на эстакаде, «Синьжуй L».
Поддерживать отечественный автопром — правильно, главное, что ему нравился внешний вид этой машины.
Во многих районах Байчэна уже начала скапливаться вода, подводный тоннель был немедленно закрыт, дорога, которая обычно занимала минут десять, теперь по эстакаде занимала полчаса.
К счастью, на дороге было немного машин.
Все это время Ли Фань непрерывно отправлял видеозвонки девушке-арендатору, но она так ни разу и не ответила.
Наверное, её телефон промок и сломался.
Но такой сильный дождь, да ещё и в таком состоянии, точно не уйдёт далеко от места работы.
…
…
Дождь становился всё сильнее.
В поле зрения была только белая пелена, видимость — меньше пяти метров.
Фигура Е Сяосяо окончательно растворилась в пелене дождя.
Исчезла из кадров коротких видео других людей.
Все думали, что она ушла далеко.
На самом деле, это было не так.
В этот момент Е Сяосяо сидела, присев, у клумбы, не дальше чем в трёхстах метрах от компании.
Крепко обхватив колени руками, она спрятала в них голову.
В июле жаркое солнце, температура резко меняется.
Тнём может быть и за тридцать градусов, а ночью — всего десять.
Сейчас, хотя и была середина дня, бушевавший шторм с сильными конвективными потоками и проливным дождем вызывал быстрое понижение температуры.
К тому же, Е Сяосяо была не в лучшем физическом и моральном состоянии, промокнув под этим проливным дождем, её тело не переставая дрожало.
Возможно, раньше она просто была не в себе, поэтому и не пряталась от этого ливня.
Но теперь холод действительно вернул ей сознание, однако слабость тела не позволяла ей сдвинуться с места.
Холодно, голодно и ноги дрожат.
Ей оставалось только свернуться в клубок, надеясь, что какой-нибудь добрый прохожий поможет ей.
Однако, с течением времени, она, казалось, постепенно теряла контроль над телом.
Холод, онемение.
А потом — только онемение.
Никто так и не вышел ей помочь, ни единый человек…
Е Сяосяо не была слишком сентиментальной, она понимала, что никто ей ничего не должен.
Но ей было очень обидно.
Она ведь так старалась жить, так почему же ей приходилось терпеть всё это.
Ей казалось, что земля под ногами превратилась в бездну, и она неудержимо падала вниз.
Бескрайняя тьма быстро поглощала свет в её жизни, не оставляя ни малейшего проблеска.
Дзынь—!
Раздался тихий звук тормозов, кажется, ещё и разбрызгалась лужа у обочины.
Вода попала ей на руку.
Вода, впитавшая тепло земли, была немного теплее, чем струи дождя, падающие с неба.
Главное, её тело было очень холодным, поэтому она очень ясно чувствовала это малейшее изменение температуры.
Ей ещё больше хотелось плакать.
Никто не помог, да ещё и облили водой из лужи.
Бах!
Это звук захлопнувшейся двери машины, он спустился.
Неизвестно почему, Е Сяосяо, спрятав голову в колени, медленно повернула голову, обнажив пару неотфокусированных глаз.
В белой пелене дождя размытая фигура быстро становилась отчётливой.
— Тебе весело под дождём?
Один присел к земле, другой, наклонившись, смотрел в глаза лежащей.
Зонт, достаточно большой, чтобы накрыть их обоих, крепко держали в руке.
Голос был знакомым, расфокусированный взгляд Е Сяосяо медленно сфокусировался на лице подошедшего.
Это было некрасивое лицо, но очень приятное.
Словно обладало волшебной силой: чем дольше смотришь, тем сильнее хочется сблизиться.
Словно на нём было место, где она чувствовала себя в безопасности.
Это из-за той дешёвой, будто бы подаренной аренды?
Или из-за бесплатных обедов и ужинов, которые она получала несколько дней подряд?
Е Сяосяо никогда не думала, что встретит здесь Ли Фаня…
Нет, она никогда не думала, что Ли Фань выйдет её искать.
Она думала, что брошена всем миром, что её мир поглотит тьма.
Но нашёлся человек, который принёс с собой луч света, разорвал тьму, заволакивающую её, и протянул ей руку.
Она инстинктивно медленно протянула свою окоченевшую от холода и дрожащую руку.
Затем её ладонь схватили.
Большая, тёплая, сильная.
Ли Фань слегка потянул, и тело Е Сяосяо поднялось.
Но прежде чем он успел поддержать её за плечо, стройная фигура бросилась ему в объятия.
Не было никакого прекрасного ощущения объятий.
Он почувствовал, что обнял ледяную статую.
Инстинктивно вздрогнув, он сразу же покрылся мурашками.
— Ты…
— Вааа!
Его жалоба не успела вырваться наружу, как она была прервана рыданиями девушки в его объятиях.
Сколько же обиды нужно было вынести, чтобы выплеснуть так сильно эмоции.
Свободной рукой Ли Фань неуверенно потянулся к спине Е Сяосяо и начал мягко похлопывать.
Он немного радовался, что ливень не только заглушил плач, но и скрыл вид вокруг.
Иначе он, возможно, тоже стал бы героем короткого видео.
И неизвестно, какие истории о его подлости были бы выдуманы.
Хотя он ничего не сделал.
— Всё выплеснула? Если всё, то садись в машину, поехали домой!
Неизвестно, сколько прошло времени, но Ли Фань, почувствовав, что рыдания Е Сяосяо постепенно стихают, тихо спросил ей на ухо.
Половину своего тепла он отдал Е Сяосяо.
Если они будут стоять под ливнем дальше, он чувствовал, что сегодня им обоим придётся попасть в больницу.
Услышав его вопрос, Е Сяосяо внезапно вздрогнула.
Сознание, будто бы улетевшее в космос, казалось, полностью вернулось.
Она почувствовала жар на лице, и в этом холодном дожде казалось, что виден пар.
Она резко отступила на шаг, пытаясь отдалиться от Ли Фаня.
Но её ноги подкосились, и она чуть не упала в лужу.
В этот момент сильная рука перехватила её за плечо.
И притянула к себе.
Другая её рука снова коснулась его тёплой груди.
На этот раз, хоть и не было такого объятия лицом к лицу, как раньше, но, стоя рядом и опираясь на него, их поза была достаточно двусмысленной.
Однако Е Сяосяо больше не сопротивлялась.
Хотя она и забрала часть тепла у Ли Фаня, но сейчас она всё ещё была голодна и холодна, ноги подкашивались.
Без поддержки Ли Фаня она, боюсь, снова опустилась бы на землю.
Машина стояла на обочине. Обычно, даже если бы не приехал эвакуатор, охранники из близлежащих компаний давно бы уже заблокировали ему колёса.
Но сейчас никто не был в настроении разбираться с его неправильной парковкой.
Поддержав Е Сяосяо, он сначала помог ей сесть на переднее сиденье, а затем обошёл машину, сел за руль.
Не обращая внимания на капли воды на зонте, он небрежно бросил его на заднее сиденье, завёл машину и включил тёплый обдув.
Кто бы мог подумать, что летом приходится включать отопление.
— Протри, пожалуйста. Это полотенце чистое.
Чистое или нет — неизвестно, но, по крайней мере, это новое полотенце.
Ли Фань только что снял упаковку.
Машина и квартира были куплены примерно в одно время, просто Ли Фань чаще оставался дома.
Типичный водитель «со стажем», который «расходует два бака в год».
Поэтому эта пачка автомобильных полотенец, купленная тогда, впервые пригодилась именно сегодня.
Лицо Е Сяосяо, с того момента, как она пришла в себя, не переставало гореть.
А когда Ли Фань протянул ей полотенце, оно стало ещё горячее.
Когда она вышла из дома утром, на ней была только белая футболка.
Такая футболка, промокнув под ливнем, ощущалась так, будто её и нет.
Хорошо, что она не любила тёмное нижнее бельё, иначе было бы совсем неловко.
Она положила одно полотенце на грудь, а затем попросила ещё одно, чтобы вытереть волосы.
Переключил передачу, поехали.
Ли Фань даже не смотрел по сторонам.
Ха, он же уже видел…
— Запись песни не заладилась?
Поездка сюда заняла полчаса, а теперь, когда в Байчэне из-за сильных дождей многие участки дорог затопило, обратный путь займёт ещё больше времени.
Молчание в машине вызывало у Ли Фаня неловкость, а также беспокойство за то, что случилось с Е Сяосяо.
Поэтому он невольно поинтересовался.
— Нет, запись песни прошла очень хорошо, просто компания не разрешила мне её петь.
Если бы это было раньше, Е Сяосяо не стала бы говорить Ли Фаню об этих вещах.
Ведь они были не так близки… эх, возможно, чуть-чуть ближе, чем просто незнакомцы.
Но ещё не до такой степени, чтобы делиться сокровенными мыслями.
Но сейчас Ли Фань стал единственным лучом света в её мрачной жизни.
Она бессознательно хотела приблизиться к нему, высказать ему свои обиды.
Однако её сдержанность не позволяла ей начать первой.
Но теперь Ли Фань сам спросил.
— Меня расстраивает не только то, что мне не дали спеть, но и то, что Ли Юэ украла эту песню, украла мою единственную сцену.
Я никак не могла представить, что в итоге именно она столкнёт меня в пропасть?
— Остерегайся подруг, как огня и кражи.
Отношения Е Сяосяо и Ли Юэ ещё на заре их карьеры, когда они обе отличились на конкурсе начинающих певцов, освещались СМИ.
Ведь они жили в одной комнате и вместе попали в одну компанию, это было хорошим поводом для новостей.
Ли Фань видел эти репортажи, поэтому знал об их отношениях.
Он не ожидал, что, несмотря на их расставание, Е Сяосяо так ценила их отношения.
В мире чувств тот, кто вкладывает больше, всегда оказывается в проигрыше.
— Она не моя подруга, больше не будет, — тихо сказала Е Сяосяо.
Когда она украла эту песню, их отношения уже закончились.
Три года совместного времени можно считать брошенными собакам.
— Какие у тебя дальнейшие планы?
Не акцентируя внимание на её болевой точке, Ли Фань сменил тему.
— Штраф за нарушение контракта слишком высок, я не могу его оплатить, могу только тянуть время. К счастью, я подписала контракт всего на год, осталось два месяца.
Однако, чтобы полностью расторгнуть контракт, мне не хватает ещё двух оригинальных песен.
Три оригинальные песни в год — много ли это? На самом деле, немного.
Но ключевое — Е Сяосяо была новичком и не профессиональным автором песен.
После вступления в компанию у неё было не так много времени на творчество.
До того, как её «заморозили», она должна была принимать участие в корпоративных банкетах и развлекать гостей.
После «заморозки» её настроение ещё больше запуталось, и она вообще не могла ничего написать.
Если бы не выпускной, который подтолкнул её, вряд ли бы ей удалось так легко написать песню.
Кроме того, её песня смогла принять окончательную форму благодаря, намеренной или случайной, помощи Ли Фаня.
Только закончила университет, нет, она ещё даже не закончила, осмелилась подписать такой контракт.
Действительно, сама себя продала.
— Ты такая глупая, — не удержался Ли Фань.
— Это юношеская безрассудность, — она всё ещё не сдавалась.
Но, подумав о нынешнем затруднительном положении, Е Сяосяо могла только горько улыбнуться.
— Действительно очень глупа.
— Ты пойдёшь на выпускной?
— спросил Ли Фань.
— У меня даже песни нет, потом ещё придётся позвонить учителю Шу Туну…
Сказав это, она вдруг встрепенулась и быстро взяла свою сумочку.
Этот пакет только что плавал в дождевой воде, её телефон лежал в сумке, если бы он тоже промок, это было бы ужасно.
У неё не было денег на новый телефон.
— Фух, к счастью.
Открыв сумку, она увидела, что вода не попала внутрь.
Е Сяосяо не могла не выдохнуть с облегчением.
— Высококачественная вещь? И водонепроницаемая?
— Хе-хе, подделка, подделка. Тот продавец сказал, что материал ПВХ.
ПВХ? Пластик?
Ну, пластик действительно водонепроницаем.
Видя, что настроение Е Сяосяо, впервые за долгое время, улучшилось, Ли Фань решил не вдаваться в подробности.
— Если не пойдёшь, ты будешь довольна?
Е Сяосяо открыла экран телефона, на нём отображались более десяти уведомлений о сообщениях WeChat.
Это были видеозвонки, которые Ли Фань отправил ей ранее.
Её сердце потеплело, оказывается, помимо семьи, кто-то ещё беспокоился о ней.
Нет, домашние, отправляя ей сообщения, лишь просили денег.
— Недовольство не поможет, ничего не поделаешь. Осталось всего два дня, я никак не смогу написать ещё одну новую песню.
К тому же, даже если бы написала, они бы всё равно могли её просто забрать.
Сказав это, она разблокировала телефон, собираясь позвонить учителю Шу Туну из «Чжии» и сообщить, что не сможет участвовать в выпускном.
Однако, прежде чем она успела набрать номер, её руку схватили.
— Если хочешь идти, иди. Как раз, у меня есть песня, можешь её спеть.
— Что ты сказал—!
http://tl.rulate.ru/book/154676/9800312
Готово:
