— Е Хань! — Мой голос, леденящий душу, полный сдерживаемой, но предельной ярости, громом раскатился в ушах. — Ты… спе-ци-ально?!
Я:
— !!!
В мыслях: «Чёрт! Спалился?! Как он догадался?! Система, твои спецэффекты никуда не годятся!»
Я до смерти перепугался, сердце чуть из горла не выскочило! Инстинктивно захотелось прикинуться мёртвым и продолжать «слабо» стонать:
— Ста… старший брат… Мне… мне так больно… Не понимаю, о чём ты…
— Замолчи! — рявкнул Е Хань. В его голосе слышались невиданный прежде гнев и… едва уловимая нотка боли?
Он резко схватил меня за запястье с такой силой, что, казалось, вот-вот сломает кости! Ледяной, пронизывающий до мозга костей поток духовной энергии, в то же время властный и неоспоримый, подобно скальпелю, точно проник в мои меридианы, грубо рассеивая жалкие остатки обратной духовной энергии, которой я пытался притвориться, мгновенно сглаживая все следы «беспорядка»!
Мои маленькие уловки, под его божественным чутьем уровня «Зарождающейся души» и чистой духовной энергией, растаяли, как снег под солнцем, мгновенно исчезнув без следа!
— Э… — от безжалостного напора духовной энергии вырвался приглушенный стон, лицо действительно побелело (от боли!), и я мгновенно покрылся холодным потом.
[Динь! «Зелёный чай. План с мученичеством» принудительно прерван! Спецэффекты исчезли! Хозяин получил лёгкую отдачу духовной энергии! Энергия насмешек: -20! Предупреждение: Игры с огнём опасны, улучшайте актёрское мастерство!]
Я: «…»
В мыслях: «Система, заткнись! После драки кулаками не машут!»
Е Хань пристально смотрел на меня. В его ледяных синих глазах бушевал ураган! Прежняя холодность, отстраненность, сдержанность — всё исчезло. Их заменили почти зверская ярость и… разочарование?
— Насильно обращать духовную энергию, повреждая меридианы… Шэнь Сянь! Ты развернулся?! — Его слова были словно выдавлены сквозь зубы, каждое слово, как ледяная сосулька, с силой вонзалось в моё сердце. — Ради чего? Чтобы я посмотрел на тебя? Обратил внимание?! Или думаешь, это очень забавно?!
Я вздрогнул от его крика. Трусость, страх, обида и лёгкий стыд от того, что мои мысли раскрыли, мгновенно захлестнули меня. Но язык оказался проворнее разума, и я подсознательно огрызнулся в ответ:
— Да! Я сделал это специально! Кто просил тебя игнорировать меня?! Кто позволял тебе прятаться от меня?! Кто сказал, что ты «заботишься обо мне»! С какой стати ты отталкиваешь меня?! Разве нельзя разделить секреты?! Ты вообще кто такой?!
Я выпалил всё это на одном дыхании, грудь моя тяжело вздымалась, глаза покраснели, и я уставился на него.
Казалось, слова повергли Е Ханя в шок. Ярость в его глазах застыла на мгновение, промелькнула сложная гамма эмоций, но вскоре её снова накрыла ледяная пелена.
Он резко отпустил моё запястье, поднялся и, глядя на меня сверху вниз, источал такой холод, что, казалось, вся палатка вот-вот замёрзнет.
— Разделить? — с холодным презрением усмехнулся он. В его смехе звучали бесконечная насмешка и ледяной холод. — С чего ты взял, что можешь разделять? Со своим уровнем ничтожного мастерства? Со своей так называемой «Системой»? Или со своим самодовольством и до абсурда нелепыми страданиями?!
Меня словно поразила молния, кровь во всём теле застыла!
— Ты… — Мои губы дрожали, я не мог вымолвить ни слова.
— Ты думаешь, твои секреты хорошо спрятаны? — Взгляд Е Ханя был острым, как нож, словно он собирался рассечь меня на части. — Душа из другого мира? Система в теле? Энергия насмешек? Ты думаешь, это то, чем стоит хвастаться?! Это смертный приговор! Это мечта демонической секты и скрытых в темноте старых монстров — заполучить «алхимическую печь» и «ключ»!
С каждым словом он приближался ко мне, ледяное давление сжимало меня так сильно, что я едва мог дышать.
— Ты знаешь, что означает «Кровь ледяной тюрьмы»? Ты знаешь, какие существа будут жаждать того, кто носит на себе эту печать?! Ты знаешь, почему я изо всех сил пытаюсь оттолкнуть тебя, не хочу, чтобы тебя втянули в это болото?!
Его голос внезапно повысился, в нём звучала почти отчаянная хрипота:
— Потому что я не смогу защитить тебя! Шэнь Сянь! Я не смогу защитить тебя! Ты понимаешь?!
Последние слова он почти выкрикнул. В его голосе чувствовались бессилие, боль и непостижимый страх.
Я совершенно опешил, в голове воцарилась пустота. Я тупо смотрел на него, на никогда не проявлявшиеся прежде хрупкость и отчаяние, обнажившиеся после того, как он сорвал ледяную маску.
В мыслях: «Он… он всегда знал… Он знает о Системе… Он знает всё… Он отталкивает меня… потому что боится? Боится, что не сможет защитить меня?»
Огромный шок и неописуемая жалость мгновенно захлестнули меня. Прежняя обида, гнев, расчёт — все исчезли без следа, оставив лишь горечь и… всепоглощающую печаль.
— Старший брат… Я… — Я открыл рот, но слова застряли в горле.
— Замолчи! — Е Хань резко развернулся, стоя ко мне спиной. Его плечи, казалось, слегка дрожали. Голос снова стал ледяным и скованным, но в нём промелькнула едва уловимая хрипотца. — Забудь о своих смешных мыслях. С этого момента держись ближе к отряду и не делай никаких глупостей. После завершения задания немедленно возвращайся в секту. После этого… нам не нужно больше видеться.
Сказав это, он не дал мне и шанса ответить. Открыл полог палатки и большими шагами вышел, оставив мне лишь решительную и ледяную спину.
Я один сидел на кровати, глядя в ту сторону, где он исчез. Слёзы наконец-то не выдержали и крупными каплями покатились по щекам.
В мыслях: «Ублюдок… Е Хань, ты чёртов ублюдок… Самовлюблённый болван… Кому нужна твоя защита… Кто боится быть затянутым в это…»
Но в сердце было невыносимо больно.
Оказывается, за его холодностью, его отстраненностью, за всем его отталкиванием… скрываются такой страх и… защита.
А я, с помощью таких наивных и нелепых методов, пытался проверить, давил на него…
В мыслях: «Шэнь Сянь, ты такой дурак! Самый большой дурак в мире!»
Я яростно вытер лицо, глубоко вздохнул и с усилием поднялся.
В мыслях: «Нет! Нельзя так это оставить! Ты сказал, что мы больше не увидимся, значит, так и будет? С чего бы?! Я обязательно встречусь с тобой! Какая разница, что это грязная вода? Я обязательно в неё залезу! Не сможешь защитить? Умрём вместе! Кого это волнует!»
Я выбежал из палатки. Снаружи по-прежнему бушевала метель.
Е Хань стоял на краю лагеря, его спина была такой одинокой, словно ледяная скульптура.
Члены отряда держались от него подальше, боясь даже дышать.
Я большими шагами подошёл к нему и, ни о чём не заботясь, громко крикнул:
— Е Хань! Слушай меня внимательно!
Его тело напряглось, но он не обернулся.
— Система — это моё дело! Насмешки — это моё дело! Душа из другого мира — это тоже моё дело! Нечего тебе беспокоиться об этом!
— «Ледяной Ад Греховной Крови» — это твой секрет! Не хочешь говорить — я не спрашиваю! Но ты хочешь в одиночку это вынести? Ни за что!
— Боишься меня втянуть? Боишься не защитить? Это твои проблемы! А я не боюсь!
— Ты же хотел, чтобы я держалась подальше? А я не буду! Я нарочно буду тебя преследовать! И что ты сделаешь?
Выпалив это на одном дыхании, я чувствовала, как от волнения вздымается грудь, глаза широко раскрыты, и я, не отступая, смотрю ему в спину.
Е Хан резко обернулся, его глаза были полны потрясения, гнева и… капли недоверия?
Все вокруг словно окаменели, ошеломленно глядя на нас.
В метели мы стояли, впившись взглядами друг в друга, и казалось, что воздух застыл.
Спустя долгое время гнев в глазах Е Хана постепенно сменился более глубокими и сложными чувствами. Он смотрел на меня, словно видел впервые.
В конце концов, он ничего не сказал, лишь бросил на меня крайне сложный взгляд, развернулся и снова двинулся вглубь метели.
Но на этот раз его шаги, казалось… уже не были такими решительными.
Я стояла на месте, сжав кулаки, и мысленно поклялась:
«Е Хан, погоди! Этот айсберг я точно растоплю!»
http://tl.rulate.ru/book/154401/8917645
Готово:
