Поглощающий всё вихрь тьмы бешено вращался, искажая свет, разрывая пространство и издавая леденящий душу вой. В самой сердцевине его зияла точка абсолютной тьмы, словно соединяющаяся с абсолютной пустотой, существовавшей до рождения вселенной, источая безграничную силу всасывания!
Семицветное буддийское сияние драгоценного дерева Гуаньинь стремительно померкло и уже не могло вернуться, даже её тело стало наклоняться к вихрю! Лицо её побледнело, она больше не могла сохранять торжественное и благоговейное выражение, торопливо читая мантры, излучая ослепительный лотосовый ореол вокруг себя; она насильно стабилизировала своё тело, чтобы противостоять силе поглощения.
Нэчжа был ещё более жалок: пламя огненных колёс затягивалось назад длинным хвостом, он отчаянно использовал божественную силу, но не мог остановить своё отступление и в испуге громко закричал:
— Что это за чертовщина?! Бодхисатва! Придумайте что-нибудь!
Небесные солдаты, генералы, архаты и монахи были подобны опавшим листьям на ветру: их строй давно рассыпался, они с воплями втягивались в вихрь. У тех, чья культивация была немного слабее, защитное сияние мгновенно разбивалось, а тела бесшумно погружались во тьму, словно чернильные капли в воде, не оставив и следа ряби, и навсегда исчезали!
Ужас! Великий ужас!
После того, как этот древний жертвенник был полностью активирован, вызванный им вихрь тьмы оказался намного сильнее, чем можно было себе представить, он мог поглощать даже небожителей и будд, словно вся энергия и материя были его пищей!
Наиболее сильное ощущение испытывал Чёрный Укун, находившийся в самом центре вихря! Ужасающая сила всасывания была направлена в основном на энергию и души, он чувствовал, что его, едва восстановившаяся, демоническая мана безумно утекала, вытягиваемая вихрем, и даже его сознание затуманивалось, готовое быть втянутым в эту бездонную тьму!
«Нет! Я не могу туда попасть!» — в его сердце зазвучал тревожный звонок: исходившая из глубины вихря аура пугала его даже больше, чем внешние небожители и будды. Это была абсолютная мёртвая тишина и неизвестность, и, если его затянет туда, его ждёт участь, худшая, чем если бы он попал в руки Небесного двора!
Он безумно направлял силу, даже снова насильно выжимая из себя только-что успокоившееся демоническое лоно *, насмерть сопротивляясь силе всасывания, его тело словно гвоздями было прибито к жертвеннику, вступая в перетягивание каната с вихрем!
Именно в этот крайне хаотичный момент, силуэт древнего корабля из костей, плавающий в искажённых тенях по краям вихря, становился всё более отчётливым!
Он, наконец, полностью вырвался из какой-то пространственной преграды, явив свой истинный облик!
Это был огромный, невероятных размеров корабль чрезвычайно странной формы! Всё судно было словно собрано из бледных костей какого-то неизвестного гигантского существа. Нос корабля представлял собой отвратительный череп зверя с пустыми глазницами, по бокам простирались бесчисленные острые мачты, словно рёбра, на которых висели оборванные паруса, сотканные, казалось, из теней. Весь корабль источал густую до крайности мёртвую тишину, обиду и хаотическую ауру, такую же, как у жертвенника, но еще более древнюю!
Он не двигался за счет ветра или магической силы, а словно плыл по самой пустоте, следуя силе всасывания вихря тьмы, медленно и неудержимо направляясь к его центру! Там, где проходил корабль, даже яростная сила всасывания, казалось, сглаживалась исходящей от него аурой мёртвой тишины (или, скорее, ассимилировалась ею).
— Что... что это такое?! — Нэчжа с трудом стабилизировался и, увидев этот обветшалый, но внушающий ужас древний корабль, задрожал голосом. Он никогда не видел ничего настолько странного и зловещего!
Бодхисатва Гуаньинь тоже сузила зрачки. Она почувствовала от этого древнего корабля древность и зло, намного превосходящие жертвенник! Это не просто демоническая или мёртвая ци, а... словно накопившаяся за бесчисленные эпохи, увидевшая рождение и гибель вселенной, абсолютная мёртвая тишина!
— Переправа в Подземный мир... древняя легенда оказалась правдой... — казалось, Гуаньинь вспомнила записи в каких-то древних буддийских писаниях, и её лицо стало невероятно мрачным, — Во времена, когда хаос ещё не был разделён, был демон-бог, управлявший переходом между жизнью и смертью... Его корабль мог пересекать пустоту, забирая мёртвых, чтобы они вернулись в вечный покой... Этот корабль... неужели это...?
Она не успела закончить свои слова, потому что корабль из костей уже прорвался сквозь бушующую силу всасывания и, словно призрак, бесшумно прибыл в центр вихря, и огромный, пустой звериный череп носа корабля был направлен прямо на Чёрного Укуна, отчаянно борющегося на жертвеннике!
В пустых глазницах носа корабля внезапно вспыхнули два глубоких, как вселенские чёрные дыры, луча света!
Это был не взгляд, а чистое, ледяное «созерцание»! Под этим «взглядом» Чёрный Укун почувствовал, как всё его тело застыло, словно даже мысли должны были замерзнуть, и вся борьба и сила казались такими смешными и ничтожными перед лицом этой абсолютной мёртвой тишины!
Он даже почувствовал, как демонические мысли Каоса, бешено бушующие в его теле, и беспокойное демоническое лоно под этим «взглядом» мгновенно съёжились и успокоились, словно столкнулись с заклятым врагом или... существом более высокого уровня!
Древний корабль медленно остановился, и его огромный нос почти коснулся жертвенника. Низкий, хриплый голос, словно шёпот миллиардов мёртвых душ, и в то же время похожий на вздох самой вселенной, прозвучал прямо из глубин души Чёрного Укуна:
— Дитя... хаоса... скитающееся... на грани... жизни и смерти...
— На корабль... или... вернуться в ничто...
Ни угроз, ни искушений, только два ледяных выбора. Словно это просто обычный вопрос.
Сердце Чёрного Укуна бешено заколотилось, холодный пот (если у демонической обезьяны он вообще есть) мгновенно пропитал всё тело. Он нисколько не сомневался, что, если он решит отказаться, в следующую секунду этот странный древний корабль или этот вихрь тьмы полностью поглотят его!
Подняться на борт? Что произойдёт после того, как он поднимется на этот чёрный корабль, который выглядит хуже ада?
В тот момент, когда его разум был потрясён и не мог принять решение...
В глубине его моря сознания, то слабое, но упорное пламя сердца, зажжённое одержимостью Цзыся, снова вспыхнуло и стало беспрецедентно ярким и тёплым!
Словно под воздействием этого пламени сердца, или из-за близости к этому древнему кораблю, содержащему в себе значение «перехода» и «возвращения», хаотичный разум Чёрного Укуна, наполненный всевозможными негативными эмоциями и обрывками воспоминаний, внезапно стал необычайно ясным!
Сцены, которые были забыты, скрыты, искажены, словно прилив, обрушились, прорвав плотину и бурно выплеснувшись наружу!
Это были уже не обрывочные воспоминания Каоса, полные обиды, а его собственные — самые глубокие воспоминания Сунь Укуна, погребённого под хаосом и обидой... истинные воспоминания!
Сцена первая: гора Линтай Фанцунь, пещера Сэюйэ Саньсин. Это был уже не размытый силуэт, а ясный, добродушный, но с глубоким взглядом старец — патриарх Бодхи! Он наставлял резвого каменного детёныша обезьяны, передавая ему истинные слова Дао, и в его глазах было ожидание и... намек на едва уловимую тревогу.
Сцена вторая: берег Восточного моря. Это был уже не просто грабёж, а его беседа с Королём-Драконом Восточного моря, в которой он смеялся и шутил. Король-Дракон не был совсем не готов отдать, а скорее с каким-то испытанием и молчаливым согласием смотрел, как он забирает Божественный шест, устанавливающий море (Жуи Цзиньгу Бан), как будто... это было предначертано?
Сцена третья: зал Сенло преисподней. Он вычеркнул книгу жизни и смерти не просто грубо и властно. Когда писец преподнёс ему кисть и тушь, стоя на коленях, в глубине его глаз скрывался не страх, а... странное послушание?
Сцена четвёртая: Небесная конюшня. Он не чувствовал себя оскорблённым, поэтому и взбунтовался против Небесного двора, а почувствовал там вездесущий удушающий контроль и оковы! Словно пара ледяных глаз постоянно наблюдала за каждым его движением с высоты! Это чувство вызывало у него крайний дискомфорт и гнев!
Сцена пятая: Сад персиковых деревьев! Он обездвижил семерых небесных дев, но не только для того, чтобы украсть персики и съесть их! В саду он почувствовал крайне скрытую злую волну, отличную от ауры госпожи Ванму! Он попытался её проследить, но был прерван... Возможно, большой переполох в Небесном дворце был в какой-то степени устроен, чтобы скрыть это открытие?!
Сцена шестая: плавильня пилюль! Восьми триграммная печь верховного владыки Лао-цзы! Он не просто был брошен туда для сжигания! В печи он отчётливо услышал послание от Верховного Владыки Лао-цзы, заглушённое грохотом печи: «...Обезьянья голова... это твоё бедствие... и переменная... сохрани своё сердце... выпрыгни из шахматной партии...». Затем в печи был не только Божественный огонь шести дин, но и слабая, фиолетовая энергия с чистой ци лотоса незаметно слилась с его огненными глазами, защищая, чтобы искра его источника не погасла!
Сцена седьмая: под горой Пяти Стихий! Когда ладонь Будды Татхагаты опустилась, он услышал не просто напев имени Будды, а вздох, содержащий в себе немного спешки и беспомощности: «...Укун... не вини... учителя... я вынужден... когда ситуация изменится... кто-то... поможет тебе...»
Сцена восьмая (самая чёткая): под горой Пяти Стихий был подавлен не только он! Там же был размытый фиолетовый силуэт, излучающий тёплый свет фонаря, который часто тайно навещал его, приносил горные фрукты и говорил с ним (хотя в основном жаловался он сам). Эти чистые глаза содержали в себе беспокойство и чувства, которые в этот момент предстали несравненно ясно — это была Цзыся!
Бум!!!
Словно гром расколол хаос!
Эти скрытые, искажённые истинные воспоминания мгновенно вернулись, и яростно столкнулись с воспоминаниями об обиде Каоса и сознанием Чёрного Укуна, полным гнева!
— А!!! — Чёрный Укун схватился за голову и издал мучительный рёв, смешанный с осознанием!
Вот оно что! Вот оно что!
С момента его рождения и до момента его подавления — это был вовсе не простой бунт обезьяны-оборотня! С самого начала он находился в огромной шахматной партии!
Наставления Патриарха Бодхи, молчаливое согласие Короля-Дракона, послушание Подземного мира, контроль Небесного двора, аномалия Сада персиковых деревьев, предупреждение Верховного владыки Лао-цзы, беспомощный вздох Татхагаты и тихое сопровождение Цзыся...
Всё это говорило о том, что он, Сунь Укун, с момента своего рождения был частью плана каких-то высших существ! Его бунт, его сопротивление и даже его подавление могли быть разыгранной пьесой! Чтобы справиться с каким-то большим, скрытым за кулисами кризисом (например, Глазом Хаоса?), или чтобы вырастить из него особый «сосуд» или «оружие»?
И он сам всегда оставался в неведении, думая, что он свободен, думая, что всё сопротивление исходит из его сердца!
Даже его превращение в Чёрного Укуна и возрождение стало просто сочетанием обиды и хаоса? Возможно, это тоже часть шахматной партии? Было ли это тайно продвинуто каким-то шахматистом (Татхагатой? Верховным владыкой Лао-цзы? Или даже... Патриархом Бодхи?), чтобы создать более сильную, более неконтролируемую «переменную»?
Страшно подумать! Холод, более леденящий, чем смерть, мгновенно охватил всё тело Чёрного Укуна!
Его использовали! Использовали с самого начала! И как Сунь Укуна, и как Чёрного Укуна!
Гнев! Неописуемый гнев! В тысячу раз сильнее, чем пятьсот лет назад, когда его подавили!
Но на этот раз в гневе появилось больше беспрецедентной ясности и ледяного разума!
Это пламя сердца не только осветило его память, но и осветило туман впереди!
Он понял, почему испытывал такую глубокую ненависть к Татхагате, к Нефритовому императору, к так называемому порядку! Не только из-за подавления, но и из-за этой управляемой, предписанной судьбы!
Он также понял глубокие и беспомощные чувства Цзыся к нему...
Все улики в этот момент соединились воедино!
В этот момент восстановления памяти и душевного волнения корабль из костей, казалось, немного потерял терпение, и чёрный, как дыра, взгляд на носу корабля мигнул, и ужасная сила всасывания снова усилилась, чтобы полностью затащить Чёрного Укуна на борт!
Внешние Нэчжа и Бодхисатва Гуаньинь также едва стабилизировали ситуацию, и увидев это, снова приготовились атаковать!
Внутренние и внешние беды наступали мгновенно!
Чёрный Укун вдруг поднял голову, и в его глазах по-прежнему было безумие, но уже не совсем, и ненависть, а скорее холодность, гнев и решимость сорваться с цепи после понимания правды!
Он больше не смотрел на странный древний корабль, не смотрел на внешних небожителей и будд, а резко опустил голову, посмотрел на свою израненную грудь, на копьё порядка, запечатанное лунным черным льдом, на демоническое лоно, таящееся в глубине!
— Все хотят использовать меня... все хотят сделать из меня пешку...
— Татхагата так... Нефритовый император так... Почтенный Хаоса так... даже ты, чёрт знает откуда взявшийся, хочешь паразитировать на мне...
Его голос был хриплым, но с пугающим спокойствием.
— Хорошо... очень хорошо...
Внезапно он совершил поступок, который все существа не могли себе представить!
Он не только не сопротивлялся силе всасывания древнего корабля, но и активно расслабил тело, даже... направлял эту силу, в то же время безумно активируя всю оставшуюся силу в теле — включая ясное сознание, принесённое только что восстановившиеся истинными воспоминаниями, древние демонические мысли Каоса, ядовитую энергию демонического лона и то тёплое пламя сердца!
Он больше не использовал эту хаотичную и могущественную силу для сопротивления, а яростно... направил её на копьё порядка, запечатанное лунным черным льдом!
— Раз уж все хотят, чтобы я умер... раз уж все хотят меня контролировать...
— Тогда я переверну всё вверх дном!
— Дай мне — прорваться!!
Бум!!!
Он действительно собирался... активно взорвать копьё порядка, лунный чёрный лёд, свою собственную демоническую ману, демонические мысли Каоса, силу демонического лона и силу всасывания древнего корабля — эти многочисленные экстремальные силы, чтобы создать беспрецедентный коллапс!
Это было безумное решение! Независимо от того, удастся ему это или нет, он сам неизбежно окажется в эпицентре, и его шансы на выживание будут крайне малы!
Но это также был самый яростный и полный способ разрушить все шахматные партии, вырваться из всех оков и объявить о сопротивлении всем закулисным злодеям!
Ослепительный до предела свет внезапно вырвался из его груди и мгновенно поглотил всё!
Корабль из костей, похоже, тоже не ожидал, что он будет настолько безумен, и взгляд чёрной дыры на носу корабля внезапно сжался!
Внешние Нэчжа и Бодхисатва Гуаньинь были в ужасе до потери сознания и безумно отступали!
Буря разрушения вот-вот должна была обрушиться!
http://tl.rulate.ru/book/154387/9313325
Готово:
