Линшань, Великий Храм Громового Звука. Прежнее мирное и спокойное пение брахманов, умиротворяющее душу, теперь было заменено невидимым и тяжёлым давлением. Золотые лотосы померкли, листья байе потеряли свой блеск. Танский монах, Бацзе, почтенный Кашьяпа и несколько воплощений бодхисаттв, которые, услышав новость, поспешили вернуться, собрались у уединённой комнаты, где Будда пребывал в затворничестве. Перед ними лежал осколок, излучающий зловещие волны, и обрывки воспоминаний Цзысянь, с трудом восстановленные Танским монахом с помощью высшей буддийской Дхармы. Все погрузились в долгое молчание.
На кадрах было отчётливо видно, как Будда Рулай извлекает энергию тёмного сердца и, смешивая её с буддийской кровью, вводит в тело Сунь Укуна, а также изречение: «Хаосом усмири хаос, буддийским сердцем посей семя демона». Эти слова, словно раскаты грома, эхом отдавались в сознании всех присутствующих.
Бацзе давно уже обмяк и лежал на земле, его тучное тело дрожало, а губы шептали: «Будда… как же так… брат Обезьяна…». Хоть он и был беспробудным, но понимал, что такая правда, если выйдет наружу, станет настоящим потрясением.
Лицо Танского монаха было белым, как бумага, а пальцы под монашеской рясой слегка подрагивали. Он десять жизней практиковал духовное совершенствование, его вера была непоколебима, но сейчас он чувствовал невиданную раньше растерянность и потрясение. Выходит, что его учитель Рулай был источником нынешней демонической катастрофы? Тогда что значат эти пятьсот лет подавления и заслуги, полученные во время паломничества? Тщательно спланированная шахматная партия?
— Амитабха… — с трудом произнёс он буддийское имя, его глаза были полны боли и борьбы. — Даже так… Укун всё равно невиновен. Он выстрадал слишком много… Разве мы можем из-за ошибки Будды преследовать его до конца? Самое главное сейчас — найти его, буддийской Дхармой рассеять злобу в его сердце и направить к свету ту искорку буддийской природы, чтобы он, заблудившись, смог вернуться на верный путь! Это наилучший способ искупления!
— Золотой Цикада! Ты одурел! — почтенный Кашьяпа редко повышал голос, на его лице не было и следа прежней доброты, только суровое выражение. — Это касается репутации Будды и веры миллиардов буддистов в Трёх мирах! Как только это станет известно, это вызовет ужасную бурю, крах веры и исчезновение порядка! Тот тёмный Укун уже не тот, что прежде. Хаос разъедает его сердце, демонизм глубоко укоренился, он убивает живых существ с крайней жестокостью! Разве его можно обратить буддийской Дхармой? Даже если есть хоть какая-то вероятность, какую цену за это заплатят Три мира?
Он обвёл взглядом присутствующих бодхисаттв: — Самое главное сейчас — немедленно подавить его громовыми мерами, вернуть источник хаоса в его теле, а затем постепенно очистить и уничтожить его с помощью высшей буддийской Дхармы! Это единственный верный путь, чтобы пресечь корень зла и защитить живых существ!
Обе стороны спорили без умолку, атмосфера была крайне напряжённой. В этот момент с неба упал мягкий, но содержащий в себе высшее величие буддийский свет, который превратился в тень лотосовой платформы. В ней проявилось Дхарма тело бодхисаттвы Гуаньинь. Очевидно, она особым способом узнала обо всём, что здесь произошло. На её прекрасном лице было глубокое сострадание и серьёзность.
— То, о чём вы говорите, мне уже известно, — голос бодхисаттвы Гуаньинь был неземным и тяжёлым, он эхом отдавался за пределами тихой комнаты. — Все события в Нижнем мире я тоже видела своими глазами. Тот тёмный Укун становится всё более могущественным, убивает демонических королей жестокими способами, к тому же Царство Демонов Ракшасов тайно следит за нами, ситуация становится опасной, как никогда.
Она немного помолчала и произнесла окончательное решение, которое также являлось волей Будды с более высокого уровня: — Демонизм уже глубок, бедствие трудно обратить. Ради живых существ, чтобы Три мира не погрузились в пучину страданий, следует действовать громовыми мерами и сначала обуздать демона.
Как только это было сказано, почтенный Кашьяпа вздохнул с облегчением, а на лице Танского монаха отразилось отчаяние.
Однако затем бодхисаттва Гуаньинь перешла к другому: — Однако источник хаоса затрагивает многое, и в действиях Будды должен быть глубокий смысл. Если корень не ясен, то даже если мы сможем подавить тёмного Укуна, это может быть лишь временной мерой, и это может привести к ещё большей катастрофе. Поэтому необходимо действовать двумя способами: с одной стороны, найти способ подчинить тёмного Укуна, а с другой — тщательно расследовать корень хаоса и то, каковы были истинные намерения Будды в то время. Это дело… нужно проводить тайно.
Это было самое компромиссное и реалистичное решение, которое можно было принять в нынешней ситуации. В конце концов, высокопоставленные лица Линшаня пришли к секретному решению:
1. Временно не разглашать правду о Горе Пяти Стихий, стабильность внутри буддийской секты является первостепенной задачей.
2. Немедленно отправить группу из восемнадцати архатов, возглавляемую архатами Покоряющим Дракона и Укрощающим Тигра, вниз с горы, взяв с собой ценные сокровища, чтобы тайно выследить тёмного Укуна, чтобы действовать в зависимости от обстоятельств, с целью подчинить и поймать его. Если это невозможно, можно также применить громовые меры.
3. Бодхисаттва Гуаньинь продолжит вести переговоры, пытаясь вступить в контакт с тёмным Укуном, чтобы найти его слабые места и расследовать действия Царства Демонов Ракшасов.
4. Золотой Цикада (Танский монах) продолжит находиться в Павильоне Сутр, полагаясь на свои особые корни мудрости, пытаясь найти больше сведений о хаосе и планах Будды в древних свитках.
5. Чжу Бацзе… из-за его безрассудного характера временно остаётся на Линшане и не должен выходить наружу.
Несмотря на принятое решение, каждый чувствовал, будто на сердце давит огромная гора. Буддийский корабль направлялся в беспрецедентный шторм.
Почти в то же время посланник Небесного Двора официально прибыл на Линшань и доставил указ о розыске Трёх миров высшего уровня, с печатью Нефритового Императора и написанный силой небесных законов! В нём перечислялись десять преступлений тёмного Укуна, каждое из которых было ужасающим. В нём призывались все бессмертные, будды, люди и демоны Трёх миров вместе расправиться с этим демоном, награда за его поимку была настолько высока, что могла соблазнить любую силу!
Линшань ничего не оставалось, как принять указ о розыске. На какое-то время тёмный Укун стал врагом Трёх миров, и открыто разразившийся шторм наконец-то полностью поднялся.
http://tl.rulate.ru/book/154387/9299046
Готово:
