На окраине трущоб, под редкими тенями деревьев, стояла полуразрушенная хижина.
Крыша храма наполовину обвалилась, открывая серое небо.
Паутина свисала между пальцами треснувшей статуи Будды, вековая пыль была настолько толстой, что оставляла следы, а воздух был наполнен смесью запахов гниющего дерева и холодного извести.
Лю Янь, изгибаясь, привела Чэнь Гоушэна сюда.
На её кокетливом лице играла улыбка, а в глазах, в полумраке, всё ярче разгорался алчный блеск.
«Младший брат, видишь, как здесь тихо, — мягко сказала она, её голос был полон соблазна, — Никто не помешает, идеально… для укрепления твоего культивирования».
Чэнь Гоушэн с любопытством осматривал окрестности, его взгляд остановился на статуе Будды с наполовину отсутствующим черепом.
«Индивидуальная палата? И статуя Будды для украшения? У этой больницы сильная вера», — он кивнул, выражая удовлетворение.
«Выглядит немного старым, придётся потом высказать предложения директору, пора бы сделать ремонт».
Слушая его бредовые речи, Лю Янь усмехнулась про себя. Сумасшедший, он действительно сумасшедший. Так даже лучше, меньше хлопот.
Она медленно приближалась, от неё исходил едва уловимый сладковатый аромат — слабый запах обольщения, присущий её культивационной технике «поглощения жизненной силы».
«Младший брат, старшая сестра видит, что ты только начал свой путь, твоя внутренняя духовная сила нестабильна, не хочешь ли ты, чтобы старшая сестра помогла тебе расслабиться и облегчить состояние? Обещаю, твоё культивирование значительно продвинется».
Она протянула свои изящные руки, собираясь расстегнуть рваную одежду Чэнь Гоушэна.
Этот сумасшедший, хоть и выглядел неряшливо, но его первозданная духовная энергия, не загрязнённая ничем, была для неё не менее ценной, чем лучшая духовная пилюля.
Стоило ей вытянуть его юную ци и духовную силу, и она, возможно, сможет прикоснуться к порогу третьего уровня очищения ци.
Чэнь Гоушэн, наблюдая, как она приближается, и чувствуя запах, сморщил нос.
«Новая медсестра? Слишком сильный запах духов, раздражает. Хотите облегчить состояние? Это физиотерапия? Я же говорю, электротерапию я не делаю, у неё слишком много побочных эффектов».
Он машинально отступил на шаг, пытаясь уклониться.
Лю Янь не собиралась ему позволять увернуться, в её глазах мелькнуло нетерпение, её фигура мелькнула, и она оказалась рядом, её руки молниеносно схватили Чэнь Гоушэна за плечи.
«Младший брат, не бойся, старшая сестра будет очень нежной…».
Не успела она договорить, как техника «Сексуальная Ци Майского Зайки» в её теле уже заработала, из ладоней начало исходить всасывающее усилие, стремясь проникнуть в тело Чэнь Гоушэна и насильно похитить эту драгоценную юную ци.
Однако, именно этот момент контакта!
Руки Лю Янь, схватившие плечи Чэнь Гоушэна, словно коснулись чего-то непостижимого и запретного.
Обольщение и алчность в её глазах мгновенно застыли, словно невидимая рука схватила её душу. Работающая наполовину техника оборвалась, всасывающее усилие развеялось.
Вместо этого появился чистый, детский, растерянный взгляд.
Выражение лица Лю Янь стало крайне странным, она разжала руки, склонила голову, с любопытством глядя на Чэнь Гоушэна, её губы растянулись в невинной улыбке, и она пробормотала:
«Я — первая фея секты… Звёзды на небе — мои глаза…».
Чэнь Гоушэн был ошеломлён её внезапным изменением.
«О, приступ начался?» — пробормотал он. — «Похоже, у пациентов в этой больнице нестабильное состояние».
В тот момент, пока он стоял в замешательстве, сильная сонливость и странное ощущение жара без предупреждения нахлынули на него.
Сознание словно было втянуто в тёплый и фантасмагорический вихрь.
Это сон.
Он снова видел сон.
В хаотичном психическом мире Чэнь Гоушэна он лежал на своей знакомой больничной койке, женщина в костюме медсестры с размытым лицом нависла над ним, грубо пытаясь сделать укол.
«Не… не делайте укол…» — он извивался во сне, беспорядочно отталкиваясь.
В реальности, это он, лишившись сознания, обнял остолбеневшую Лю Янь.
Лю Янь в этот момент была совершенно беззащитна, она лишь глупо хихикала, позволяя Чэнь Гоушэну делать с собой что угодно.
Странная сила текла между ними.
Это была не Лю Янь, поглощающая Чэнь Гоушэна, а под подавляющими правилами системы, чистая ци второго уровня очищения в теле Лю Янь, подобно прорвавшей плотину воде, через их сплетённые конечности, непрерывно хлынула в тело Чэнь Гоушэна.
Это было бессознательное обратное поглощение.
Чэнь Гоушэн во «сне» чувствовал себя надутым воздушным шаром, струйки тёплой энергии вливались в него, заставляя его вибрировать от удовольствия.
Ему также казалось, что он нашёл во сне какой-то странный мешок, он был мягким на ощупь, и он просто сунул его себе за пазуху.
Это был мешок для хранения, который Лю Янь носила при себе, в нём находились все её накопления — несколько бутылок низкосортных пилюль, несколько низкосортных духовных камней и нефритовый свиток с методом культивирования «Сексуальная Ци Майского Зайки».
В соответствии с правилами случайного воровства системы, он бесшумно сменил владельца.
Неизвестно, сколько времени прошло, духовная сила в теле Чэнь Гоушэна резко возросла, и тонкий барьер его текущего уровня был легко пробит.
Второй уровень очищения ци!
Он резко вздрогнул и проснулся от этого фантасмагорического «сна».
«Фу…» — он выдохнул, чувствуя, что его тело наполнено силой, вся прежняя усталость исчезла.
«Этот сон… очень бодрит».
Он посмотрел на Лю Янь, которая лежала рядом, растрёпанная, с отсутствующим взглядом и стекающей с губ слюной.
«Эта медсестра слишком непрофессиональна, провела мне «гипнотерапию», а сама заснула. Плохая оценка».
Ему стало скучно, он похлопал себя по ягодицам и встал, поправил «мешок», который необъяснимым образом появился у него за пазухой, и побрёл прочь из хижины.
Он собирался найти место, где можно было бы по-настоящему поспать.
После ухода Чэнь Гоушэна в хижине воцарилась мёртвая тишина.
Лю Янь всё ещё тупо лежала на холодном полу, её пустые глаза смотрели на разрушенную крышу, и иногда она издавала нечленораздельные звуки.
Луна взошла на небо, холодный лунный свет проникал сквозь дыры в крыше.
Несколько подозрительных фигур проникли в хижину.
Это были трое мужчин-культиваторов, таких же как и он, обитавших в трущобах, их предводитель по имени Чжан Сан был на третьем уровне очищения ци, а двое других — его приспешники, на втором уровне.
Они пришли сюда, чтобы сбыть краденое, но случайно обнаружили лежащую на полу Лю Янь.
«Это та сучка Лю Янь?» — понизил голос один из приспешников, в его глазах мерцал похотливый блеск.
Чжан Сан подошёл и пнул Лю Янь, увидев, что она никак не реагирует, лишь глупо улыбаясь, он проверил её дыхание, и в его глазах внезапно вспыхнула радость и жадность.
«Ха-ха-ха! Это действительно подарок небес!».
Он облизал пересохшие губы и сказал приспешникам: «Эта шлюха сошла с ума неведомым образом! Как раз кстати! Я давно хотел попробовать её на вкус!».
«Брат, эта девка — культиватор, её тело полно духовной силы…» — напомнил другой приспешник, подразумевая очевидное.
В трущобах секты Цинъюнь слабые культиваторы сами по себе были ходячим ресурсом.
Их плоть, кости и даже души могли быть переработаны более сильными культиваторами в пилюли или материалы для магических артефактов.
Улыбка похоти на лице Чжан Сана стала свирепой и жестокой.
«Конечно!».
Он разорвал одежду Лю Янь, которая и так была в беспорядке, обнажив большие участки белоснежной кожи.
«Наиграемся, а потом переработаем её в пилюли! Кости можно будет обменять на несколько духовных камней! Это первоклассный материал, нельзя тратить ни капли!».
Двое других, услышав это, тоже издали хихикающие смешки, бросившись на неё, как голодные волки.
Вскоре хижина наполнилась отвратительными стонами и звуком рвущейся ткани.
Лю Янь, в своём безумии, подвергалась нечеловеческому насилию.
Её тело, содержащее духовную силу, стало для этих негодяев игрушкой, которую можно было использовать снова и снова, и которая не умирала так просто.
Неизвестно, сколько времени прошло, Чжан Сан, утолив свою скотскую страсть, встал, в его глазах больше не было ни намёка на похоть, только ледяное безразличие мясника.
Он достал острый короткий клинок из своего мешка для хранения и сказал приспешникам: «Приступайте! Сначала отрубим руку для изготовления «пилюли кровавой сущности», не дайте ей умереть, лучше всего живьём!».
Один из приспешников послушно шагнул вперёд, усмехаясь, поднял короткий клинок, нацелил его на гладкую правую руку Лю Янь и с силой полоснул!
«Плюх!».
Брызнула кровь!
Невыносимая боль, словно раскалённое клеймо, мгновенно пронзила сумрачное сознание Лю Янь!
Эта предельная боль, словно раскат грома, расколола оковы безумия, наложенные на неё системой!
Застывший взгляд Лю Янь внезапно сфокусировался, хаос и растерянность мгновенно отступили, сменившись ледяной, пропитанной ядом ненавистью и безумием, после осознания своего положения!
Полностью обнажённая, с нижним бельём в беспорядке, правая рука отрублена на уровне плеча, обильно кровоточа.
А трое мужчин, которые ещё недавно терзали её, теперь держали её отрубленную руку и обсуждали, как лучше её разрезать, чтобы максимально использовать плоть.
«Аааааа!!!».
Пронзительный крик, не похожий на человеческий, вырвался из глубины горла Лю Янь!
Она резко села, её левая рука, словно когти демона, вытянулась и схватила за шею ближайшего приспешника.
«Сексуальная Ци Майского Зайки» была доведена до предела с невиданной прежде яростью!
Удивление на лице приспешника ещё не рассеялось, как он почувствовал, что вся его жизненная сила, юная ци и с таким трудом культивируемая духовная энергия, как будто прорвавшаяся река, были вырваны с непреодолимой силой всасывания и яростно хлынули в тело Лю Янь!
Он с ужасом видел, как его тело на глазах теряет жизненную силу, кожа тускнеет, мышцы атрофируются, волосы становятся сухими и ломкими. Всего за два-три вдоха он превратился в высохшего скелета, обтянутого кожей!
«Ты…!».
Чжан Сан и другой приспешник были в ужасе, развернулись и бросились бежать.
Глаза Лю Янь были полны красных прожилок, она выглядела как обезумевшая.
Она резко бросила костлявую фигуру в другого приспешника и одновременно, как призрак, бросилась на Чжан Сана.
«Вы все должны умереть! Все вы должны умереть!».
Её левая рука крепко сжала его макушку, мощное всасывание снова разразилось.
Чжан Сан издал предсмертный вопль, его культивация третьего уровня очищения ци, перед лицом этой горящей всем собой ярости Лю Янь, не оказала никакого сопротивления.
В хижине поднялся запах крови и злобы.
Через мгновение Лю Янь одиноко стояла среди трёх высохших трупов. Рана на её отрезанном плече с жутким ускорением затягивалась.
Она раскрыла левую ладонь, три клубящихся в её руке массы, насильно вытянутые, смешанные с кровью, плотью и душами, вращались, и в конце концов, без колебаний, были переработаны в три кроваво-красные пилюли.
Проглотив пилюли, огромное количество энергии взорвалось в её теле, не только восполнив потери от поглощения, но и, казалось, даже улучшив её культивацию.
Она посмотрела вниз на своё пустое правое плечо, затем подняла взгляд в направлении, куда ушёл Чэнь Гоушэн. В её красивых глазах больше не было и следа обольщения, лишь вечная, неугасимая ненависть и глубокая убийственная решимость.
Пошатываясь, она, волоча своё искалеченное тело, исчезла в густой ночи.
http://tl.rulate.ru/book/154099/10088954
Готово:
