Готовый перевод The Undying Antagonist / Старые боги умирают, а я вечен: Глава 9. Раскрытие карт, разные мысли!

(Ctrl + влево) Предыдущая глава | Оглавление | Следующая глава (Ctrl + вправо)

Слабый, солоноватый морской ветер обдувал рыбацкую деревню.

На деревянных подмостках висели немытые сети, в бочках лежала необработанная, вонючая мёртвая рыба, привлекая рои мух и опарышей.

Высоко в небе кружили не чайки и голуби, а зловещие стервятники и вороны.

На тропинках деревни валялись полусгнившие, обезображенные трупы!

— Кхэ, кхэ…

— Церковь… неужели никто так и не придёт… хнык…

Селяне, похожие на живых мертвецов, кашляли кровью. Их тела были покрыты наростами, похожими на ракушки, а в глазах застыло отчаяние.

Каждый шаг разрывал их кожу, сочился гноем, причиняя невыносимые страдания телу и духу!

В доме старосты несколько стариков смотрели в окно на мёртвую деревню. Их морщинистые лица стали ещё темнее.

Они были старейшинами, управляющими деревней, но с этим бедствием они ничего поделать не могли.

Зараза!

Стоило неосторожно соприкоснуться с одной из тех странных, непостижимых тварей, и можно было подхватить эту болезнь.

Никто не знал, откуда взялись эти существа со странным строением тела. С самого рождения они уже давно обитали на этой земле…

Но о том, как проявляется зараза, кое-что было известно.

Если обычный человек заражался, то, если повезёт, у него просто вырастало несколько лишних пальцев или на теле появлялись наросты. Такие незначительные изменения могли даже укрепить организм!

Если же не везло — случалось то, что происходило в деревне сейчас.

Повсюду трупы, непрекращающиеся стоны.

Поэтому заразу делили на доброкачественную и злокачественную, но вероятность последней была гораздо выше.

Массовая вспышка злокачественной заразы могла передаваться дальше, превращая целые регионы в мёртвые земли!

Вот как сейчас в этой рыбацкой деревне. Старейшинам оставалось только надеяться, что Церковь пришлёт помощь.

У Церкви были не только лекарства, подавляющие заразу, но и, по слухам, знания о том, как стабильно вызывать доброкачественную мутацию…

— Так значит, эти изменения в теле — это доброкачественная мутация?

Иордан сделал вид, что всё понял. Выслушав объяснения старшей сестры, он втянул щупальца, освобождая её.

Он поверил лишь половине того, что сказала эта женщина, назвавшаяся Лизой.

Зараза, проще говоря, это неконтролируемые изменения в теле после контакта с жуткими тварями.

Но как бы там ни было, чтобы кишки превратились в мощные, управляемые щупальца — это было слишком!

Люди с доброкачественной мутацией, которых Иордан видел в городе, в худшем случае имели несколько лишних пальцев. Ни у кого не было ничего подобного…

— Да, но мы пошли дальше, чем обычные доброкачественные мутанты. Мы… глубже.

— Потому что эти драгоценные черви слились с нашими кишками.

Лиза потёрла запястье, которое только что было сжато, и терпеливо продолжала посвящать Иордана в тайны.

Она поправила сбившийся хвост, а затем разгладила складки на рясе, появившиеся во время потасовки.

Иордан молча наблюдал за ней, а затем, после нескольких секунд, с сомнением спросил:

— Но я всегда слышал, что Церковь обучает тайным знаниям.

— Что старшие братья и сёстры ведут себя и выглядят не как обычные люди, потому что изучили эти знания.

— Э-э?

Лиза замерла, её лицо приняло странное выражение:

— Это всё для публики. Не можем же мы говорить, что заставляем людей глотать червей живьём?

— Такое, конечно, нужно держать в секрете. Правда повредит имиджу Церкви.

— Кроме экспериментов с заразой, никаких тайных знаний в мире и нет.

— Только став заражённым, превратившись в нечеловеческого монстра, можно противостоять настоящим монстрам…

— с чувством произнесла Лиза, поправляя одежду.

— А то, что старшие братья или Гер Гирун ведут себя странно? Это только для обычных людей.

— Тела смертных слишком хрупки. В обычном столкновении или даже в игре, если не рассчитать силу, можно ранить или убить обычного человека. Мы не общаемся с ними для их же блага.

— Раз уж ты адаптировался, ты, должно быть, чувствуешь прибавку в силе? В будущем тебе тоже придётся быть осторожным…

— Кстати, странно. Как ты адаптировался?

Женщина с хвостом набок, словно что-то вспомнив, с недоумением посмотрела на Иордана и спросила:

— Патер велел мне по дороге попробовать ещё раз адаптировать тебя к особому загрязнителю Церкви. Неужели ты уже адаптировался раньше?

— По идее, в ту ночь ты не адаптировался и потерял сознание. Эти живые черви-загрязнители давно должны были умереть у тебя в животе…

— Такого, чтобы кто-то успешно адаптировался позже, я никогда не слышала.

— Я не знаю, может, у меня особенный организм… — без колебаний соврал Иордан.

Не мог же он сказать, что это заслуга его бесполезной панели?

Слово «паразитизм», которое он видел на панели, не давало ему покоя, и он не мог полностью доверять словам этой женщины.

Услышав такой ответ, Лиза замолчала.

Её лицо стало неестественным. Она подошла к Иордану и внимательно осмотрела его с ног до головы.

— Кроме изменений в животе, у тебя есть другие перемены?

— Нет, — тут же ответил он.

Глядя на его спокойное лицо, Лиза моргнула, о чём-то задумавшись, затем резко отвернулась и, сменив тему, поторопила его:

— Пойдём быстрее!

— Раз уж ты адаптировался, то ускоримся, чтобы быстрее добраться…

В дикой местности.

Они двигались гораздо быстрее.

Иногда, натыкаясь на каких-то странных, уродливых тварей, они могли легко уйти от них, и Иордан понял, что теперь он способен выжить в дикой местности в одиночку.

Странным было лишь то, что по пути Лиза стала молчаливой и не заговаривала с ним.

Она всегда бежала впереди, держась от него на расстоянии не менее десяти метров, даже во время привалов!

Очевидно, она его остерегалась…

Странности в его состоянии вызвали у неё подозрения. Впрочем, подозрения были нормальной реакцией, любой здравомыслящий человек бы засомневался.

И вот.

Предположим, они разберутся с делами в рыбацкой деревне. Она с этими подозрениями вернётся с ним в город. Что тогда произойдёт?

Иордан понимал, что для него многое остаётся неизвестным, и неблагоприятных исходов было слишком много.

Он невольно вспомнил другие города, которые видел на карте перед уходом, хоть и находились они далеко…

Но теперь он мог путешествовать по дикой местности в одиночку.

В Перл, возможно, возвращаться нельзя!

Иначе он никак не сможет объяснить свою аномалию, противоречащую всем известным в монастыре фактам, и его, скорее всего, схватят и будут допрашивать.

Отдавать свою жизнь в чужие руки Иордан не хотел.