В деревянной хижине в жилом районе внешней секты старший брат Чжан сидел за столом и протирал ржавый железный меч, который он купил на горном рынке за большие деньги.
На его лице было написано нетерпение: с тех пор, как в прошлый раз его заметила Чу Юэяо, когда он пытался отобрать у Линь Чжэньчжэнь пилюлю Чистого Сознания, они с Чжао Дянем были приговорены к уборке алхимических печей на задней горе в течение месяца. Кроме того, его отстранили от общения с учениками внутренней секты. Раньше он отвечал за все связи между учениками внешней и внутренней сект, а теперь этого не было. Глухая ненависть к Линь Чжэньчжэнь росла в его сердце слой за слоем.
Раздался стук в дверь: «Тук-тук-тук». Старший брат Чжан нахмурился и крикнул: «Входите». Он увидел, как запыхавшийся Чжао Дянь вбежал, на его лице было выражение возбуждения.
«Старший брат Чжан! Я хочу тебе кое-что рассказать!»
Чжао Дянь подошел к столу и понизил голос: «Сегодня утром, когда я встал, чтобы сходить в туалет, я увидел, что Линь Чжэньчжэнь, эта девчонка, побежала на заднюю гору ещё до рассвета! Ты ведь знаешь, у неё смешанный духовный корень, она даже не достигла стадии Упражнения Ци, как она смела бежать на заднюю гору? Говорят, там часто появляются низшие демонические звери!»
Рука старшего брата Чжана, вытирающая железный меч, замерла, его брови нахмурились ещё сильнее: «Ты уверен, что не ошибся? Она действительно пошла на заднюю гору?»
По его воспоминаниям, Линь Чжэньчжэнь была трусливой и неуклюжей, раньше она даже боялась долго находиться на тренировочной площадке внешней секты, как вдруг у неё хватило смелости отправиться на заднюю гору?
«Абсолютно точно!»
Чжао Дянь ударил себя в грудь, обещая: «Я ясно видел, она была одета в серую мантию внешней секты и бежала очень быстро, волосы растрепались, наверняка что-то срочное! Но, говоря по правде, как та, кому даже трудно привлечь ци в тело, может ходить на заднюю гору? Если встретит демонического зверя, ей же конец?»
Старший брат Чжан отложил железный меч и задумался: «В последнее время Чу Юэяо и Юнь Цинъчэнь вроде бы не искали её, может, её некому защищать, и она почувствовала, что культивация безнадежна, и пошла плакать на заднюю гору?»
Он раньше видел, как Линь Чжэньчжэнь пряталась в углу и тихо плакала, когда не могла выучить метод культивации. Теперь, без заботы со стороны старшей сестры Чу и старшего брата Юня, нет ничего невозможного в том, что она побежала на заднюю гору, чтобы высвободить эмоции.
«Да! Старший брат Чжан, вы совершенно правы!» Глаза Чжао Дяня загорелись, и он поспешно согласился: «Она, должно быть, так и сделала! Она, должно быть, подумала, что не может хорошо культивировать, и никто ей не помогает, поэтому пошла тихо плакать на заднюю гору! Подумайте, через десять дней будет отбор секты, она даже не умеет культивировать ци, но осмеливается подать заявку на участие, разве это не поиск унижения?»
Уголки губ старшего брата Чжана изогнулись в холодной усмешке, в глазах его было полно злобы: «Хм, с таким смешанным духовным корнем она ещё хочет, как жаба, съесть лебедя и попасть во внутреннюю секту? На экзамене по отбору я обязательно унижу её, чтобы она поняла, кто она такая! Осмелилась заставить меня понести наказание, я хочу посмотреть, кто дал ей смелость участвовать в отборе!»
«Точно, точно!» Чжао Дянь поспешно стал льстить: «Старший брат Чжан, вы действительно могущественны! Тогда вам нужно будет лишь немного показать свои способности, и она узнает, что такое разница! Она, которая даже не умеет культивировать ци, по сравнению с вами, это просто муравей!»
Говоря это, он передал старшему брату Чжану чашку чая, его подобострастный вид был совершенно неприкрыт.
Старший брат Чжан взял чай, сделал глоток, и его гнетущее чувство в сердце рассеялось: «Хорошо, просто помни об этом, не болтай лишнего. До дня отбора мы её хорошо „примем“».
«Не волнуйтесь, старший брат Чжан! Я точно ничего не скажу!»
Чжао Дянь поспешно кивнул, уже обдумывая, как он будет сотрудничать со старшим братом Чжаном в день отбора, чтобы Линь Чжэньчжэнь опозорилась перед всеми.
А в это время в направлении задней горы старейшина Даньчэнь вёл Линь Чжэньчжэнь к Могиле мечей.
Линь Чжэньчжэнь шла позади старейшины Даньчэня, её сердце было полно ожидания и некоторого напряжения. В воспоминаниях первоначального владельца тела Могила мечей была загадочным и торжественным местом, она никогда не думала, что однажды сможет войти туда, чтобы выбрать меч.
Пройдя около получаса, впереди появилось полупрозрачное голубое свечение барьера. За барьером смутно виднелась огромная каменная платформа, это и был вход в Могилу мечей.
По обеим сторонам барьера стояли по два ученика в зеленых мантиях, с мечами на поясах, их острые взгляды сканировали проходящих людей. Это были ученики, охранявшие Могилу мечей.
Когда ученики-хранители увидели приближающегося старейшину Даньчэня, они сначала замерли, а затем поспешно поклонились: «Приветствуем старейшину Даньчэня!»
Но когда они увидели Линь Чжэньчжэнь позади старейшины Даньчэня, в их глазах было полно недоумения. Девушка была одета в серую мантию внешней секты, у неё даже не было нефритового кулона ученика внутренней секты на груди, она явно была ученицей внешней секты. Как старейшина мог привести её в Могилу мечей?
«Старейшина, вы…» — нерешительно начал один из старших учеников-хранителей. По правилам, только ученики внутренней секты, достигшие поздней стадии формирования основы, могли войти в Могилу мечей, или ученики, имеющие наследственного учителя, который даровал им меч, могли сделать исключение. Эта внешняя ученица перед ними, как ни крути, не соответствовала правилам.
Старейшина Даньчэнь бросил на него легкий взгляд и сказал с неоспоримой властностью: «Я веду её выбрать меч для культивации. Откройте барьер».
Ученики-хранители переглянулись, видя удивление в глазах друг друга.
Но старейшина Даньчэнь был Мастером меча с очень высоким статусом в секте, как бы они посмели ослушаться?
Тот старший ученик поспешно подошел, сложил печати руками и направил духовную силу на барьер.
Бледный голубой барьер медленно открыл проем, достаточный для прохода двух человек.
«Старейшина, пожалуйста.» Ученик-хранитель уступил дорогу, но его взгляд по-прежнему был полон недоумения. Он тихо пробормотал, глядя на спину Линь Чжэньчжэнь.
«Что здесь происходит? Как старейшина мог привести ученицу внешней секты в Могилу мечей?»
«Не знаю… Эта девчонка выглядит невзрачной, может, она родственница старейшины? Нет, старейшине более ста лет, какие у него могут быть родственники?»
«Стоит ли сообщить главе секты? В конце концов, в Могиле мечей строгие правила, если внешняя ученица войдет, и это станет известно, боюсь, это вызовет неудовольствие».
«Нет, нет, нет!» Другой ученик поспешно остановил его: «Ты же знаешь характер старейшины Даньчэня, он сам знает, что делает. Если мы поспешно сообщим главе секты, и старейшина будет недоволен, нам не снести! Кроме того, старейшина просто ведет её выбрать меч, а не крадёт меч, нет необходимости поднимать шум».
«Тоже верно… Тогда лучше не говорить, чтобы не навлечь беду».
Линь Чжэньчжэнь последовала за старейшиной Даньчэнем в барьер. Как только она вошла, почувствовала, что атмосфера вокруг изменилась. Проход больше не был таким узким, как она себе представляла. Напротив, чем глубже они шли, тем просторнее становилось. Каменные плиты под ногами испускали холодный блеск, а вокруг было так тихо, что слышались только их шаги.
Ещё больше её беспокоило то, что со всех сторон исходило невидимое давление, давящее на её грудь, делая даже дыхание затруднительным.
«Старейшина, что… что это? Так тяжело…» Линь Чжэньчжэнь инстинктивно сжала край одежды, замедлила шаг, в глазах её было полно напряжения.
Старейшина Даньчэнь почувствовал её дискомфорт, замедлил шаг, повернул голову и сказал ей: «Не бойся, это остаточная ци меча в Могиле мечей. В Могиле мечей хранятся мечи предков прошлых поколений, каждый меч содержит мечту своего владельца. Со временем ци меча рассеялась вокруг, образуя это давление. Попробуй запустить духовную силу в теле, чтобы нейтрализовать это давление».
Линь Чжэньчжэнь поспешно кивнула и, как сказал старейшина Даньчэнь, попыталась запустить духовную силу вокруг точки Цихай.
Действительно, когда духовная сила медленно циркулировала в теле, ощущение удушья значительно уменьшилось. Она облегчённо вздохнула, крепко держась за спиной старейшины Даньчэня, и продолжила идти вперёд.
Пройдя ещё примерно время, за которое сгорает одна палочка благовоний, впереди, наконец, показался весь вид Могилы мечей. Это была огромная круглая каменная платформа, на которой было воткнуто множество мечей всех форм и размеров, плотно, до горизонта.
Но к удивлению Линь Чжэньчжэнь, большинство этих мечей заржавело. На некоторых лезвиях были ржавые пятна от желто-коричневого цвета, некоторые ножны даже треснули, выглядя очень ветхими, совершенно не похожими на «волшебные мечи», которые она себе представляла.
«Старейшина…» Линь Чжэньчжэнь указала на мечи на платформе и с недоумением спросила: «Почему все эти мечи… ржавые?»
По её мнению, мечи в Могиле мечей, даже если они не были бы божественным оружием, должны были быть острыми и новыми. Но ржавые мечи перед ней выглядели не намного лучше, чем железные мечи учеников внешней секты, даже хуже.
Старейшина Даньчэнь, увидев её недоумение, улыбнулся: «Не смотри свысока на эти ржавые мечи. Большинство из них — мечи, которыми пользовались предки тысячи, а то и десять тысяч лет назад. Хотя снаружи они ржавые, духовная суть в сердцевине меча всё ещё существует. Просто они хранились долгое время без подпитки духовной силой, поэтому и выглядят так».
Услышав это, Линь Чжэньчжэнь, хотя и немного сомневалась, всё же кивнула.
Глядя на ржавые мечи на платформе, она втайне размышляла, действительно ли эти ветхие на вид мечи так же сильны, как говорил старейшина?
Старейшина Даньчэнь, видя её задумчивый вид, слегка улыбнулся: «Хорошо, хватит размышлять, поспеши выбрать меч».
Линь Чжэньчжэнь посмотрела на эти мечи и вошла внутрь. Она думала, что обязательно должна выбрать могущественный меч.
http://tl.rulate.ru/book/153977/10973622
Готово:
