На открытой стоянке внешнего аэродрома разработчики и руководство завода собрались вокруг истребителя №01 «Цзянь-7», осматривая его, а технический персонал проверял двигатель.
Так называемый «внешний аэродром» — это название, которое войска дают лётной зоне аэропорта, а жилая зона — это «внутренний аэродром».
Разработчики и руководство завода время от времени бросали взгляды в его сторону, а на лице Ли Ганя читались обида и недоумение.
Поверите ли вы, если я скажу?
Но я ведь действительно не специально!
Линь Гуанмин стоял рядом с ним, ощущая на себе ледяные взгляды начальства, и с упавшим лицом тихо произнёс: «Мой дорогой командир Ли, да, лётные испытания срочные, но работу всё равно нужно делать по правилам. Нельзя торопиться из-за нескольких минут, а теперь вот...»
Он не осмеливался говорить слишком строго — перед ним был настоящий драгоценный камень, и если тот взбунтуется, проект действительно окажется в тупике.
Ли Гань теперь понимал, в чём проблема. Воспоминания прежнего хозяина тела подсказывали ему, что текущие методы лётных испытаний далеки от совершенства, достигнутого десятилетия спустя, и здесь имело место недоразумение.
В этот момент заместитель директора завода по производству шагнул вперёд, сопровождаемый несколькими мужчинами средних лет, и подошёл прямо к Ли Ганю.
Линь Гуанмин поспешил представить: «Командир Ли, это наш заместитель директора Ян Вэй, он же руководитель проекта на заводском уровне».
Затем Линь Гуанмин представил остальных.
Заместитель директора Ян оглядел Ли Ганя: «Так это вы — товарищ Ли Гань, лётчик-испытатель, переведённый с большого завода».
Не дожидаясь ответа Ли Ганя, Ян Вэй слегка кивнул и с улыбкой сказал: «Мы получили внутреннее уведомление о вашем деле. В такой опасной ситуации вы смогли успешно совершить аварийную посадку — ваши лётные навыки точно на высоте».
С этими словами он поднял большой палец.
Остальные также улыбнулись дружелюбно.
Ли Гань на мгновение застыл, и в его сердце потекла тёплая струйка.
На заводе 211 он был бедолагой, которого все избегали и выставили козлом отпущения, а здесь, даже несмотря на то, что он «взорвал» двигатель, руководство завода и технические гении исследовательской группы не выражали ему недовольства.
Одного такого отношения было достаточно, чтобы почувствовать облегчение.
Ли Гань отдал воинское приветствие и изложил свои мысли: «Директор Ян, уважаемые мастера, я должен пояснить. Я не работаю с обидой, вызванной результатами расследования аварии с «Цзянь-8» №03».
«Я внимательно изучил требования к доработкам, выдвинутые заказчиком, и среди них есть один пункт, который чётко указывает, что истребитель должен обладать способностью к экстренному взлёту и ведению боевых действий в суровых условиях».
«Регион, где находится заказчик, имеет тропический пустынный климат, сильно отличающийся от условий нашей страны, что предъявляет более высокие требования к двигателю. Во время испытаний мы должны рассматривать характеристики самолёта в целом, а не только его аэродинамическую компоновку».
«С точки зрения эффективности и затрат на испытания, проведение нескольких тестов за один полёт может повысить эффективность испытаний и сэкономить средства».
Сэкономить средства?!
Услышав эти слова, все насторожились.
Это было просто заманчиво!
Заводу 985 всего не хватало, больше всего — финансирования. Если не найти новые источники дохода, десятки тысяч сотрудников действительно начнут голодать.
При ограниченном бюджете исследовательская группа делила каждый юань пополам, и многие даже вкладывали собственные деньги.
В этот момент один из мужчин средних лет погрузился в раздумья.
Он сделал два шага вперёд, и Ли Гань, увидев его, слегка опешил.
Это лицо казалось очень знакомым.
Вдруг в его голове будто разорвалась граната — это же молодой Сун Вэньчжун, главный инженер!
Главный конструктор истребителя третьего поколения, основоположник истребителя четвёртого поколения, наставник современных боевых самолётов Восточной страны!
Нет, это молодой главный инженер Сун!
«Товарищ Ли Гань, ваша идея очень свежа, пожалуйста, подробно расскажите о вашей полной концепции лётных испытаний».
Сун Вэньчжун выглядел так, будто жаждал талантов.
Ли Гань успокоил свои чувства и немедленно дал подробное объяснение структуры и процесса методов лётных испытаний из своего прошлого мира.
В конце он кратко сформулировал принцип работы по испытаниям.
Он сказал: «Основной принцип лётных испытаний — любыми способами выявить все предельные возможности самолёта, очертив полный лётный конверт».
Так называемый лётный конверт — это замкнутая геометрическая фигура, использующая параметры, такие как скорость полёта, высота, перегрузка, температура окружающей среды и т.д., в качестве координат, представляющая диапазон полёта самолёта и ограничивающие условия его эксплуатации.
То есть полёт в пределах этой фигуры безопасен, а выход за её пределы означает, что выполняемый манёвр является опасной операцией.
Другими словами, Ли Гань, нажав на тормоз и включив форсаж для накопления энергии перед взлётом (аналогично старту автомобиля с места), заставил двигатель не выдержать нагрузки и выйти из строя, а такая операция была чётко требованием заказчика, что указывало на неспособность двигателя соответствовать требованиям пользователя.
Как только он закончил, взгляд Сун Вэньчжуна на него полностью изменился, словно он увидел какое-то сокровище.
Сун Вэньчжун крепко сжал правую руку Ли Ганя и энергично потряс её, говоря: «Товарищ Ли Гань, вы сказали это очень точно, попали прямо в суть, раскрыли основу работы по лётным испытаниям. Надеюсь, в будущем мы будем тесно сотрудничать и совместными усилиями завершим экспортный проект «Цзянь-7»!»
Ли Гань смотрел на Сун Вэньчжуна, которому ещё не было и пятидесяти, с тысячью эмоций в душе и искренне сказал: «Главный инженер Сун, в остальном я не могу ручаться, но самолёт, который пройдёт через мои испытания, обязательно будет хорошим самолётом».
Какая смелость!
Заместитель директора Ян рассмеялся: «Сяо Ли, с такими словами я спокоен. Скажите, какие у вас есть предложения по улучшению двигателя WP-7?»
Лётчики-испытатели — почти универсалы в авиационной сфере, они должны разбираться во всём понемногу, иначе не смогут давать целенаправленные рекомендации.
Ли Гань был слишком молод, всего год как в войсках, ему всего двадцать три года.
Задавая такой вопрос, заместитель директора Ян не ожидал, что Ли Гань сможет дать конструктивные предложения, ведь авиационные двигатели — это вершина инженерной мысли, чрезвычайно сложные.
Неожиданно выражение лица Ли Ганя стало серьёзным, и он сказал: «Среди множества требований заказчика есть одно — боевой радиус не менее 800 километров, что означает дальность перелёта самолёта не менее 1500 километров».
«Используемый сейчас WP-7 по мощности проблем не имеет, но расход топлива слишком велик, и наш подход — увеличить внутренний запас топлива».
«Я считаю, что это не решение проблемы в корне».
Как только эти слова были произнесены, взгляды на Ли Ганя у многих стали несколько недовольными.
Исследовательская группа после более чем года анализа наконец-то разработала план улучшений, даже подготовила проект по увеличению внутреннего запаса топлива, а ты, новобранец всего с годом службы, несёшь чепуху, понимаешь ли ты, что к чему?
Только Сун Вэньчжун смотрел на Ли Ганя ободряющим взглядом.
У Ли Ганя не было столько сомнений — чем труднее времена, тем сильнее должно быть лекарство, и к тому же в стране уже был лучший авиационный двигатель.
Он сказал: «По сравнению с турбореактивным двигателем, турбовентиляторный двигатель не только имеет большую тягу, лучшую линейность мощности, более низкий расход топлива, но и лучшее обслуживание, более длительный срок службы. Несколько лет назад все закупленные двигатели «Спей» были доставлены. Если перейти на использование этого двигателя, характеристики «Цзянь-7» значительно улучшатся».
«Да вы шутите!» — вскрикнул один человек, подпрыгивая на месте.
Ли Гань посмотрел — это был очкарик рядом с Сун Вэньчжуном, лет сорока, с волосами, как всклокоченное гнездо, в грязной холщовой рабочей одежде.
У Цян, руководитель группы по конструкции планера.
У Цян, казалось, услышал какую-то шутку, и с яростью в смехе сказал: «Вы знаете размеры двигателя «Спей»? Диаметр этого двигателя намного больше, чем у WP-7. По-вашему, конструкцию планера нужно полностью переделывать, вы понимаете, насколько это сложно? Это равносильно созданию нового самолёта с нуля».
Заместитель директора Ян сказал: «Сяо Ли, «Спей» слишком большой в диаметре, его не установить. Однако ваше предложение справедливо, двигатель «Спей» действительно отличный».
Ли Гань развёл руками и улыбнулся: «А что не так с перепроектированием планера? Заказчик не требовал от нас обязательно вносить улучшения на основе существующей конструкции «Цзянь-7», не так ли?»
У Цян фыркнул: «Неужели мы должны безоговорочно удовлетворять их потребности, чего бы они ни захотели?»
Ли Гань парировал: «Разве нет?»
Все замерли, а затем погрузились в раздумья.
В то время концепции «клиент всегда прав» ещё не существовало, в международных отношениях ещё сохранялись пережитки идеологии, то есть, даже если ты хочешь, я не обязательно тебе продам.
Ли Гань знал это, поэтому медленно сказал: «Наша задача — создавать валютные поступления для страны, приносить пользу десяткам тысяч сотрудников завода — это основа. Продукт — это основа, а продукт, нужный заказчику, — это направление».
Слова, заставляющие задуматься!
Да, мы уже дошли до того, что готовы штаны продать!
Переговоры с Великобританией о закупке двигателей «Спей» начались более десяти лет назад, разве есть смысл сейчас цепляться за старые представления? В конечном счёте, если ты не найдёшь способ заработать эти деньги, их заработает кто-то другой.
К тому же, этот заказчик — старый друг, старый клиент, двадцать лет назад они уже покупали у нас «Цзянь-6».
Сун Вэньчжун погрузился в раздумья.
Он был мастером аэродинамической компоновки, фактически аэродинамическая компоновка «Цзянь-8» была спроектирована им, когда он работал на заводе 211, и последующая практика доказала, что это была очень хорошая компоновка для больших высот и высоких скоростей.
К сожалению, его оттеснили, его способности не могли полностью раскрыться, и в порыве эмоций он сам попросил перевода на завод 985.
Слова Ли Ганя, несомненно, упали в его сердце, как огромный камень, подняв бурю.
«Цзянь-7» сам по себе был продуктом советского мышления «простота изготовления, надёжность и долговечность», насколько сложно было бы полностью переделать его с нуля?
Постепенно взгляды всех присутствующих на Ли Ганя снова изменились.
У большинства из них был один и тот же вопрос — как устроена голова у этого нового лётчика-испытателя?
Каждое его предложение заставляло их внутренне глубоко соглашаться, но из-за сохранившихся старых представлений всегда возникало чувство дискомфорта.
Можно ли так поступать?
И ещё, если перепроектировать планер для установки двигателя «Спей», успеем ли по времени?
Постепенно У Цян пришёл в себя.
Сегодня во время испытаний двигатель вышел из строя, и хотя Ли Гань много говорил ранее, его конечная цель всё же не выходила за рамки основной проблемы.
Чтобы соответствовать требованиям заказчика, используемый сейчас двигатель WP-7 (турбореактивный-7) не подходит.
Но двигатель «Спей», о котором упомянул Ли Гань, находится в руках большой заводской системы (завод 211), разве они его отдадут?
http://tl.rulate.ru/book/153966/9294677
Готово:
