Когда вчера днем приезжала полиция, никаких новостей еще не было, но Нань Цзиньянь все же кое-что разузнал.
— У покойного старшего сына семьи Сы остался ребенок по имени Сы Бэйань. Мальчик с рождения седой, но это не обычный альбинизм. К тому же он с детства прикован к креслу. Все эти годы его растили дома, почти не вывозя в свет, так что в столице о нем мало кто знает.
Если бы не целенаправленные расспросы, об этом невозможно было бы дознаться. Судя по текущей информации, ребенок, которого подобрала А-Суй, и есть тот самый Сы Бэйань из семьи Сы.
Нань Цзиньтин добавил:
— Позже я осмотрел берег озера, где А-Суй нашла мальчика. Там почти никто не ходит, не говоря уже о детях. Когда А-Суй его обнаружила, рядом не было никаких средств передвижения. Учитывая состояние его ног, он не мог добраться туда сам, тем более оказаться в ситуации, когда едва не утонул.
Как начальник отдела уголовного розыска, Нань Цзиньтин обладал острым чутьем на подобные вещи и почуял неладное, как только впервые увидел Сы Бэйаня. Второи брат, Нань Цзиньхэ, молча выслушал всех и через мгновение произнес лишь одно слово:
— Убийство.
Третий брат, Нань Цзиньлань, выглядел обеспокоенным:
— Кто мог поднять руку на ребенка-инвалида? Семья Сы ничего не заметила и до сих пор даже не подала заявление в полицию...
Нань Цзиньчэнь, услышав это, скривил губы:
— Тут и думать нечего: либо похищение, либо внутренние разборки в семье Сы. Единственный наследник старшей ветви по праву получает все имущество своего отца. Семьи Сы и Нань в столице равны по положению, и наследство старшего сына в таком клане всегда было более чем внушительным. Неудивительно, что на него нацелились. В сериалах и фильмах всегда так показывают.
Очевидно, остальные братья думали так же. Нань Цзиньянь снова посмотрел на Нань Цзиньтина:
— Четвертый, что ты думаешь?
Нань Цзиньтин ответил:
— Я уже доложил об этом деле, оперативники начали расследование. Но пока не найдем преступника, я не советую возвращать ребенка в семью Сы.
Он говорил это исключительно из профессиональных соображений. Судя по всему, в семье Сы мальчиком явно пренебрегали, иначе после его исчезновения на такой долгий срок они бы уже подняли шум. Либо кто-то намеренно скрывает факт пропажи, либо... они до сих пор не заметили, что его нет.
Становилось ясно, до какой степени ребенок был заброшен. Без защиты старших он не сможет в одиночку противостоять скрытой угрозе.
У братьев возражений не возникло. Хотя они не хотели вмешиваться в чужие семейные дела, они не могли просто отдать ребенка на растерзание, зная, что его пытались убить. К тому же, А-Суй, кажется, очень привязалась к нему.
Мнения братьев сошлись, и теперь решение оставалось за стариком. Нань Чжэнфэн с невозмутимым видом выслушал сыновей и спустя некоторое время кивнул:
— Я понял.
Он добавил:
— Сначала я переговорю с семьей Сы.
Нельзя было просто так держать ребенка у себя, ведь они не были его опекунами. Нужно было все обсудить.
Нань Чжэнфэн лично позвонил главе семьи Сы — старому господину Сы. Неизвестно, о чем именно договорились два старика, но в итоге дед Сы согласился оставить внука на временное содержание в семье Нань. О том, что делать после того, как найдут виновного, он не обмолвился ни словом.
Об этом деле не стали специально рассказывать младшим членам семьи, а маленькой А-Суй было все равно, чей это ребенок, лишь бы «Крошка Ань» был рядом с ней.
Утро выдалось ясным и солнечным. Малышка А-Суй вновь приступила к ежедневной утренней разминке вместе с дедушкой.
Только на этот раз старик специально распорядился установить на газоне огромный солнцезащитный зонт. Под зонтом стоял изящный столик с чайным набором и сладостями — все в том стиле, который любила его покойная жена. Хотя А-Суй и говорила, что Фу Ваньчжи обладает особым призрачным телом и солнце ей не страшно, Нань Чжэнфэн, опираясь на свои скудные познания в эзотерике, почерпнутые за ночь, все же опасался, что солнечный свет может навредить душе супруги. В конце концов, в кино показывали именно так.
А-Суй не стала ему перечить. Глядя на заранее приготовленную воду с медом и сливой, Нань Чжэнфэн впервые выглядел по-настоящему нежным. Теперь он наконец понял, почему в прошлый раз А-Суй так точно знала его привычки и вкусы. Очевидно, ей все рассказала жена.
Сад, где они тренировались, находился прямо напротив гостевой спальни в восточном крыле. Сы Бэйань, проснувшись и подойдя к окну, увидел странную картину: старик и девочка занимаются гимнастикой, а рядом за ними наблюдает настоящий призрак. На детском, но не по годам серьезном лице Сы Бэйаня отразилось трудноописуемое выражение.
«В этой семье все, от мала до велика, очень странные».
Словно почувствовав на себе взгляд, маленькая А-Суй закончила упражнение, огляделась по сторонам и быстро заметила Сы Бэйаня в окне. Она тут же радостно замахала ему рукой, приглашая спуститься.
Сы Бэйань мельком глянул на кроху в тренировочном костюме и, не проронив ни слова, отъехал на коляске назад. Он не собирался спускаться.
Но в следующую секунду в дверь постучали. Это были люди, присланные дворецким, чтобы помочь ему умыться и проводить в столовую на завтрак. Раз уж ребенок временно жил у Семьи Нань, Нань Цзиньянь распорядился обеспечить ему лучший уход, невзирая на его статус в родной семье.
Сы Бэйань не привык к такой заботе. Почти все он делал сам и самостоятельно управлял электрическим креслом. Выезжая в коридор, он столкнулся с близнецами семьи Нань.
Поскольку дорога от загородного поместья до школы занимала на полчаса больше обычного, Нань Чжилинь и Нань Чжихуэй встали раньше. Нань Чжилинь выглядел сонным, но, увидев Сы Бэйаня, тайком зыркнул на него.
Он знал, что этого человека привела домой А-Суй. У сестренки появился «красивый братик», и теперь ей не до него. Вспоминая вчерашние слова А-Суй о том, что он ей «надоел», мальчик чувствовал обиду, и Сы Бэйань вызывал у него только раздражение.
— Хм!
Фыркнув, он прошел мимо, направляясь к столовой, и тут увидел через галерею деда с внучкой в саду. Он не удержался от ворчания:
— Подумаешь! Такая маленькая, а уже знает, как подлизываться к дедушке!
Гимнастика по утрам — это явно не то, чем должен заниматься ребенок из детского сада. Он решил, что А-Суй делает это специально, чтобы задобрить деда, раз уж их тетя была у него в немилости. И вот результат — дедушка даже разрешил ей оставить в доме совершенно чужого человека!
Нань Чжихуэй, слушая его утреннее пыхтение, не выдержала и отвесила брату подзатыльник:
— Если считаешь это правильным, иди и занимайся вместе с ними. А если не можешь — нечего тут ныть.
С утра пораньше хрюкает и хрюкает, как поросенок! Нань Чжилинь тут же притих под физическим давлением сестры и понуро поплелся в столовую.
Вскоре А-Суй, Нань Чжэнфэн и остальные члены семьи тоже спустились вниз. За завтраком было необычайно шумно. И вдруг телефон Нань Цзиньчэня, лежавший на краю стола, вспыхнул.
Нань Цзиньчэнь сначала осторожно покосился на отца, сидевшего во главе стола, и, убедившись, что тот не смотрит, быстро разблокировал экран. Он хотел узнать, что менеджер пишет ему спозаранку. Но в следующее мгновение, прочитав сообщение, Нань Цзиньчэнь резко отбросил палочки и вскочил с места.
Все члены семьи одновременно посмотрели на него. А-Суй тоже взглянула на «старшего племянника» и удивленно моргнула. По лицу племянника она видела, что та «беда», которой он должен был избежать позавчера, не ударив человека, — теперь вернулась.
Тем временем Нань Цзиньянь уже открыл телефон. И, как и ожидалось, в топе новостей шоу-бизнеса красовалось имя его пятого брата.
Заголовок номер один: #Внебрачная дочь Нань Цзиньчэня#
Рядом стояла пометка «Молния», пылающая багровым цветом.
Нань Цзиньянь и остальные члены семьи кликнули на новость и дружно замолчали. Первым в ленте шло фото: Нань Цзиньчэнь, который одной рукой, словно котенка, тащит маленькую А-Суй за шиворот.
http://tl.rulate.ru/book/153647/9674740
Готово:
