Соседи, собравшиеся вокруг виллы, и охранники одновременно услышали раздирающий душу крик, донесшийся из дома.
Жители ближайших коттеджей уже были наслышаны о вчерашнем происшествии в поселке и, конечно, знали о разладе между господином Ванем и его супругой.
Кто-то не удержался и тихо цокнул языком:
— Так орет... неужели она его... того самого?
Стоящий рядом в недоумении шепотом спросил:
— Чего «того»?
— Ну чего-чего... — тот понизил голос еще сильнее. — Если бы твой муж тебе изменил, да еще и заставил растить ребенка от любовницы, что бы тебе больше всего хотелось сделать?
— Ноги ему переломать.
— Оскопить его.
Двое ответили одновременно: первый замер с открытым ртом, осознав масштаб трагедии, а вторая сама испугалась того, что произнесла.
Да быть не может! Эта госпожа Вань на вид совсем не кажется такой жестокой.
Пока толпа шепталась, охранники, противостоящие телохранителям, и поспешивший на место управляющий жилым комплексом уже не могли больше ждать.
— Господин Нань, если вы не разойдетесь, мы вызовем полицию!
Влияние семьи Нань было огромным, но их клиентом был именно тот, кто находился внутри. Если они будут стоять и смотреть, как безопасности владельца угрожает опасность, сегодня их всех уволят без выходного пособия.
Нань Цзинъянь бросил взгляд на управляющего и коротко бросил:
— Как вам угодно.
Такая готовность позволила управляющему замяться. Он вытащил телефон, колеблясь, стоит ли набирать номер, как вдруг двери виллы позади телохранителей снова распахнулись.
Нань Чжичжи вышла в сопровождении своих братьев. Увидев «госпожу Вань», управляющий словно узрел спасителя. Забыв про звонок, он кинулся ей навстречу:
— Госпожа Вань, наконец-то вы вышли! Что там, в конце концов, происходит?..
— Ничего особенного, — нежно и спокойно, как и всегда, произнесла Нань Чжичжи. — Всего лишь небольшая семейная ссора, просто вышло шумновато. Простите за беспокойство.
Говоря это, она окинула взглядом соседей, давая им понять, что инцидент исчерпан.
Лица присутствующих стали крайне странными. Учитывая недавние вопли, это было похоже на что угодно, только не на «небольшую семейную ссору».
Едва Чжичжи появилась, малышка Асуй спрыгнула с рук Нань Цзинланя и со всех ног припустила к матери.
Нань Цзинлань, получив от нее толчок, на мгновение застыл, схватившись за бок. Лицо его на секунду исказилось от боли. «У дочки сестренки, хоть она и маленькая, удар ногой будь здоров...» — подумал он, не придавая этому большого значения, и направился к четвертому и пятому братьям.
Когда они подошли к Нань Цзинъяню, тот негромко спросил:
— Жив хоть?
— Жив, — ответил Нань Цзинтин. — Сестренка сама приложила руку, так что действовала осторожно.
Нань Цзинчэнь скривился, явно недовольный:
— И зачем было самой мараться? Столько сил потратила, а сломала ровно одну ногу.
Будь на ее месте он или четвертый брат, обе ноги были бы раздроблены в труху.
Нань Цзинлань был удивлен, но лишь отчасти. Сестренка, которую они вырастили, никогда не была неженкой или тряпкой. То, что она сделала это сама, доказывало: ее чувства к Вань Юньтао выжжены дотла.
Нань Цзинъянь кивнул, удовлетворенный результатом, и жестом указал братьям на машины:
— Садитесь, остальным займутся адвокаты.
В этот момент послышался знакомый вой сирены. Машина скорой помощи подкатила прямо к дверям виллы. Нань Цзинъянь взмахнул рукой, и преграждавшие путь телохранители мгновенно расступились.
Управляющий, который еще надеялся, что «семейные разборки» обошлись без крови, почувствовал, как у него подкашиваются ноги при виде медиков. Что за чертовщина? Разве это не обычная ссора супругов? Почему понадобилась скорая?
— Это я вызвал машину, — вперед вышел элитный адвокат, присланный Нань Цзинхэ. — Несмотря на мелкую размолвку между супругами, госпожа Нань беспокоилась о последствиях и заранее велела мне вызвать врачей.
Конечно, это была ложь. Нань Чжичжи и словом не обмолвилась об этом перед входом в дом и уж точно не собиралась спасать Вань Юньтао. Это был юридический маневр: если дело дойдет до суда, адвокат предоставит доказательства, что сторона истицы сама вызвала помощь, а значит, причинение вреда здоровью было несчастным случаем или совершено в состоянии аффекта. Мол, да, вспылила, но осознав содеянное, тут же бросилась спасать.
Закончив объяснение, адвокат повернулся к Чжичжи:
— Госпожа Нань, дальше я разберусь. Ваша дочь наверняка сильно напугана, лучше отвезите ее домой отдохнуть.
Этот прозрачный намек заставил Чжичжи посмотреть на Асуй. Ее дочь... напугана?
Маленькая Асуй задрала голову, посмотрела на маму, потом на дядю-адвоката, хлопнула ресницами и, словно по наитию, тут же потянулась к маме на ручки, с самым серьезным видом заявив:
— Мамочка, Асуй бо-о-оится.
Нань Чжичжи едва сдержалась, чтобы не выдохнуть. Что ж, раз надо играть — будем играть.
Пока соседи продолжали шушукаться, адвокат быстро последовал за медиками внутрь. В суматохе у дверей никто не заметил, как следом за ними в дом юркнула чья-то фигура.
Тетушка Фу, войдя вслед за врачами, первой увидела жалкое состояние Вань Юньтао. У господина Ваня одна нога была вывернута под неестественным углом, а лицо превратилось в сплошной синяк.
Сердце тетушки Фу екнуло. Она прекрасно понимала, за что его так отделали. Она и представить не могла, что госпожа, такая хрупкая на вид, может быть столь беспощадной.
На миг в душе шевельнулись вина и стыд. Но тут она вспомнила о сыне, который ждал спасения на съемной квартире. Нет, сегодняшнее происшествие ее не касается. Это всё проделки самого господина Ваня. Более того, если бы не он, ее сын не страдал бы от проклятия. Наверняка господин Вань нарвался на каких-то врагов, а ее сын просто принял удар на себя!
С этой мыслью тетушка Фу мгновенно успокоилась, а остатки совести испарились без следа. Пока санитары укладывали мужчину на носилки, она быстро поднялась на второй этаж. Забежав в нужную комнату, она схватила безделушку из черного нефрита, которую сама же вернула утром, и спрятала ее в свою сумку.
Тетушка Фу была прислугой в доме Ваней, так что ее появление рядом с медиками никого не удивило. Все взгляды были прикованы к изуродованному господину Ваню.
Стоя на расстоянии, соседские дамы-сплетницы сверлили глазами нижнюю часть его тела.
«Хм... так и не скажешь, отрезали ему там что-то или нет...»
Любопытство сжигало их изнутри.
Даже не зная наверняка, стал ли Вань Юньтао евнухом, некоторые умудрились тайком сфотографировать его жалкий вид. После вчерашнего они не решались снимать слишком открыто, чтобы не злить семью Нань, но отправить фото мужу с пометкой «смотри и учись» — это святое.
Вот он, наглядный пример! Вот что случается с мужиками за измену!
http://tl.rulate.ru/book/153647/9664261
Готово:
