Когда они оказались в тумане, несколько детей явно чувствовали, что там ночь. Но когда группа, сопровождаемая горным духом, вышла по дороге, проложенной сквозь туман, их встретил палящий дневной свет. Прежде чем дети успели понять, что произошло, они услышали шум дронов над головой, а затем — крики людей: «Нашли! Всех детей нашли!» «Быстрее сообщите остальным, все пятеро детей нашлись… Э, нет! Кажется, еще один!» Дополнительным, естественно, был горный дух. Поскольку его тело было наполнено зловещей аурой, горный дух обрёл материальную форму. Даже будучи не в тумане, окружающие могли ясно видеть его. Он выглядел как маленький дикарь, выросший в горах, примерно семи-восьми лет, с длинными руками и ногами, одетый в лохмотья. Его длинные волосы ниспадали, выглядели немного грязными. Но никто не сомневался, что это человек. Думая, что ещё один ребёнок пропал, полицейские и спасатели быстро отвели детей. Нань Чжичжи, которая собиралась применить некоторые хитрости, чтобы заставить Лу Сюэтун всё рассказать, услышав новость о возвращении детей, не могла больше уделять внимание Лу Сюэтун. Она поспешно отправилась к деревне вместе с Нань Цзинъянем и Нань Цзинцынем и увидела маленькую А Суй и ещё четверых детей, а также Вань Цзяоцзяо, которую несли на спине спасатели. Другие гости и родители детей тоже подошли; толпа со всех сторон осматривала детей. Но обнаружили, что дети, пробывшие пропавшими более десяти часов, не были так грязны и растрёпаны, как ожидалось, и, кроме Вань Цзяоцзяо, все были в довольно хорошем состоянии? «Где вы были?! Вы пропадали почти целый день, мы все так перепугались!» Ху Лили крепко обняла свою младшую сестру, её глаза наполнились слезами от гнева, и она не удержалась, хлопнув её по попе два раза. Ху Фэйфэй, получив удар ни за что, надула губы, чувствуя себя очень обиженной. Хуан Дэн Дэн, получив удар, выглядел совершенно равнодушным. Он сказал: «Мы не бегали целый день, мы просто шли по горе… эм, минут десять!» Сказав это, он как будто задумался: «Но почему снаружи день?» Ведь только что была ночь. Дети не понимали, но маленькая А Суй знала причину. Тот туман был созданием Старухи Туманных Призраков, внутри находился лабиринт, похожий на иллюзию, где течение времени отличалось от внешнего мира. Даже те дети, которые пропали в деревне, как говорили, пропадали более трёх дней, но для них это было не более трёх часов. Взрослые вокруг, услышав слова Хуан Дэн Дэна, решили, что дети были напуганы до состояния бреда, и снова спросили, где они были во время своего исчезновения. Услышав это, Ху Фэйфэй громко заявила: «Мы видели сон! У нас был очень-очень сильный сон!» Хуан Дэн Дэн кивнул и поддержал её: «Да! Во сне мы умели летать! Вжух, и мы взлетели в небо». Взрослые: … Похоже, они действительно были напуганы до чёртиков. Затем кто-то спросил: «А что конкретно было в этом сильном сне?» Хуан Дэн Дэн и Ху Фэйфэй подсознательно захотели ответить, но в следующую секунду на их маленьких личиках появилось замешательство: «Я забыл», — сказал Хуан Дэн Дэн, — «Я только помню, что это был очень сильный сон, очень-очень сильный». Ху Фэйфэй добавила: «Да! Нас ещё проглотил такой большой рот». Взрослые опешили. Похоже, это действительно был сон. Дети ведь любят мечтать о том, как они летают и как их проглатывает монстр. Услышав это, один из жителей деревни, чей племянник пропал ранее, сказал: «Я вспомнил, когда моего племянника нашли, он был похож на них, тоже говорил, что не помнит, где был и что делал во время своего исчезновения, словно видел сон». Один из полицейских тут же недовольно спросил: «Почему вы не сказали об этом, когда мы спрашивали раньше?» Старик невинно ответил: «Забыл, такое давно было». А вот маленький учитель Го, выслушав двух своих товарищей, моргнул, опустил голову, ни соглашаясь, ни возражая. Что же касается А Суй, то она тем более не хотела говорить. Пусть они думают, что это был сон, и забудут о том, что произошло в тумане, — это хорошо. Видя, что дети не могут толком объяснить, взрослые забеспокоились о их психическом состоянии, и, поскольку Вань Цзяоцзяо всё ещё не приходила в себя, полицейские не стали больше расспрашивать. Съёмочная группа и родители поспешили отвезти детей в больницу для полного обследования. Горный дух тоже забрали. Однако, хотя он и стал материальным и выглядел как обычный человек, у него не было пульса и сердцебиения. Поэтому, воспользовавшись моментом, когда медсестра отвлеклась, он сбежал. Хотя маленькая А Суй уверяла, что с ней всё в порядке, её всё равно отправили на обследование. Во время перерыва на обследование она кратко рассказала маме и дяде о том, что произошло прошлой ночью. Услышав, что это был очень могущественный древесный трупный дух, Нань Чжичжи и Нань Цзинъянь были тайно встревожены. Узнав, что Вань Цзяоцзяо намеренно мешала ей, когда она сражалась с древесным трупным духом, Нань Чжичжи не могла не сжать кулаки от ненависти. Как она могла вырастить такого эгоистичного и злобного ребёнка? Как только она собиралась рассказать маленькой А Суй о странных событиях, произошедших с Лу Сюэтун, в следующий момент она увидела, как Лу Сюэтун, шатаясь, вбежала внутрь. Дети вернулись, и она не могла не появиться. Нань Чжичжи увидела, что её запястье и рука были плотно обмотаны бинтами, как будто она получила травму. Она думала, что после того, как её только что отругали, Лу Сюэтун хоть чему-то научится. Но, к её удивлению, как только та вошла, она пристально посмотрела на маленькую А Суй и прорычала: «Что ты сделала с моей Цзяоцзяо и со мной?» Цзяоцзяо была без сознания, врачи не могли определить причину, но Лу Сюэтун увидела синяк на её животе и решила, что это дело рук маленькой А Суй. «Если у вас есть недовольство мной и моей мамой, вы можете высказать его мне, зачем обижать ребёнка, такого как Цзяоцзяо?!» Её слова звучали жалко, как будто её обидели, что вызвало приступ гнева у Нань Чжичжи. Они ещё не закончили с ней дела, а она ещё и осмелилась явиться с обвинениями. Когда Нань Чжичжи уже собиралась вступить с ней в спор, она услышала, как маленькая А Суй звонко ответила: «Я тоже ребёнок, почему злая тётя обижает меня?» Она была на несколько дней младше Вань Цзяоцзяо, но её подговорили и бросили. Лу Сюэтун была явно ошеломлена её искренним встречным вопросом, но быстро успокоилась: «Это другое…» Ты монстр. Ты не обычный ребёнок. Обычного ребёнка, которого она забрала из приюта, разве ещё можно было спасти… Как только она хотела возразить, снаружи палаты вдруг послышался знакомый нежный голос Цзяоцзяо: «Мама?» Лу Сюэтун замерла, повернулась и увидела Вань Цзяоцзяо, которую вела медсестра. На её лице появилось радостное выражение, и она хотела спросить, как та себя чувствует, как вдруг Вань Цзяоцзяо посмотрела на Нань Цзинъяня и Нань Цзинцыня. Её глаза мгновенно загорелись, она отпустила руку медсестры и побежала к Нань Цзинцыню, обняла его за ногу и сладко крикнула: «Пятый дядя! Цзяоцзяо очень по тебе скучала!» Пятый дядя — Нань Цзинцынь: ??? Не-е-ет, кого ты называешь пятым дядей? Мы так близки?
http://tl.rulate.ru/book/153647/10067095
Готово:
