Е Чэнь и Ван Юйсинь приступили к работе. Е Чэнь подробно объяснял ей всё, что было непонятно. Она была очень умна и имела базовые знания, поэтому схватывала всё на лету, не прикладывая особых усилий. Лю Фэн и другие тоже были заняты, они составляли основную рабочую силу компании, и построение системной платформы в основном зависело от них. В 9:30 утра открылся фондовый рынок. Е Чэнь достал телефон и посмотрел. Акции Longfei Technology открылись с максимальным пределом роста. Обычным мелким инвесторам было невозможно их купить. Продающих было мало, а покупающих — много. Однако сегодня это было уже 21-е максимальное ограничение роста, и на такой высокой отметке мало кто осмеливался покупать. Если бы их зажало на вершине акций-«妖股» (яогу – акции с чрезмерно быстрой динамикой), то вернуть деньги за всю жизнь было бы трудно. «Черт возьми, это круто, почти в десять раз выросли». «Сожалею, была возможность войти, но не хватило смелости». «Десятикратный яогу, я упустил шанс разбогатеть». «21 максимальный предел роста, если начнётся обвал, то людей засосёт намертво». «Сейчас можно только наблюдать, покупать совершенно не подходит, цена слишком высокая». В комментариях было много сообщений. Большинство были настроены пессимистично, считая, что рост слишком велик. 21 максимальный предел роста, это было очень страшно, редкость на фондовом рынке. Ситуации, когда акции росли на шесть-семь или десять с лишним пределов, были более распространены. Е Чэнь увидел, что его счёт сегодня принёс более 230 000 юаней прибыли, и сохранял спокойствие, привык от этого. Отложив телефон, он продолжил работать. Около шести вечера они вдвоем закончили работу и поехали на автобусе обратно в школу. В автобусе было много людей. Ван Юйсинь и Е Чэнь сидели близко, она отчетливо чувствовала тепло его тела. В прошлой жизни Е Чэнь ненавидел час пик, когда автобусы и метро были переполнены. Он думал, что раньше был слишком ограничен. Сейчас же ему это нравилось. Особенно ему нравились водители автобусов, которые резко тормозили. … В другой стороне. Чжоу Ваньнин позвонила Е Чэню, но никто не ответил. Она хотела поговорить с Е Чэнем о его аспирантуре, а также о болезни его семьи. Три раза подряд не удавалось связаться, и она нашла домашний телефон Е Чэня. После двух гудков телефон ответил, и из трубки раздался мужской голос. «Алло, кто это?» Чжоу Ваньнин улыбнулась и сказала: «Вы случайно не отец Е Чэня? Я куратор Е Чэня, Чжоу Ваньнин». Е Сюэфэн спешно ответил: «Учитель Чжоу, здравствуйте, здравствуйте, я отец Сяо Чэня». Чжоу Ваньнин кратко справилась о здоровье: «Как здоровье бабушки Сяо Чэня?» А? Е Сюэфэн был немного озадачен: «Учитель Чжоу, бабушка Сяо Чэня умерла, когда ему было восемь или девять лет». Тут Чжоу Ваньнин была озадачена. У неё в голове зашумело, и она на несколько секунд замерла, прежде чем сказать: «Вы сказали, что бабушка Е Чэня умерла очень давно?» Е Сюэфэн: «Да, учитель Чжоу, я слышал от Сяо Чэня, что ваша мать заболела. Как она сейчас? Деньги не торопитесь возвращать, нам сейчас деньги не нужны». А??? Чжоу Ваньнин изначально просто спросила из вежливости, не ожидая столько информации. Она мгновенно всё поняла. Е Чэнь сказал своим родителям, что у его куратора заболела мать, а затем обманул родителей, выманив у них немного денег. Затем он снова обратился к ней за деньгами, солгав, что у его бабушки рак. Лицо Чжоу Ваньнин стало неприятным. Она не ожидала, что ей солжет студент, которому она больше всего доверяла и которого любила. Это чувство и вкус были не менее болезненными, чем предательство лучшей подруги. «Учитель Чжоу, вы здесь?» Чжоу Ваньнин пришла в себя: «У меня кое-какие дела, я повешу трубку». Положив трубку. Чжоу Ваньнин глубоко вздохнула, пытаясь успокоить испорченное настроение. Она совершенно не ожидала, что Е Чэнь окажется таким человеком. Одновременно она недоумевала, на что тот потратил столько денег. Она не стала раскрывать эту информацию отцу Е Чэня, потому что в глубине души питала некоторую надежду, не желая раздувать скандал, пока не выяснит всё до конца, возможно, у Е Чэня были какие-то трудности, о которых она не могла говорить. … Е Чэнь и Ван Юйсинь, выйдя из автобуса, не заметили, что Чжоу Ваньнин звонила ему. Поужинав и вернувшись в общежитие, он взял телефон и увидел пропущенный звонок от Чжоу Ваньнин. Он на мгновение замер, а затем спешно набрал её номер. Чжоу Ваньнин сидела в спальне, настолько злая, что даже не могла есть ужин. Зазвонил телефон, и увидев, что это Е Чэнь перезванивает, она ответила. Е Чэнь: «Учитель Чжоу, я только что вернулся с работы, было много людей в автобусе, я не заметил ваш звонок, деньги я верну через пару дней». «Как болезнь твоей бабушки?» — спросила Чжоу Ваньнин, почти скрипя зубами. Е Чэнь: «Операция прошла успешно, нужно наблюдать за риском дальнейшего распространения». Услышав его выдумку, Чжоу Ваньнин больше не могла сдерживаться: «Е Чэнь, я не ожидала, что ты такой человек!» Лицо Е Чэня замерло, он почувствовал себя неловко: «Что случилось, учитель Чжоу?» Чжоу Ваньнин: «Что случилось? Ты сам не знаешь? Ты ведь ясно понимаешь, что произошло? Обычно ты выглядишь таким честным и послушным, но оказалось, что это всё было притворством». Е Чэнь, услышав её слова, понял, что всё раскрылось. Он не знал, где произошла ошибка, но Чжоу Ваньнин точно знала, что её «обманули». Е Чэнь поспешно сказал: «Учитель Чжоу, простите, я не хотел вас обманывать, я боялся, что вы не дадите мне денег по другой причине, простите». Чжоу Ваньнин, услышав его искреннее извинение, немного успокоилась: «Ты взял у меня 200 000, и 100 000 у родителей. На что ты потратил столько денег?» Е Чэнь мгновенно понял, где произошла проблема. Наверняка Чжоу Ваньнин позвонила его родителям, и тогда всё раскрылось. Родители не позвонили ему, значит, они ещё не знали об этом. Судя по характеру отца, узнав, что он обманул их на такую сумму, тот, вероятно, приехал бы в Цзянхай и отлупил его. Он немного помедлил и сказал: «Я занялся торговлей акциями!» Огонь Чжоу Ваньнин, который уже почти погас, вспыхнул с новой силой, услышав, что он потратил столько денег на акции: «Е Чэнь, ты с ума сошёл??» «Простите, учитель Чжоу, у вас есть время в пятницу? Я объясню вам лично, не сердитесь, не портите здоровье, всё-всё моя вина, я признаю ошибки, я раскаиваюсь, я не человек…» В такой ситуации любые оправдания были бы бесполезны. Только искреннее признание ошибок было единственным выходом. Чжоу Ваньнин, услышав его искреннее извинение, немного успокоилась: «Е Чэнь, в пятницу ты должен дать мне идеальное объяснение!» Сказав это, она сердито повесила трубку. Е Чэнь облегченно выдохнул. В пятницу он сможет продать акции Longfei Technology, и все долги будут возвращены, но человеческие отношения вернуть сложнее. В это время люди, которые могут одолжить тебе деньги, безусловно, являются хорошими друзьями, которых стоит ценить. Тем более 200 000!! Это немалая сумма. В WeChat он нашёл Чжоу Ваньнин: «Сестра Нин, спасибо, что не сказали моим родителям, иначе отец бы меня разделал. Не сердитесь, это всё моя вина, хорошо питайтесь и отдыхайте». Искренность — это лучшее оружие. Чжоу Ваньнин, увидев его сообщение, не ответила, но её гнев немного утих. Однако, вспомнив, что он взял так много денег на акции, она снова разозлилась. Чем это отличается от азартных игр? Её отец в молодости торговал акциями, и спустя десятилетия всё ещё оставался в убытке, постоянно предостерегая её от этого. Она тогда так разозлилась не только потому, что её обманули, но и потому, что Е Чэнь увлёкся таким пороком.
http://tl.rulate.ru/book/153268/9764639
Готово:
