42 год по летоисчислению Конохи, утро 1 сентября. Хоуян стоял у входа в Академию ниндзя, глядя на вывеску «Воля Огня» над головой, и уголки его губ слегка приподнялись.
Сегодня он официально начинал свою карьеру в Академии ниндзя, пусть и в роли «сопровождающего».
Время вернулось на неделю назад. Хоуяна призвали в клан, и глава клана вызвал его на тренировочную площадку главной ветви.
— Хьюга Хоуян.
Хьюга Теннин холодно произнес: — Ты тоже достиг возраста поступления в Академию. Учитывая обстоятельства твоих родителей, главная ветвь решила хорошо тебя обучить. Отправить тебя учиться в Академию ниндзя. Ты должен помнить, что именно клан вырастил тебя, и какова твоя миссия как члена побочной ветви.
— Слушаюсь! Глава клана.
— Завтра внук Третьего старейшины тоже поступит вместе с тобой. Ты знаешь, что делать!
Хьюга Теннин отвернулся и продолжил: — Если бы не попытка сгладить отношения с деревней, главная ветвь не стала бы отправлять кого-либо в Академию ниндзя.
— Точно так же, внук старейшины главной ветви — это не тот, кого ты можешь себе позволить защищать. Ты должен ценить этот шанс и как следует оберегать Хьюгу Шоту. Это твоя судьба.
С этими словами Хьюга Теннин вернулся в резиденцию главной ветви. Хоуян подождал немного и тоже ушел.
— Судьба? Хе-хе... Птица в клетке? Интересно.
Хоуян пробормотал себе под нос, так, чтобы никто, кроме него, не мог услышать.
— Побочная ветвь, не поспешишь ли ты принести мне мою сумку, как велит мой статус юного господина!
Сзади раздался высокомерный детский голос. Это был Хьюга Шота, внук Третьего старейшины главной ветви.
На данный момент Хьюга Шота стоял, упершись руками в бока, на утреннем солнце. Его лоб, лишенный проклятой печати «Птица в клетке», казался слегка блестящим.
Хоуян обернулся, изобразив деловую улыбку: — Юный господин Шота, ваша прическа сегодня особенно… изысканна. Одно лишь взглянув на эту прическу, понимаешь, насколько она индивидуальна. Сразу видно, будущий Хокаге.
Лицо Хьюги Шоты застыло, а затем он гневно воскликнул: — Ты… ты смеешь смеяться надо мной?
Хоуян поспешно махнул рукой: — Ни за что, ни за что. Я говорю лишь правду.
Вскоре они вдвоем направились в класс.
В классе Учиха Обито, в защитных очках, вырезал на парте «Хокаге был здесь».
Нохара Рин плела косичку для Юхи Куренай у окна.
Когда Хоуян, таща за собой сумку Хьюги Шоты, вошел, он увидел, как Хатаке Какаши прячет «Ича Ича Парк» под обложкой книги «Основы теории чакры».
В этот момент вошел парень с головой-арбузом, стоявший на голове. Он сделал кувырок и, вскакивая, продемонстрировал Хоуяну и Какаши большой палец: — Это связь юности, Хоуян! Какаши! С сегодняшнего дня я бросаю вам вызов в академическом поединке, чего требует судьба!
— Нет. Я отказываюсь.
Какаши холодно ответил.
Майто Гай, застывший в своей позе, мгновенно окаменел.
Хоуян беспомощно покачал головой, подумав: «Этот парень действительно упорный». Затем Майто Гай сел рядом с Какаши и начал приставать к нему.
В классе тут же раздался дружный смех. Учиха Обито хохотал до упаду.
Нохара Рин, смущенно и негодующе взглянув на него, заставила Обито тут же принять серьезный вид.
Хоуян, наблюдая за этой сценой, про себя радовался: «В первый день учебы атмосфера довольно оживленная».
Затем, взяв сумку Хьюги Шоты, он вместе с ним подошел к двум свободным партам и уселся.
Хоуян осмотрелся и обнаружил множество персонажей из аниме.
О тех, кто уже появился, говорить не стоит. Также были здесь сын Третьего Хокаге — Сарутоби Асума; будущий глава отдела допросов — Морино Ибики; Ширануи Генма, держащий в зубах сенбон;
Цунаде ученица — Като Шизюне;
Других Хоуян не знал, видимо, это массовка.
Вскоре вошел учитель, и привел всех на тренировочную площадку для проведения церемонии открытия.
На церемонии открытия Третий Хокаге, Сарутоби Хирузен, снова начал свою «промывку мозгов» речью.
Его речь о Воле Огня дошла только до третьей части «Там, где летят листья», а Хоуян уже клевал носом.
В конце концов, он, видевший аниме, прекрасно знал, что такое Воля Огня. Это было не что иное, как выдумка Третьего Хокаге, чтобы сохранить свое положение, которой он обманывал людей. Только в конце, кажется, и сам Третий поверил в это.
Однако другие ученики уже были наполнены горячей решимостью.
Когда Сарутоби Хирузен сказал: «Все вы — будущее Конохи», атмосфера на месте достигла пика.
Хотя, к слову, слова Третьего не были ошибочными.
Из этого поколения те, кого знал Хоуян, впоследствии стали костяком Конохи.
Среди них был и Шестой Хокаге, и главный злодей, развязавший Четвертую Великую Войну Ниндзя.
В то же время, Яхико, Нагато и Конан, учившиеся у Джирайи три года, завершили свое обучение.
В руинах деревни Скрытого Дождя Яхико, Нагато и Конан провожали уходящего Джирайю.
— Учитель.
В глазах Яхико стояли слезы. — Мы обязательно осуществим мечту о мире!
Джирайя обернулся, показав теплую улыбку: — Я верю в вас. Помните, истинный мир достигается не силой, а пониманием и принятием.
Нагато сжал кулаки: — Мы используем силу, которой научили нас вы, чтобы создать мир без войн.
Конан молча кивнула, в ее глазах мелькнула решимость.
Джирайя помахал рукой и исчез в пелене дождя.
Он знал, что эти трое детей изменят будущее ниндзя.
После поступления в Академию жизнь стала спокойной. В конце концов, им было всего четыре-пять лет, и события внешнего мира их, по сути, не касались.
А Хьюга Шота, после появления в Академии в начале учебы, часто не приходил на занятия. Учитель ничего не говорил. В конце концов, дети из великих кланов имели своих личных наставников, которые намного превосходили учителей в Академии ниндзя.
Здесь редко бывали на учебе дети из основных ветвей великих кланов. Те, кто приходил, делали это, чтобы продемонстрировать уважение к вышестоящим чинам деревни.
В конце концов, сын Хокаге, Сарутоби Асума, тоже пришел. Почему бы и вам не прийти?
Просто после их прихода школа уже не следила за посещаемостью.
Хьюга из побочной ветви, как Хоуян, в школе чувствовал себя как дома, ведь они были одним из двух великих кланов Конохи, с врожденным гекингэем.
Однако в школе Хоуян демонстрировал только талант в области тайдзюцу, подобно Майто Гаю, и не проявлял никаких способностей к ниндзюцу или гендзюцу.
Чтобы скрыть это, он часто вместе с Майто Гаем громко выкрикивал: «Только с помощью тайдзюцу можно стать сильным ниндзя».
Создавая впечатление «чунибё».
Какаши, как всегда, сохранял холодный и отстраненный вид, являясь прилежным учеником, объектом преследования многих девушек в классе.
Обито же, как и в оригинальной истории, оставался самым отсталым учеником, даже больше, чем Хоуян и Майто Гай. В конце концов, его ниндзюцу и тайдзюцу были на полпути, а гендзюцу, так как шаринган еще не был активирован, тоже было на полпути.
Однажды после поступления в Академию Хоуян тренировался на задней горе, оттачивая «Восемь триграмм – палочка».
Деревянная палка в его руке мелькала с пронзительной силой, каждый удар нес в себе острый напор.
— «Восемь триграмм – палочка» опирается на мягкость, побеждающую твердость.
Хоуян бормотал себе под нос, практикуясь: — Нужно быть, как вода, кажущейся хрупкой, но на самом деле несокрушимой.
Внезапно древко в его руке дрогнуло, превратилось в стремительную тень и метнулось вперед. Внутренняя сила, сконцентрированная на кончике палки, оставила в воздухе едва заметный след.
Когда он сможет выпустить внутреннюю силу наружу, то сможет достичь уровня первоклассного мастера, и тогда у него только появится возможность самообороны.
— Неплохо!
Уникальный голос Орочимару раздался сзади: — Твоя техника владения палкой достигла совершенства. Если говорить только о владении палкой, ты уже сильнее старика.
Хоуян завершил движение и выпрямился, ответив с улыбкой: — Благодарю за наставления, великий Орочимару-сама.
Орочимару облизнул губы: — Однако я владею мечом, поэтому мало тебя наставлял.
Затем Орочимару достал свиток из рукава: — Это некоторые мои наработки по фехтованию. Возможно, они тебе помогут.
Хоуян принял свиток, радостно про себя подумав: «Спасибо, великий Орочимару-сама!»
http://tl.rulate.ru/book/153170/10239205
Готово:
