— Сюда идут, — сказал Ао Бин, уже готовясь снова накинуть капюшон плаща, но его остановил Сунь Укун.
— Старый обезьяний господин говорит о том, почему ты, парень, раньше не показывался. Оказывается, всё из-за рогов дракона. Мои обезьяньи волосы этого не скрыли, а у трёхглазого третья глазница закрыта. Тебе вовсе не обязательно что-то скрывать.
— В том-то и дело, — согласился Ао Бин.
Этот плащ предназначался лишь для сокрытия ци. Капюшон же он надевал, чтобы никто не распознал в нём демона. Теперь атмосфера между тремя кланами несколько напряжённая, и не нужно слишком беспокоиться о статусе демона. В чём-то всё осталось по-прежнему, а в чём-то — наоборот.
Поскольку многие демоны творили добро, помогая бедным деревням, репутация демонического народа немного улучшилась, хотя и не сильно.
У него не было нужды прятаться так же сильно, как много лет назад. Главное — рядом были спутники. Одному ему было бы неловко, но когда есть кто-то другой, неловкости нет.
Когда лодка приблизилась, стало видно, что гребёт миловидная девушка. Не зря это Страна Женщин, где мужской процент равен нулю.
— Вам нужно переправиться?
Глаза девушки сияли, когда она смотрела на путников. Здесь были не только мужчины, но и двое красивых парней. Как ей тут не волноваться!
Тан Сань подошёл и произнёс свою старую речь. Вся компания — пятеро человек, собака и лошадь — благополучно разместились на лодке. Присев, девушка невольно искоса поглядывала на Ян Цзяня и Ао Бина. Интенсивность её взгляда заставляла Ао Бина чувствовать себя крайне некомфортно.
Напротив, Ян Цзянь и Ао Бин вели себя совершенно по-разному. Ян Цзяня уже приучили к такому вниманию небесные феи.
Если сравнивать Ян Цзяня и Ао Бина, то Ян Цзянь был из тех крепких мачо, а Ао Бин — из стройных, холодных красавцев. Внешность унаследовал от отца: Старый Король-Дракон Восточного моря тоже был высоким и статным красавцем с холодным выражением лица.
Этот парень, видно, слишком юн, его драконьи рога даже вполовину не так велики, как у его отца.
«Неужели маленькой сестрёнке Нэ Чжа нравится такой тип?» — подумал Сунь Укун. — «Но разве это не то же самое, что овца попадёт в пасть тигру, когда они отправляются в Царство Женщин?»
Девушка то и дело заговаривала то с монахом, то с драконом. Ао Бин сохранял каменное лицо, лишь изредка отмахиваясь от неё одной фразой. Ян Цзянь же просто закрыл глаза, делая вид, что спит.
Ао Бин то и дело поглядывал на Нэ Чжа, и его взгляд молил: «Спаси меня!». Но Нэ Чжа просто наслаждался зрелищем и полностью игнорировал мольбы Ао Бина.
Видя такое поведение Нэ Чжа, Ао Бин сильно запаниковал, ему было неловко.
В этот момент Тан Сань почувствовал скручивания в животе. Он посмотрел на Ао Бина и принялся жаловаться на недомогание. В конце концов, никто из трёх не обращал на него внимания, и вся надежда оставалась на этом человекоподобном существе. Так он мог проверить, слушаются ли его вообще.
Для Ао Бина же это был прекрасный шанс избавиться от неловкости. Но в глазах Тан Саня это был тот, кого он наконец-то мог контролировать.
«Подумаешь, жемчужина и демонический шар, оказавшиеся вместе. Каким бы хорошим «шаром» он мог быть?»
— Я должен сообщить тебе радостную весть, — сказал Тан Сань.
Услышав их разговор, девушка-лодочница тут же всё поняла.
— Какая весть?
— Разумеется, Святой Монах беременен.
— Что?
Услышав это, Тан Сань не мог поверить, а остальные ученики едва сдерживали смех.
— Как это возможно? Я же мужчина!
— Вы выпили воды из Реки Сынов и Дочерей, верно? В нашем Царстве Женщин нет мужчин, и мы можем размножаться только благодаря этой реке.
Услышав эту новость, Тан Сань почувствовал себя так, будто на него обрушилась небесная молния. Ао Бин же задумался о другом: если они размножаются, переправляясь через Реку Сынов и Дочерей, значит ли это, что они не могут родить мальчика?
— Девушка, простите, могу ли я задать вопрос, который может показаться несколько оскорбительным? Если не хотите отвечать, просто считайте, что я ничего не спрашивал.
— Ничего, господин, спрашивайте.
— Эта вода из Реки Сынов и Дочерей рождает только женщин?
— Господин, в те времена, когда все желают мальчиков, во многих местах не могут позволить себе много детей. Мальчики — драгоценность семьи, а девочки — никчёмны. Во многих регионах девочек-младенцев просто бросают или убивают при рождении. Говорят, что души этих девушек, попав в Преисподнюю, вызвали у Владыки Ада жалость. Он проявил милосердие и направил их в Реку Сынов и Дочерей, чтобы они могли переродиться. Поэтому здесь могут рождаться только женщины.
По сути, сказанное было ещё мягко. Ради рождения сына во многих горных районах новорождённых девочек просто убивали или топили.
Погибших девочек было видимо-невидимо, как сорняков. Разве они совершили что-то плохое? Неужели только из-за того, что у них не хватало одной лишней плоти, их отвергали семьи?
Постоянно сталкиваясь с этим, они боялись перерождаться, опасаясь, что если родятся снова, им будет вынесен смертный приговор.
Поэтому Река Сынов и Дочерей дала им небольшую гарантию: эта река может рождать только девочек.
Хочешь ребёнка — пей воду из этой реки, и ты гарантированно забеременеешь, но родится только девочка.
Если хочешь ребёнка, и тебе неважно, что это будет девочка, можешь пить. Иначе не пей. Это, по крайней мере, даёт этим девочкам малейшую гарантию того, что их перерождение не будет означать смерть сразу после рождения.
Хотя многие всё ещё играли в лотерею — даже родив девочку, они всё равно убивали её. Но когда весть о том, что эта река может подарить дочь, распространилась, и люди постепенно поняли, что это правда, такие случаи стали реже.
Пусть путь впереди и нелёгок, но теперь, по крайней мере, они могут переродиться в семье, где не придётся рано умереть.
Услышав происхождение Реки Сынов и Дочерей, все трое были потрясены.
Вот оно что. Примеры сыновней привязанности и неуважения к дочерям они, конечно, слышали не раз. Всё, что они могли сделать, это пожелать этим девочкам переродиться в хороших семьях.
В конце концов, судьбу перерождения они контролировать не могли. Неужели им лететь далеко и специально доставлять воду из Реки Сынов и Дочерей тем семьям, которые готовы принять дочь? У них нет столько свободного времени.
А Тан Сань был поражён только тем, что забеременел сам. Как это возможно? Он же мужчина! Как он мог забеременеть?
Он не слышал ничего из того, что ему говорили.
— Ой, живот болит... Как сойдём с лодки, быстрее принесите мне лекарство для прерывания беременности!
— Ты не являешься наставником никому! Лысый, это же жизнь! Ты, буддийский монах, хочешь погубить жизнь?
Нэ Чжа влепил ему пощёчину.
Услышав слова Нэ Чжа, Тан Сань опомнился: он же последователь Будды, а значит, должен ценить жизнь. Разве он может так просто избавиться от того, что в его животе — это всё-таки жизнь? Разве это не равносильно убийству? Это противоречит его обетам и учениям Будды.
— Лысый, подумай! Это не только жизнь, это ещё и твоё родное дитя. Ты действительно хочешь избавиться от него? Даже тигрица не ест своих детёнышей. Ты кто такой, последователь Дао? Ты вообще человек? Такому жалкому ребёнку, да ещё и девушке, которая погибла из-за культа сыновей, ты, буддийский ученик, хочешь... — Нэ Чжа хорошенько его «промыл», и Тан Сань начал размышлять.
А тем временем остальные стояли в стороне. Ян Цзянь безумно потешался в душе.
«Ты пронзил своего родного отца копьём, то и дело пинал его и бил, ничуть не заботясь о чести отца, ругал его как последнего оборванца, да ещё и постоянно спрашивал о своих дедушке и бабушке. И ему хватает наглости произносить такие слова?»
«Даже Ли Тяньван, которого все считали суровым отцом, на самом деле был одержим сыном. Говорили, что он чувствовал себя виноватым перед ним, пока тот был в Чэньтангуане. Ян Цзянь не стал вдаваться в подробности, ведь это их семейное дело. Он явно дал Нэ Чжа Изумрудную Пагоду, чтобы усмирять его. Но на деле она не справлялась с Нэ Чжа в случае чего, и пагоду выпускали только по необходимости. В остальное время Ли Тяньван обучал его сам».
Вскоре все сошли с лодки, оплатили проезд, поблагодарили и ушли. Девушка же достала клетку с птицей, сказав, что пошлёт её с донесением.
Их Царица давно слышала о высокочтимом монахе из Да Тана, который направлялся на Запад записывать писания. Их Царица была этим очень заинтригована.
Как только группа вошла на территорию Царства Женщин, их стали окружать, словно они были животными на обозрении. Эти женщины смотрели на них волчьими глазами, им было наплевать, что у пришельцев рога, синие волосы или лишний глаз на лбу.
Главное, что они — самцы, и выглядят пристойно. А уж двое из них были так красивы!
Ао Бин мгновенно пожалел, что не надел капюшон. Но было уже поздно — его лицо успели рассмотреть. Нэ Чжа даже толкнул его локтем в плечо.
И, склонившись к его уху, спросил, не приглянулось ли ему кто.
— Нэ Чжа, не поддразнивай меня.
Изначально девушки горячо зазывали их войти в дома, предлагая ночлег и еду. Они подмигивали, махали пальцами, бросали воздушные поцелуи и цветы. Оставалось только броситься на них.
Но когда они увидели Нэ Чжа и Ао Бина стоящими так близко, их пыл заметно поугас.
Причина была проста: они почувствовали своё превосходство. Эти двое, стоя рядом, — один красивый, другой прелестный. Мужская сила и женская нежность — всё это идеально сочеталось в Нэ Чжа. Он был настолько красив, что невозможно было определить его пол, такой, что поражает с первого взгляда и не надоедает. Телосложение высокое, но стройное, с особой притягательной аурой.
Ещё на Небесах многие сравнивали Нэ Чжа с Семью Бессмертными Девами. Существовал даже «Список Красот», где Нэ Чжа обычно не интересовался такими вещами. Но Ян Цзянь был в курсе всех сплетен. Увидев место Нэ Чжа в этом списке, Ян Цзянь так смеялся, что болел живот: этот парень умудрился вытеснить Чанъэ!
В основном, это произошло после одного банкета, когда Принцесса Цинлянь лично нарядила его. Помимо его врождённого великолепия из Золотой Пещеры, его украшения, замаскированные под магические артефакты, были роскошнее, чем у большинства небесных фей. Принцесса Цинлянь добавила ещё несколько слоёв: одежда и макияж были вне всяких похвал. Ей даже удалось нанести ему макияж и пудру, чтобы скрыть демонические узоры на лице.
На том банкете его лицо было чёрным от злости.
Эти двое — главные поставщики красоты Небесного Двора: один крайне привлекателен для женских бессмертных, а другой нравится и мужчинам, и женщинам. Эти «белые личики» из Гуаньцзянькоу и Восточного моря были здесь просто нарасхват.
http://tl.rulate.ru/book/153105/10801952
Готово:
