Глядя на документы, брошенные к его ногам, Сакадзуки на мгновение замер, не зная, стоит ли их поднимать и читать. Перед его глазами мелькнули картины из детства. Многие вещи стерлись из памяти с течением лет, а некоторые он и вовсе забыл, но образ матери, закрывшей глаза на его руках, до сих пор ярко отпечатался в глубине его сознания.
Тогда ему было всего семь или восемь лет. Родители были живы, и жизнь шла более-менее сносно. Но хорошее длилось недолго. Однажды на родной причал их деревни причалил пиратский корабль. Следом за этим пираты выскочили на берег, начав резню и грабеж. Его отец, чтобы защитить его и мать, был убит пиратом одним ударом меча. Мать, тоже ради него, получила смертельную рану от пиратского меча. Несмотря на это, мать продолжала прикрывать его своим телом, заставив пиратов поверить, что он тоже погиб!
На самом деле, он был так напуган всем произошедшим, что, спрятавшись под телом матери, не смел даже пошевелиться. Лишь когда пираты закончили грабеж и ушли, он осмелился выбраться из-под матери. Прошли десятилетия, но он до сих пор помнил, как мать, собрав последние силы, гладила его по щеке. Поскольку все жители его родной деревни погибли от рук пиратов, не осталось ни одного выжившего, ему пришлось просто похоронить мать во дворе их дома. Затем, движимый ненавистью к пиратам, он без колебаний отправился в приключение к базе Морского дозора, поклявшись истребить всех пиратов в мире.
С того времени прошли десятилетия. Бесчисленное количество пиратов погибло от его рук, и несметное число пиратов было поймано им и брошено в тюрьму. Но даже так он не забыл клятву, данную у могилы матери, — уничтожить всех пиратов. После короткого молчания, хотя сердце подсказывало, что Ся Юй, должно быть, ошибся, он всё же непроизвольно наклонился и подобрал документы. Едва он открыл первый лист, как фотография ударила его врасплох. На снимке был изображён сгорбленный, морщинистый старик, выглядевший лет на семьдесят. Старик сидел на диване в гостиной с доброй улыбкой на лице. Рядом с ним стоял Ся Юй в форме контр-адмирала.
Он уже слышал, что Ся Юй спас пожилого человека во время выполнения задания, но никогда не расспрашивал об этом. Даже когда Ся Юй получил повышение до вице-адмирала и перешёл под его командование, он ни разу не был в гостях у Ся Юй, лишь знал, что тот уже три года ухаживает за этим стариком. К тому же, он был трудоголиком и редко слонялся по жилым районам, проводя всё время на работе или по пути на неё, поэтому он никогда не видел старика, которого привёл Ся Юй.
В тот момент, когда он увидел старика на фотографии, его словно поразило током, и он застыл на месте. Тут же он с нетерпением начал просматривать отчёт о расследовании, находившийся в папке. Чем дальше он читал, тем сильнее дрожали его руки, сжимавшие документы. Прочитав отчёт, он больше не мог сдерживаться. Он поднял голову, посмотрел на Мозу и Ся Юй и хриплым, сбивчивым голосом произнёс: «Вы… нет, это невозможно. Я сам похоронил мать, она… она не могла быть жива.»
Сказав это, он снова взял фотографию. Хотя с тех пор прошли десятилетия, и облик матери на снимке отличался от того, что он помнил, он ощущал невероятное родство. Сердце забилось так быстро, что, казалось, выскочит из горла, лишив его спокойствия адмирала и той строгости и холодности, что он сохранял десятилетиями. Потеряв самообладание, он сменил тон: «Ся Юй, где сейчас находится пожилая леди?»
Услышав это, Ся Юй неторопливо убрал меч в ножны. Затем, даже не взглянув на Сакадзуки, он коротко сказал: «Пойдём!»
«Нет, ты не можешь идти!» — Сакадзуки шагнул вперёд и, понизив голос, произнёс: «Отведи меня к ней!»
Видя это, Ся Юй слегка нахмурился. Стоявший рядом Мозу поспешно шагнул вперёд, поклонился и сказал: «Господин Ся Юй, позвольте мне отвести адмирала Сакадзуки.»
Ся Юй кивнул, затем обошёл Сакадзуки и стремительно вышел из уже разрушенной и превращённой в руины тюрьмы. Едва он вышел за ворота тюрьмы, как выстроившиеся двумя рядами десятки тысяч солдат Морского дозора почти одновременно сомкнули ноги, подняли руки и хором выкрикнули: «Верность!»
Чистый и громкий голос разнёсся по ночному небу, эхом отозвавшись над Маринфордом. Услышав внезапно разнёсшийся по небу призыв, солдаты, контролировавшие главные казармы, оружейные склады, научный отдел и основные крепости Штаба, тоже остановились, повернувшись лицом к площади Маринфорда. Очевидно, беспрецедентный мятеж закончился в тот момент, когда Ся Юй вышел за ворота тюрьмы.
Глядя на выстроившихся двумя рядами офицеров всех рангов и десятки тысяч солдат, Ся Юй слегка кивнул, затем, выпрямив спину, гордо зашагал вперёд. В это же время. Сэнгоку, который, получив известие, первым выбежал из дома, как только вошёл в здание Штаба, почувствовал резкий запах крови. Не успев отреагировать, вице-адмирал Охотничьи собаки, возглавляя сотню солдат, бросился навстречу.
«Адмирал Сэнгоку, прошу вас остаться!» — подойдя к Сэнгоку, Охотничьи собаки отдал честь и произнёс слова, от которых у Сэнгоку волосы встали дыбом: «Сейчас Маринфорд практически полностью под нашим контролем. Если вы не хотите, чтобы Маринфорд был разрушен, оставайтесь на месте и ждите прибытия господина Ся Юй!»
«М?» — выражение лица адмирала Сэнгоку слегка изменилось. Он быстро огляделся. Увидев, что знакомые фигуры в главном холле первого этажа исчезли, а вокруг стояли солдаты, наставившие на него дула оружия, он больше не мог сдерживаться. Его адмиральский плащ без ветра затрепетал, и он отругал Охотничьих собак: «Охотничьи собаки, как вы могли так жестоко обойтись с сослуживцами! Говорите правду, неужели дежурные солдаты в здании Штаба были вами убиты?»
Не успел Охотничьи собаки ответить, как Бас и ещё двое, следовавшие за Сэнгоку, выскочили вперёд, показывая пальцами на Охотничьих собак, и в ярости закричали: «Бунт! Вы, предатели, заплатите за всё, что делаете!»
Увидев внезапно появившихся Баса и двух других, глаза Охотничьих собак сверкнули холодным блеском: «Шумно!»
Не успел он договорить, как несколько солдат, стоявшие за ним, бросились вперёд и нажали на спусковые крючки, целясь в Баса и двух других. Бах-бах-бах! — Послышалась серия выстрелов. Бас и двое других, даже не успев вскрикнуть, были превращены в решето солдатами, опустошившими магазины!
«Проклятье, Охотничьи собаки, как ты мог…» — Сэнгоку чуть не выплюнул кровь, не ожидая, что Охотничьи собаки без колебаний уберут Баса и двоих других. Ведь Бас и двое других были судьями Эниес Лобби, равными ему по статусу. Пока Бас и двое других были живы, у него оставалась хоть какая-то надежда спасти ситуацию, но после того, как они были убиты пулями, дело полностью вышло из-под контроля.
«Адмирал, времена изменились!» — Охотничьи собаки махнул рукой, давая солдатам знак отойти, и спокойно сказал: «Господин Ся Юй сказал, что в смутные времена нужны суровые законы, жертвы начинаются с нашего поколения! Морской дозор должен провести реформы, а коррумпированные элементы и вредители из Мирового правительства должны быть очищены.»
http://tl.rulate.ru/book/153077/10010045
Готово:
