На фотографии Цзян Сяояо сидел в придорожном баре, попивая немного вина, и, подняв телефон, решил сделать селфи, чтобы выложить в "Моменты".
Однако случайно попавшая в кадр маленькая девочка позади него привела в шок всех присутствующих старейшин и даже самого Императора Цзяна.
— Как это может быть Чу Сялин…
А Чу Сялин была не кем иной, как Императорской Дочерью клана Юнь, дочерью Императора Юнь!
Император Цзян поспешно спросил:
— Почему ты не сказал о такой важной вещи раньше?
Цзян Сяояо потрёт затылок, оскалившись в неловкой улыбке:
— В тот день у нас были каникулы, я поехал в Город Дымчатых Дождей, потому что слышал, что там великолепное вино.
— И я не удержался, выпил лишнего, а вспомнил только сейчас… Прошу прощения.
У всех уголки губ невольно дёрнулись: если говорить о беззаботности, мало кто мог сравниться с этим человеком.
Вскоре Цзян Сяояо снова обрёл серьёзное выражение лица и продолжил:
— Поэтому я считаю, что стремительный взлёт благословения клана Юнь в значительной степени связан с этим Городом Дымчатых Дождей.
— Это как в первой части пророчества: «Дымчатые дожди льют, и бессмертные падают в мир смертных».
— «Дымчатые дожди» очень вероятно указывают на место — Город Дымчатых Дождей, а «бессмертные падают в мир смертных» означает, что бессмертные спустились в мир смертных.
Тут пятый старейшина, который до этого молчал, спросил:
— А как насчёт второй половины? Какая между ними связь?
— «Туманные облака» — по моему мнению, это указывает на одно событие.
— Возможно, это большое событие, исход которого никто не сможет понять или предвидеть, будто наши глаза застлал плотный туман.
— А «попутчик» означает двух незнакомых людей.
— Если собрать эти разрозненные объяснения вместе, я думаю, это означает…
— В Городе Дымчатых Дождей появился бессмертный, которого ни ты, ни я не знаем.
— И только когда произойдёт нечто… великое, исход которого никто не сможет предсказать! — мы узнаем.
Рассуждения Цзян Сяояо заставили всех замолчать.
Через некоторое время Император Цзян внезапно заговорил:
— Значит, по твоим словам, ты считаешь, что это великое событие — пари между тем мальчишкой Юнь Мочэнем и Императором Чжу?
Цзян Сяояо не уклонялся, сделал глоток вина и рассмеялся:
— Ха-ха, Император Цзян, я всего лишь предполагаю. Насчёт правдивости я не могу дать гарантий.
— Более того, я считаю, что это событие не только свяжет Наследного Сына Цзян Наньтяня с Городом Дымчатых Дождей, но и принесёт ему всеобщее восхищение и внимание.
— Это тоже часть накопления благословения.
Собственно, слова Цзян Сяояо были не лживы.
Хотя благословение кажется эфемерным и нематериальным, нельзя отрицать его существования.
То, сможет ли семья или даже целое государство процветать вечно, во многом зависит от благословения.
А источники этого благословения довольно мистические.
Некоторые рождаются в семье, другие — благословения предков рода, а иногда это сокровище, обретённое случайно и так далее.
А Наследный Сын, рождённый в предвещании процветания, в некотором смысле является основным источником благословения семьи.
И если Наследный Сын достигает значительного прорыва в культивации или духовном состоянии, или привлекает внимание и похвалу всего общества и всей страны,
то его благословение незримо возрастает вместе с ним.
— Сяояо, я, этот Император, считаю, что твои выводы верны.
— Что хочешь выпить, я завтра привезу тебе пару бутылок.
Цзян Сяояо заулыбался, обнажив зубы:
— Император Цзян, не нужно, не нужно.
— Лишь бы вы меня не наказывали.
Император Цзян почувствовал себя не в своей тарелке и с любопытством посмотрел на него:
— Что ты этим хочешь сказать?
Не успел Цзян Сяояо ответить, как его тело уже метнулось к дверям зала заседаний.
— Император Цзян, две бутылки вина, которые вы прячете у изголовья кровати, были слишком ароматны. Я не удержался и… продегустировал их…
— Чёрт тебя побери, не смей бежать! Кхе-кхе…
Император Цзян чуть не задохнулся от гнева. Это же было свадебное вино, которое он приберёг для свадьбы своего сына!
— Папа, почему вы так злитесь?
В этот момент.
Снаружи вошёл статный юноша и направился прямо к Императору Цзяну, похлопав его по спине.
Это был Цзян Наньтянь, единственный сын Императора Цзяна.
— Кхе-кхе… Всё в порядке, — отмахнулся Император Цзян, а затем спросил: — Сынок, ты слышал о том, что произошло в Городе Дымчатых Дождей?
Цзян Наньтянь кивнул, на его лице не отразилось никаких эмоций.
— Папа, вам не стоит из-за этого переживать.
— Это всего лишь пустые хвастовство какого-то бродячего сорванца. Пусть чудит, сколько хочет.
Слова Цзян Наньтяня весьма удивили Императора Цзяна:
— А ты не беспокоишься, что это скажется на твоём престиже?
Цзян Наньтянь покачал головой.
— Папа, по части происхождения наша семья уступает только клану Юнь, а остальные какие-нибудь скрытые малые кланы с нами и рядом не стоят.
— И самое главное — я уверен в своём таланте, который способен разбить любые сомнения.
— Если этот мальчишка действительно ищет смерти, то в день вступительных экзаменов я ни за что не проявлю милосердия.
Сказав это, на лице Цзян Наньтяня мелькнула жестокость и презрение.
Император Цзян громко рассмеялся и похлопал его по плечу:
— Хороший мальчик!
Затем он повернулся к старейшинам:
— Запомните, не ищите этого юношу тайно.
— Мы — аристократический род культиваторов. Любое мелкое дело может быть безмерно раздуто теми, кто ищет повода.
— А талант Тэня в этом году на вступительных экзаменах, несомненно, будет первым. Так что нам нужно просто дождаться того дня и посмеяться над этим зазнайкой.
— Что касается той девчонки Чжу Цинъань, я уверен, что Император Чжу хорошо с ней побеседует.
Тела всех старейшин вздрогнули, и они благоговейно ответили:
— Да! Император Цзян!
…
Солнце садилось, и одинокая, тонкая фигура юноши медленно уходила вдаль в последних лучах заката.
Многие прохожие, узнав в этом юноше героя вчерашних новостей, перешептывались в сторонке.
Однако юноша не обращал внимания на их пересуды — жизнь нужно прожить для себя, главное, чтобы совесть была чиста.
— Хозяин, вы сегодня были просто сногсшибательны!
— Система, а как же награда?
— Всё уже уложено в системном пространстве! Скажите мне, хозяин, когда понадобится, я его достану!
Хорошо, что осталась ещё одна Пилюля Основания Божественного Ранга, которая гарантировала стопроцентное успешное создание Основания!
Иначе случившееся сегодня заставило бы его чувствовать себя ещё хуже.
Хотя он знал, что Чжу Цинъань говорила неискренне.
Но услышать лично от любимого человека слова о разрыве всё равно оставляет горький осадок в сердце.
— Твой дом… в переулке…
В этот самый момент у Юнь Мочэня зазвонил телефон.
— Алло, учитель Ло Уцин, что-то случилось?
— Мочэнь, ты в порядке?
— Всё хорошо, учитель Ло Уцин, спасибо за заботу.
Затем Юнь Мочэнь обменялся вежливыми фразами с Ло Уцин и повесил трубку.
Но почему-то после этого звонка его сердце согрелось, и настроение стало намного лучше.
Чтобы сэкономить, Юнь Мочэнь решил идти домой пешком.
Вскоре его фигура, удлиняемая закатным солнцем, отдалялась, а роскошные городские пейзажи вокруг начали сменяться ветхими и узкими постройками.
Через час он оказался рядом с овощным рынком.
Вокруг ряды ларьков, каждый продавец расхваливает свой товар: кто-то громко кричит, кто-то умоляет.
Здесь были и рыба, и креветки, и мясо, и всевозможные овощи — в общем, всего вдоволь.
— О, наш Мочэнь вернулся.
Юнь Мочэнь обернулся на зов и увидел бородатого дядюшку.
Дядька был могучий, с широкой спиной и устрашающим видом.
На нём не было рубашки, только чёрный фартук на подтяжках.
Он опустил свой большой тесак и, улыбаясь, помахал юноше.
http://tl.rulate.ru/book/152952/9646151
Готово:
