Недавно Ян Сяофань устроил беспорядки в Байлинсюань, даже устроил драку, но его не привлекли к ответственности на месте. Вместо этого его пригласил декан в заднюю комнату.
Это было впервые, когда такая ненормальная ситуация произошла в Байлинсюань, что вызвало пересуды и подозрения у многих зевак.
«Эх! Боюсь, его внесут сюда живым, а вынесут — мёртвым», — сказал кто-то.
«Может быть, декан Вэй боялся, что сцена будет слишком кровавой, и сделал это нарочно. Те, кто устроил здесь беспорядки в прошлом году, уже покрыты высокой травой на могилах», — прокомментировал другой.
«Кто знает, может быть, декан Вэй тоже не может позволить себе обидеть людей, стоящих за этим ничтожеством…» — предположил третий.
В большом зале собралось все больше людей, услышавших новость, и всевозможные разговоры становились все более запутанными.
Чтобы увидеть больше диковинок, эти люди просто не уходили, вытягивая шеи и глядя в сторону задней комнаты.
Вэй Хай спокойно сидел на главном месте в тихой комнате. Он бросил легкий взгляд на Ян Сяофань и спросил: «Юный друг, теперь ты можешь говорить?»
Однако в глубине души он был не так спокоен. Его терпение не означало, что дело закончится.
Ян Сяофань слегка нахмурился, а затем расплылся в улыбке: «Ты даже не удостоверишься?»
Этот Вэй Хай, вероятно, понял ценность этого рецепта пилюли, иначе он бы не сидел здесь так спокойно и не разговаривал с ним в примирительном тоне, подавляя гнев.
«Даже если бы у тебя на это хватило смелости, ты бы не посмел дурачить Байлинсюань. Последствия были бы непосильными для такого ничтожного зятя, как ты из семьи Шангуань», — в глазах Вэй Хая мелькнул ледяной холодок. Если бы этот парень осмелился так поступить, даже всемогущий не смог бы его спасти.
Ян Сяофань отложил прогрызенную косточку фрукта и, притворившись, что кашляет, спокойно сказал: «Кха-кха, пусть ваш мастер-алхимик проверит подлинность. Тогда мы сможем продолжить переговоры».
Вэй Хай помолчал, затем встал и вышел из тихой комнаты. Он приказал ожидающему снаружи клерку: «Сходи и позови Мастера Чэня!»
Шаги за дверью постепенно удалялись, и в тихой комнате остался только звук поедания фруктов Ян Сяофань.
Несмотря на проницательный взгляд Вэй Хая, Ян Сяофань вел себя с непринужденностью.
Это удивило Вэй Хая, поскольку большинство людей в таком давлении проявляли бы беспокойство и нервозность.
Ян Сяофань усмехнулся про себя, не испытывая страха перед напором Вэй Хая.
Он неторопливо выплюнул косточку и собирался взять следующий фрукт, когда дверь тихой комнаты со скрипом распахнулась.
Мастер Чэнь, старый алхимик с седыми волосами, вошел с глазами, подобными ножам, и полным напора.
Очевидно, его разгневало то, что его отвлекли во время изготовления пилюли: «Вэй Хай, разве я не сказал тебе, что тот, кто сегодня беспокоит меня во время изготовления пилюли, вряд ли сможет легко отделаться!»
В Тысячеперьевом Мире мастера-алхимики были группой высоко ценимых и уважаемых людей. Если бы практикующий боец хотел идти дальше, он не смог бы обойтись без помощи пилюль.
Приготовление пилюль неотделимо от огня, а контроль температуры и другие детали требуют помощи божественного сознания. Только при наличии этих двух фундаментальных условий возможно стать мастером-алхимиком.
Даже владелец Сюань из Байлинсюань проявлял уважение при встрече с Мастером Чэнь, что свидетельствовало о сверхъестественном статусе алхимика.
Мастер Чэнь, который был занят изготовлением пилюли, не воспринял всерьез вызов для оценки рецепта пилюли.
Когда Вэй Хай упомянул, что молодой человек с рецептом пилюли хочет заключить сделку с Байлинсюань, Мастер Чэнь еще больше потерял интерес.
В конце концов, Байлинсюань имел в своей коллекции большинство распространенных рецептов пилюль. Если бы это был редкий рецепт, это было бы совсем другое дело.
Более того, это был просто рецепт пилюли, принесенный этим юнцом. Без соответствующих шагов он был бесполезен.
Он также не верил, что этот мальчишка может предоставить какой-нибудь хороший рецепт пилюли. Он бы никогда не поверил в это.
Поэтому он смотрел на Ян Сяофань с явным презрением.
Мастер Чэнь небрежно взял рецепт пилюли, намереваясь найти предлог, чтобы выгнать его.
Однако, увидев рецепт пилюли, его эмоции стали сложными.
Хотя он изначально сомневался в рецепте пилюли, принесенном этим парнем, после тщательного изучения он обнаружил, что сочетание императора, министров, помощников и посланников в этом рецепте было чрезвычайно искусным.
Он тут же закрыл глаза и начал размышлять. В этот момент Ян Сяофань внезапно сказал: «Небесная и земная духовная энергия становится основой для пилюли».
Как только эти слова были произнесены, Мастер Чэнь, который размышлял с закрытыми глазами, был потрясен до глубины души.
Его сердце было в восторге, глаза мгновенно засияли, и он неосознанно выпустил поток истинной энергии, выкрикнув: «Эссенция Духа!» Мощные колебания истинной энергии заставили всю тихую комнату содрогнуться.
Предметы на столе были сметены этой силой и разбросаны по полу.
Увидев это, Ян Сяофань внутренне обрадовался, он прекрасно знал ценность этого рецепта пилюли.
Принесенный им Ди Хуань Дань был упрощенной версией оригинала. Хотя эффект был далек от оригинала, в уголке, как Цзиньцзян, это была редкая первоклассная пилюля.
Судя по реакции Мастера Чэня, было очевидно, какое потрясение он испытал.
В рецепте подробно описывались чудесные эффекты Ди Хуань Дань. Его мощь была просто невообразимой! Очевидно, что Ди Хуань Дань в несколько раз превосходил эффективность многих пилюль, продаваемых в Цзиньцзяне, что несомненно выделяло его среди окружающих.
Однако, что действительно шокировало, так это его чрезвычайно низкая себестоимость. Стоимость этих лекарственных материалов была в десять раз ниже, чем для Синьюань Дань второго ранга, и это были всего лишь обычные духовные травы, которые можно было найти повсюду, как Эрли Фаньбай Цао.
«Хмф! Парень, неужели думаешь, что в Байлинсюань нет мастеров-алхимиков? Как ты смеешь обманывать нас фальшивым рецептом пилюли! Думаешь, мы легкая добыча! Сегодня у меня хорошее настроение, поэтому я прощаю тебя на этот раз. Если ты будешь умнее, то сейчас же убирайся отсюда, иначе… хмык!» Во время этих слов алчность Мастера Чэнь мгновенно скрылась.
Если бы я мог освоить метод изготовления Ди Хуань Дань, я бы мог войти в число трехзвездочных мастеров-алхимиков и быть переведенным в процветающий Даба Хуан Чэн. По сравнению с этим, этот маленький Цзиньцзян был бы просто жалкой самодостаточностью в углу, как мог бы он сравниться с сияющей луной?
Что такое бесстыдство, в этот момент Мастер Чэнь по-настоящему воплотил истинный смысл бесстыдства. Он хотел присвоить себе чужое, но нашёл жалкое оправдание. Степень его бесстыдства была поразительной!
Мастер Чэнь с довольной мыслью подумал: Каждое слово на этом рецепте пилюли запечатлелось в моей памяти. Через месяц, максимум полгода, я обязательно успешно изготовлю Ди Хуань Дань!
Намерение Мастера Чэнь исказить правду и обвинить Ян Сяофань в обмане с поддельным рецептом пилюли было очевидным.
Уголок глаза Вэй Хая слегка дернулся. Он совершенно не мог понять, почему Мастер Чэнь поступил так.
Это было не похоже на гордого Мастера Чэнь. Если бы это было так, как он сказал, и рецепт пилюли был поддельным, ни он, ни Ян Сяофань, этот зять, не сидели бы здесь спокойно.
Текущая ситуация крайне озадачила Вэй Хая. Какой рецепт пилюли мог заставить двухзвездочного мастера-алхимика пожертвовать своей репутацией и достоинством, чтобы подставить незначительного мелкого персонажа?
http://tl.rulate.ru/book/152713/11035021
Готово:
