Вторая часть истории подошла к концу.
Путешественник отобрал у Фатуи Небесную лиру и собрал слёзы дракона.
Венти использовал очищенные слёзы дракона, чтобы восстановить Небесную лиру, и та вновь наполнилась энергией стихии ветра, что не могла не радовать — сокровище Мондштадта переживало своё второе рождение.
Если раньше Небесная лира считалась сокровищем только потому, что на ней играл сам Анемо Архонт, то теперь она стала ещё и превосходным магическим инструментом, наделённым силой ветра.
Всё было готово, и герои направились к Звездолову утёсу, чтобы призвать Двалина.
Дилюк не преминул возможностью уколоть Орден рыцарей:
— В конечном итоге, проблему решили Путешественник и бард.
— Рыцари, разве что, немного потрудились, — хмыкнул он.
Венти вовремя перевёл тему:
— Ну-ну, лучший бард в мире начинает перебирать струны!
Раньше он немного привирал, представляясь таким образом, что можно было расценить как нарушение закона о рекламе.
Но теперь, когда всем известна его истинная личность, никто не стал бы спорить.
Разве может хоть какой-то бард сравниться с Анемо Архонтом?
Не говоря уже о том, сколько лет они прожили и сколько историй знают.
Пусть даже рост у Анемо Архонта не самый выдающийся, но он — существо, прожившее тысячи и тысячи лет, и его способности не знают границ.
В своё время он выдержал удар «Нисхождения Небес» от Гео Архонта Моракса.
Венти перебрал струны, и поднялся ураганный ветер.
Двалин распахнул крылья и в мгновение ока оказался перед героями. Он слишком долго ждал этого звука.
— Теперь не о чем говорить, — Двалин явился так быстро, но не желал признавать, что скучал по этой мелодии.
— Неужели? Или мне показалось? В твоём взгляде читается ностальгия по этой мелодии, — сказал Венти.
Против прямолинейности нет защиты, поэтому Двалин лишь фыркнул.
В этот момент Джинн окончательно убедилась, что перед ней — Анемо Архонт. До этого она лишь строила догадки.
Но внезапно, когда все подумали, что начнётся «словесная терапия», в Венти прилетела ледяная стрела.
Небесная лира, получив удар, упала на землю. Очевидно, она сломалась.
— Господин Барбатос! — Барбара забеспокоилась о Венти даже больше, чем о сломанной лире.
Такая атака, конечно, не могла навредить Венти — он ведь выдержал «Нисхождение Небес»!
Даже отказавшись от власти над Мондштадтом, он не стал слабее настолько, чтобы на него смогли подействовать чары Бездны.
Более того, хотя Венти и перестал править Мондштадтом, это никак не повлияло на веру людей в него. Так что вопрос, стал ли он слабее — ещё открыт.
Но Венти всё равно притворился раненым, схватившись за плечо.
Джинн, Дилюк и Путешественник тут же встали рядом с ним, защищая его.
— Они пришли с тобой, чтобы убить меня?! — под влиянием магии Бездны Двалином овладела ярость.
— Всё не так!
Венти попытался объяснить, но дракон не дал ему и шанса, и, взмахнув крыльями, улетел.
— Ба... Господин Венти, пожалуйста, берегите себя, — Джинн переживала за него.
— Ха-ха, на самом деле, ты ведь давно догадалась, кто я, верно, Джинн? — улыбнулся Венти. — Но спасибо, что продолжаешь называть меня этим именем.
В реальности Венти довольно кивнул.
Он не ожидал, что не только Дилюк, но и рыцари смогут так спокойно отнестись к его истинной личности.
Проснувшись, он некоторое время наблюдал за Мондштадтом и понял, что сейчас ему нужен не бог.
Жители Мондштадта могли сами управлять своей страной, наслаждаясь «свободой» без божественного вмешательства.
Поэтому сейчас он хотел быть просто бардом Венти, а не Анемо Архонтом Барбатосом.
Барбара, увидев это, задумалась.
Она поняла, что господину Барбатосу сейчас больше нравится быть бардом.
Так должны ли они, монахини, приветствовать его возвращение на божественный престол, чтобы служить ему?
Или же исполнить желание самого Анемо Архонта?
Ответ был очевиден — конечно же, второе.
Монахини служат богам, и возвращение Барбатоса удовлетворило бы их собственные желания.
Но последнее — это желание самого бога, и всё, что им нужно делать — это удовлетворять его.
— Ба... Господин Венти, пожалуйста, будьте в порядке, — Барбара и Готхильда вместе вознесли молитву.
Две девушки молились богу о том, чтобы сам он не пострадал — вот это поворот.
После ухода Двалина Джинн заявила, что отправит разведывательный отряд следить за драконом и магами Бездны, но Дилюк сказал, что в этом нет необходимости.
У него была своя сеть осведомителей, работающая эффективнее, чем рыцари.
Он всё ещё не мог удержаться от насмешек в адрес Ордена.
В конце истории камера переместилась к магам Бездны.
Два пушистых мага преклонялись перед неким человеком.
Двалин пролетел над ними, а маг Бездны, который только что промывал ему мозги, телепортировался за спину этого человека.
— Ваше высочество, ваши слуги вновь принесли вам победу.
— Когда ваше царство вернётся в мир смертных, мы разделим его славу.
Золотоволосая фигура медленно обернулась. Это был Итер.
— Брат! — воскликнула Люмин.
Что происходит? Почему её брат стал злодеем в этой истории?
Да чтоб вас, так я ещё и оказалась в лагере врага? Чёрт бы побрал этого братца!
Нет, нет, сейчас похоже, что её брат — плохой парень.
Это он оказался в лагере врага, что за дела? Ему промыли мозги?
У Бездны что, проблемы? Почему промыли мозги не такой милой сестре, как я, а этому блондину?
Он стал принцем Бездны, а я должна работать здесь, чтобы кормить Паймон? И в конце концов мне придётся искать его по всему миру?
Но проблема в том, что если мой брат стал принцем Бездны, то меня нигде не будут рады видеть?
Люмин надула губы от злости. Итер ведь тоже был в Мондштадте, но даже не пришёл к ней.
Хоть она и недовольна, но брата всё равно нужно найти и выяснить, что произошло, пока она спала.
Итер стал принцем Бездны?
Рыцари снова посмотрели на Путешественницу.
Неудивительно, что ты можешь очищать порчу Бездны! Оказывается, твой брат — принц Бездны?
— Люмин... — Паймон почувствовала неладное.
— Люмин, твой брат... — начала Эмбер.
Флуоресценция подумала, что другая сторона собирается усомниться в ее личности, и задумалась, как это объяснить.
— Твой брат тоже был осквернен Бездной. Мы должны найти способ спасти его, — продолжала Эмбер.
— А? — опешила Люмин.
«Я подозреваю, что моему брату промыли мозги, потому что я знаю его и знаю, что он не плохой человек, но почему ты так ему доверяешь?»
На самом деле Эмбер доверяла не Эфиру, она доверяла Люмин.
Рыцарский орден в основном был согласен с этой точкой зрения.
В конце концов, Путешественница не сделала ничего плохого и каждый день усердно работала в Мондштадте, как «мальчик на побегушках».
Помимо этой работы, она повсюду искала своего брата.
Было видно, что она давно не виделась с братом, раз встречая собаку, спрашивала, не видела ли она кого-нибудь ростом с неё со светлыми волосами.
***
Реплики персонажа · Путешественница: Об Эфире
— Паймон: К счастью, с твоим братом все в порядке.
— Люмин: Хорошо, что с ним все в порядке, но он был так близко ко мне, но, видя, что я ищу его, он даже не пришел и не признал меня! Он ведь не прячется в стороне и тайно смеется надо мной, верно?!
— Паймон: Наверное... он не настолько плох, верно?
— Люмин: Когда я найду его, я обязательно ударю его!
http://tl.rulate.ru/book/151263/8913623
Готово:
