На площадке лестницы, у окна, молодая медсестра в белом халате беседовала с мужчиной с нагло-красивым, но немного порочным лицом.
— Именно, да-да, говорят, что стоит только подумать об этом, и оно материализуется в руке.
— Правда?
— Да-да-да, именно так! Не думала, что ты тоже носитель особых способностей. Ты такой сильный!
— Это всё благодаря тебе, ты мой талисман на удачу.
— Да ладно.
— Ты забыла, на первом этаже, когда ты разоблачила недобросовестного врача, я так сильно перенервничала, что пробудила свою силу. Когда я от этого чуть в обморок не упала, ты держала меня, и я не превратилась в зомби. Ты помогла мне пробудить способности и спасла мне жизнь. Называть тебя моим талисманом — это не преувеличение.
— Ой, ну перестань.
Причина, по которой Фан Цинъу, убегая, решила утащить за собой и зачинщика беспорядка в холле, крылась в белых часах на запястье этого мужчины.
Хотя двенадцать прямоугольных меток на циферблате казались крошечными, под ярким светом ламп, бьющим с потолка холла, каждая отметка отражала цветные блики.
В сочетании с брендом часов, Фан Цинъу не могла быть более знакома с ними.
Это был тот бренд, ради покупки которого ей приходилось целый месяц экономить на всём, кроме еды в столовой, чтобы позволить себе хотя бы набор для губ и крем для рук.
Ради тщеславия и желания войти в круг, который она считала высшим обществом, Фан Цинъу изучила уйму информации о дорогих машинах, часах, одежде, обуви и драгоценностях.
Хотя, по иронии судьбы, большая часть её знаний в этой области исходила с таких платформ, как «Маленький Красный Помада» (Сяо Хуншу) и «Бит-Музыка» (Доуинь), среди них встречались и крупицы истинных знаний.
Просто эти крупицы касались вещей, которые не были погружены в мир элитарной роскоши.
Вот скажите, зачем модным брендам вывешивать рекламу на каждом углу, если простой люд всё равно не может это купить? Ответ прост: эта реклама для простого народа, чтобы, когда богатые носят эти вещи, обыватели знали, что это очень дорого.
А настоящая элитарность — это эксклюзивный заказ без каких-либо логотипов.
Но даже те предметы роскоши, которые рекламируются повсеместно, были недоступны для Фан Цинъу, представительницы класса наёмных работников. Поэтому, взглянув на часы на руке этого мужчины, она сразу поняла, что это тот же самый бренд «Сян Мо-эр» (предположительно Cartier), как и её набор косметики: круг алмазов, керамический ремешок, платиновый циферблат и корпус.
Она не знала точной модели часов, но, перебрав всю свою память, могла подтвердить, что «Сян Мо-эр» выпустила только две модели с таким внешним видом: одна была немного больше, другая — чуть меньше. Поскольку она не держала их в руках, чтобы проверить цифры в описании, Фан Цинъу не могла точно сказать, какая это версия — большая или меньшая.
Но одна стоила почти 900 тысяч, а другая — более миллиона ста тысяч. В любом случае, этот мужчина был настоящим толстосумом.
Симпатичный, да ещё и богатый. Определённо, стоит узнать его поближе!
— Я ещё не спрашивала, Ли-гэ, я никогда не видела вас в больнице раньше. Вы случайно не проходили мимо, почувствовали себя плохо и зашли к нам?
— Мы с другом целый день гоняли на машине по горной дороге Паньшань. Разошлись, и я только въехал в город, собирался пообедать, а тут внезапно стало нехорошо, и навигатор привёл меня в эту больницу. Если честно, зная об их уровне обслуживания, если бы мне не было так плохо, я бы ни за что не пошёл в эту дырявую больницу...
— Ой, я забыла, ты же тоже здесь работаешь. Я не про тебя, Ли-гэ, — поспешно пояснил Ли Чжан.
Ли Чжан, будучи измотанным паникой после ночного бегства, почувствовал небольшое утомление и отошёл в угол лестничной клетки, открыл окно и собирался закурить.
Там он издалека увидел ту добрую медсестру, которая помогла ему на первом этаже, которая была так возмущена несправедливостью, как она вошла в кабинет того недобросовестного врача!
Ли Чжан пришёл в ярость. Когда Фан Цинъу вышла из кабинета Пэн Цзяньцю, он потащил её в пустое лестничное отделение.
Но, приведя её сюда, он не знал, что сказать. Милая медсестра сама разговорилась и завела беседу, и его напряжённые нервы немного расслабились.
Однако мысль об увиденном всё ещё свербила, и он, наконец, решил спросить:
— Зачем ты заходила в кабинет того недобросовестного врача?
Первой реакцией Фан Цинъу был легкий гнев: какое ему дело до того, что она делала?
Но слова, которые слетели с губ, были совсем другими.
— Ой, Ли-гэ, я просто подумала, как доктор Пэн мог так пренебречь здоровьем многочисленных пациентов ради того, чтобы поболтать с молодой девицей, и начать ей помогать, открывая чёрный ход! Поэтому я пошла к доктору Пэну, чтобы убедить его логикой и эмоциями, указать на его ошибки и надеяться, что он исправится, — сказала Фан Цинъу.
Говоря это, она кокетливо опустила голову и добавила: — Я не поступила неправильно, да?
— Ты ничего не сделала не так, это тот врач ведёт себя отвратительно. Ты, наверное, слишком наивна, слишком просто обо всех думаешь. Видела табличку на его двери — он ещё и главврач. Ты просто так прямо ему сказала... Я знаю, у тебя были благие намерения, но он же не воспримет это таким образом! Возможно, тебе даже не дадут дальше работать.
Ли Чжан покачал головой в позе, демонстрирующей, как же ты глупа, девчушка.
— Я не позволю тебе так говорить о докторе Пэне! Доктор Пэн очень хороший, у него прекрасные отношения со всеми коллегами в больнице. После того, как я ему объяснила, он тоже осознал свою ошибку. И вот, я выразила заинтересованность в особых способностях, и он подробно мне всё объяснил. Иначе я бы не знала, как проверить способности, и ты бы не смог убедиться, что проснулась твоя сила, верно?
— Да-да, медсестра Фан очень умна. —
На самом деле, когда Фан Цинъу была в комнате Пэн Цзяньцю, после того как утешила его печаль, она просто упомянула, что ей интересны особые способности. И Пэн Цзяньцю, будучи совершенно беспечным, ответил на все вопросы, выложив всё, что знал.
Однако перед Ли Чжаном Фан Цинъу, естественно, использовала это, чтобы заработать очки и повысить свою привлекательность.
— Тогда прошу медсестру Фан сохранить это в тайне. Ты ведь видела, у меня эта способность — всего лишь немного фиолетового света. Я до сих пор не понимаю, на что конкретно она способна, и ничем не смогу помочь. Пусть это останется нашей маленькой тайной, как тебе?
Ли Чжан наклонил голову и одарил Фан Цинъу дьявольски обаятельной улыбкой.
Ах-ах, он соблазняет меня!
Фан Цинъу, конечно же, с радостью согласилась.
— Это наша с тобой маленькая тайна! Давай, пойдём, пойдём, пойдём, — теперь сто лет не меняться!
— Угу, давай.
Ли Чжан беспомощно покачал головой, но улыбка на его губах показывала, что ему это доставляет удовольствие.
После того как они разошлись, Ли Чжан посмотрел на свою руку и покачал головой, улыбка на его губах стала ещё шире.
Он не просто не знал, что у него за способность, он знал её слишком хорошо.
Слова Фан Цинъу на холле сильно взволновали его. А поскольку он и так был в лихорадке, это волнение заставило его почувствовать себя вялым и одурманенным.
Честно говоря, если бы Фан Цинъу не подхватила его в тот момент, есть вероятность, что он бы заразился зомби в суматохе.
Но именно тогда, из-за сильного психического потрясения, у него пробудилась особая сила.
Сила разума.
Причина, по которой он попросил Фан Цинъу сохранить всё в секрете, была проста: во-первых, его способность действительно не могла противостоять зомби и не могла защитить его самого.
А вот другая причина была очевидна: его способность могла влиять на мысли окружающих людей.
Если бы об этом прознали другие, он, вероятно, стал бы мишенью для всех.
Поэтому, после первого шока от пробуждения силы, Ли Чжан мгновенно осознал своё текущее положение.
Но он проникся чувством к этой храброй девушке, которая, будучи такой незначительной, осмелилась разоблачить начальство. К этой доброй девушке, которая дрожала от страха, но всё равно протянула руку, чтобы помочь ему во время бегства. Он проникся к ней чувствами.
Изначально это могла быть просто случайная встреча, но когда Ли Чжан увидел, как Фан Цинъу входит в кабинет Пэн Цзяньцю, он внезапно почувствовал гнев, раздражение и сильное желание догнать её и потребовать объяснений.
Так и состоялась их беседа на лестнице.
Ли Чжан решил: такую добрую девушку должен я защищать. Ей следует просто оставаться доброй.
http://tl.rulate.ru/book/150844/11216599
Готово:
