Лю Цзюнь, конечно, не стал бы рассказывать, что идею он подсмотрел всего пару дней назад у соседей-механиков.
Это было Святое Тело, созданное по образу и подобию боевой машины.
Пусть чертежи мехов пятого ранга ему и не достались, но кое-какие схемы для начальных моделей четвертого он все же видел.
Как он их увидел?
Разумеется, благодаря «кроту» — Жэ Ли.
Когда Сяо Ли водила его развлечься в «Седьмую Мировую Войну», она показала Богу Долголетия свой личный боевой мех. Так у Лю Цзюня и оказались чертежи.
Раз уж это Святое Тело, Лю Цзюнь решил совместить запад с востоком!
Механическое Святое Тело Ученых и плотское Святое Тело Сянтуомо. В основе лежал механический скелет, а на него уже крепились органы из плоти и крови, сотканные народом бабочек.
— Бог мой, зачем вы добавили облака, пробужденные к разуму? — спросила Янтарный Феникс-Бабочка.
— Я использую их, чтобы сделать Ему лодыжки и сапоги! — ответил Бог.
Ему было мало просто биологического, плотского Святого Тела — он решил для украшения окружить его сонмом малых существ, наделенных разумом. Получился этакий супергибрид. Он добавлял всё, что только приходило в голову, всё, что можно было использовать.
— Бог мой, зачем вы использовали свет, дарованный вам Богом Света, чтобы сотворить Ему глаза?
— Если не думать об отторжении органов, то почему бы не использовать самое могущественное?
— Бог мой, как вы сделали плащ из бури? Этот плащ тоже часть тела?
— Так называемая одежда — всего лишь прикрытие, порожденное эволюцией, и нет нужды сковывать себя моралью.
— Вся одежда на этом теле — его неотъемлемая часть!
— Тело Сянтуомо состояло из дюжины органов: Пяти Органов, подвздошной кишки, пяти конечностей и пяти чувств. Но раз уж я не обращаю внимания на отторжение, то, конечно же, добавлю одежду, сапоги... десятки, сотни органов! Чем больше, тем лучше!
Да. В глазах Лю Цзюня органы не были чем-то неудобным. Сапоги, мантия, плащ, корона — всё это тоже органы! Главный принцип — обильно и досыта.
— Бог мой, — озадачилась Янтарный Феникс-Бабочка, — тогда получается, что это тело рождается одетым, и вы теперь будете выходить из дома нагишом? Вы стремитесь к первозданной красоте?
Бог: ??
— Это боевое Тело Бога! — объяснил Лю Цзюнь. — Я не стану использовать его для повседневных дел. А даже если и стану, никто не заметит ничего странного с его Одеянием.
Лю Цзюнь дал волю воображению и продолжил свои преобразования.
Распадется? Сердце без вложенных в него чувств? Любой ученый вроде Ли Жюсяна, увидев его беспорядочную работу, воскликнул бы: «Это невозможно!».
Наивные!
Он просто применит [Нетление и Неизменность], чтобы насильно зафиксировать эту вечно распадающуюся форму в бесконечном цикле разрушения и возрождения!
Конечно, наделив жизнью предметы одежды, он не собирался оставлять внутри тела гомон голосов. Он сокрушил их сознания и велел Янтарному Фениксу-Бабочке даровать телу благословение «инстинкта».
Так эти разрозненные части смогли с грехом пополам действовать как единое целое.
И хотя всё удалось собрать воедино, мелких проблем оставалось немало, и Лю Цзюню пришлось потратить на их решение массу сил.
— Пожалуй, это первый настоящий эксперимент в моей жизни, — с чувством произнес он.
Разве мог он, будучи всего лишь старшеклассником второго ранга, позволить себе такое? Но теперь, на четвертом, он наконец-то получил это право.
Незаметно прошло полмесяца. Лю Цзюнь без устали экспериментировал, тестировал и решал проблемы. И лишь тогда он осознал, насколько же невероятен дар [Нетление и Неизменность], почти концептуальный по своей природе!
Вскоре тело было наконец готово.
— Ужасно я устала, — вздохнула Янтарный Феникс-Бабочка.
В огромной прозрачной криокапсуле покоилось тело идеально сложенного, прекрасного мужчины.
На вид оно казалось монолитным, но на самом деле состояло из разрозненных частей и не являлось живым существом. Оно прожило всего секунду, после чего его «гены» распались. В любой лаборатории такое создание, способное просуществовать лишь мгновение, сочли бы безоговорочным провалом!
Но Лю Цзюнь с помощью [Нетления и Неизменности] замкнул его в той единственной секунде жизни.
Секунда стала вечностью!
Отныне оно вечно жило в этой одной-единственной секунде. Секунда — рождение, секунда — смерть. Этот бесконечный цикл придавал ему особую эстетику перемены жизни и смерти, которой не было у обычных Святых Тел.
Другие Святые Тела обладали невероятно стабильной структурой. А в этом уникальном творении чувствовалась прекрасная хрупкость взрывающейся и вновь собирающейся воедино галактики.
В одно мгновение — распад, высвобождающий колоссальные потоки энергии.
В следующее — сжатие, поглощающее эту энергию для нового нетленного воплощения.
Это пульсирующее расширение и сжатие, подобное биению сердца, обладало особым ритмом.
— Самое невероятное, но в то же время самое совершенное творение, — произнес Лю Цзюнь, с удовлетворением глядя на Тело Бога. Он был очень доволен этим смелым экспериментом!
Однако и недостатки были очевидны.
Способность [Нетления и Неизменности] к восстановлению требовала огромного количества энергии. А энергия не берется из ниоткуда. Пусть это тело и поглощало девяносто пять процентов энергии собственного распада, законы сохранения никто не отменял — вечных двигателей не существует.
Потери при распаде и воссоздании приводили к чудовищному расходу энергии каждую секунду! Это Святое Тело было настоящим пожирателем Силы!
Только благодаря таланту Лю Цзюня [Низкое потребление] тело могло пребывать в долгой спячке, что значительно сокращало повседневные затраты. Полную мощность можно было включать лишь во время боя.
Кроме того, каждое секундное возрождение истощало внутренний запас магической силы [Нетления и Неизменности], и, когда он иссякал, тело умирало. Это требовало от Лю Цзюня постоянно находиться рядом, чтобы пополнять этот запас и поддерживать благословение.
В общем, это вечно распадающееся на части создание могло существовать лишь благодаря талантам Лю Цзюня — [Низкому потреблению], [Нетлению и Неизменности] и [Высшей мудрости], поддерживающим его в хрупком равновесии.
Лишись оно хоть одного из них, и тут же развалилось бы на куски.
Это также означало, что это, казалось бы, идеальное Тело Мудреца может использовать только сам Лю Цзюнь! Его нельзя было воспроизвести! В руках другого оно превратилось бы в вышедший из-под контроля ядерный реактор и мгновенно взорвалось!
Но, несмотря на все эти серьезные проблемы, Лю Цзюнь был более чем доволен созданным им [Телом Господа]!
Это было его первое творение. Второе Тело Мудреца, созданное после Эпохи Сянтуомо. Могущественное, таинственное. Тело Господа обладало ужасающей божественной силой.
«Теперь у меня есть основа, достойная Бога, — подумал он. — А то у Сянтуомо Святое Тело есть, а у меня — нет. В глазах людей это выглядело бы неполноценно».
Лю Цзюнь тихо вздохнул. Часто слава и почести становятся для человека лишь бременем. Сейчас он оказался в центре внимания, и ему приходилось тратить массу сил на поддержание своей репутации.
К счастью, он давно всё спланировал. Знания о мехах и прочие технологии, полученные за последние дни, не пропали даром и наконец принесли плоды.
Он собирался создать еще несколько версий здесь, а затем собрать такое же тело и снаружи.
Когда Тело Бога явится миру, пусть даже у него самого нет ни тактических навыков, ни боевого опыта, одной лишь грубой силой он сможет сокрушить какого-нибудь Мудреца вроде Жэ Ли. В этом не было сомнений.
Что до пятого ранга, то он был слишком загадочен, его боевая мощь неизвестна. Сможет ли его боевое Тело Бога превзойти противника на целый ранг — оставалось вопросом. На данный момент считалось, что пропасть между рангами непреодолима, а победа над тем, кто выше тебя, практически невозможна.
В этот момент за дверью раздался голос:
— Бог мой, церемония в Небесном Царстве вот-вот начнется.
— Богиня Океана Варуна и Бог Огня Агни́ уже прибыли со своими тремя тысячами дочерей.
— Гигант смерти Ану и его жена, гигантесса земли, также уже здесь.
— Бог Света Рексус и смертная героиня Рэйла, покорившая Безмолвный Ветер, ожидают в чертогах.
Когда металлический ящик закончил, он увидел, как дверь отворилась и из нее вышла неописуемо совершенная фигура.
— Ваш облик?.. — в глазах-объективах металлического ящика отразился шок. Он чувствовал, что даже не может разглядеть истинную суть этой бушующей, распадающейся турбулентности.
На Бога нельзя было смотреть прямо.
«Невероятное, противоречащее всякой логике тело. Немыслимая мистическая сила. И вдобавок ко всему — сильнейшая аура долголетия», — мысленно содрогнулся металлический ящик.
Это было слишком, это шло вразрез со всеми законами! Эта сила опрокидывала все познания чародеев-зельеваров! Сила [Тайны]… возможно, до сих пор они видели лишь ее десятую часть!
— Да, кое-что изменилось. Я создал свое Святое Тело, — ровным тоном произнес Бог, но голос его походил на электромагнитную бурю, что, казалось, развеяла саму душу металлического ящика.
Оказалось, что Бога не просто окружала аура разрушения и распада — само его дыхание было ревом ураганов и громов из мысле-энергии.
Вскоре церемония началась.
Огненный и водяной гиганты из-за своих размеров не смогли подняться в Небесное Царство на вершине башни. Но они уже устроили пиршество в Море Мрака и благодаря своему острому зрению могли наблюдать за происходящим наверху и видеть Бога.
Но в следующее мгновение произошло нечто невообразимое.
— Что это? — воскликнул кто-то.
В небесах сгущались бесчисленные тучи, пронизанные молниями. Все обитатели Моря Мрака подняли головы и увидели, как ясное до того небо затягивают клубящиеся облака.
— Это разумные облака? Они приветствуют пришествие Бога? — не удержался кто-то.
— Нет, это не разумные облака. Это сам Бог! — внезапно осознала Богиня Океана.
Грохот!
Бесчисленные тучи и молнии слились воедино. Все увидели, как облака сгустились, с небес ударил луч света и, преломившись в мириадах водяных капель, обратился в семицветную радугу.
В радужном сиянии возникла гигантская проекция, подобная миражу.
Выл ветер, клубились грозовые тучи. Над миром возник призрачный силуэт исполинского мужа. Он стоял на вершине башни, на площадке, именуемой Небесным Царством, и взирал на все сущее с заоблачных высот.
Его стопы обвивали легкие облака, буря была его плащом, молнии — короной, свет рождался в его очах, земля стала его мантией, а металл — костями. Его тело словно обвивали туманности, а глаза были солнцем и луной. Распадаясь в одно мгновение и собираясь воедино в другое, он походил на вечный цикл гибели и возрождения миров Бога-Творца.
Он казался самим явлением, стихийным бедствием, воплощением [Тайны], рожденной из всего сущего.
И раздалось Слово Божье:
— Приветствую вас в Небесном Царстве.
Едва стихли эти слова, небеса раскололись мириадами молний, словно весь мир переменился в одночасье.
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/150802/8753823
Готово:
