ПыСы: Если нет месячного билета, рекомендательный билет тоже очень хорош. Ха-ха, а награда — еще лучше. Это мое признание, и я очень жду вашей поддержки. Если я захочу взять свои слова обратно, то скажу, что эффективность работы в сельской местности тоже очень высока. Спасибо за устранение сбоя в сети!
Гу Юэ втайне злился и одновременно удивлялся.
Недаром когда Ань Ван отправлял их, он велел быть осторожными с заслугами Чу Ли, который считал, что им достаточно для насмешек над У Линем, и не хотел, чтобы Чу Ли был моложе его!
Он не использовал секретный метод стимуляции потенциала, иначе скорость бы удвоилась.
Он еще сохранил рассудок. Если бы он действительно так поступил, после стимуляции потенциала ему пришлось бы отдыхать день, и принцесса увидела бы его в таком состоянии.
Что еще важнее, если он применит секретный метод, Чу Ли тоже его применит. Если он все равно отстанет, то окончательно потеряет лицо, и во всем нужно оставлять немного места для маневра.
Сяо Ши смотрела на пейзаж снаружи, тело Сян Сян медленно расслаблялось, почти весь вес приходился на его руку, и глаза ее были закрыты.
Чу Ли использовал внутреннюю силу, чтобы сдержать ветер. Перед ней было преграждение ветра, которое превращалось в нежный ветерок и развевало ее одежду, как у парящей в небе пыли и порхающей феи, из-за чего Гу Юэ время от времени поглядывал на нее краем глаза.
Гу Юэ чувствовал, что это было необыкновенно — суметь контролировать себя и не поворачивать голову.
Гу Юэ полностью использовал свое мастерство легкости, скорость была поразительной, быстрее скачущих лошадей, и в мгновение ока прошел милю.
Храм Ваджры расположен к западу от Божественного города, примерно в двух тысячах ли, и к вечеру они добрались до храма Ваджры.
Сяо Ши дважды впадала в оцепенение, проснулась неторопливо, открыла глаза, потянулась, и потрясающая форма тела едва заметно проступила.
— Еще не доехали?
— Принцесса, мы уже здесь! — почтительно ответил Гу Юэ.
Сяо Ши стояла перед храмом Алмазной Колесницы, глядя на старое здание. Глаза ее моргнули:
- Это и есть храм Алмазной Колесницы?
- Принцесса, когда я впервые здесь оказался, тоже очень удивился, - засмеялся Гу Юэ. - Не ожидал, что храм Алмазной Колесницы будет таким. Я видел и храм Великого Лея. Дикие храмы в деревне.
- У них разная буддийская дхарма, их нельзя сравнивать, - сказала Сяо Ши. - Мне можно войти?
- Я пойду спрошу, - поспешно ответил Гу Юэ.
Он шагнул вперед и открыл храмовую дверь.
Мудрый маленький послушник открыл дверь, с любопытством посмотрел на него, а затем на Чу Ли и Сяо Ши.
- Кто из вас Сяо? - спросил послушник.
- Маленький монах, моя фамилия Сяо, - ответила Сяо Ши.
- Это действительно благодетельница, - улыбнулся послушник и громко сказал: - Мастер Кунхай зовет троих.
- Кунхай теперь говорит лучше! - фыркнула Сяо Ши.
Чу Ли улыбнулся:
- Уже хорошо, что можно войти.
Сяо Ши нахмурилась:
- Спасибо, маленький монах!
Послушник провел троих в храм, во внутренний двор.
Во дворе находилось более сотни монахов: старых, молодых и совсем юных.
Юные монахи сидели во внутреннем круге, молодые - в среднем, а старые - по внешнему периметру.
В центре круга сидел спокойный и умиротворенный Кунхай.
Чу Ли заметил, что несколько пагод наполнены золотым светом, и в золотом свете смутно сидел маленький человек, покрывая весь храм Алмазной Колесницы. Великое зеркальное мудрость Чу Ли здесь не действовала, и он ничего не видел.
Среди этих монахов были те, кто обладал сверхъестественными способностями, и те, у кого их не было. Их невозможно было различить. Снаружи они все выглядели так, будто не занимались боевыми искусствами.
Кунхай сидел, скрестив ноги, на желтом футоне. Перед ним стояла коробка из пурпурного дерева, но больше ничего не было.
Он прищурил глаза и оставался неподвижным.
Чу Ли несколько мгновений смотрел на него. Сейчас Пустое Море напоминало истинного буддийского монаха – спокойного, мирного. Он был ничуть не похож на того, кто гнался за самим Чу Ли.
Монахи, сидевшие вокруг, не двигались. Единственным звуком был шепот ветра. Шаги троих были отчетливо слышны.
Пустое Море медленно открыл глаза и протянул руку.
Маленький послушник сказал:
- Господин Сяо и господин Чу, мастер Пустое Море приглашает двух мирских благодетелей.
Гу Юэ взглянул на маленького послушника, но ничего не сказал.
Господин Сяо посмотрел на Чу Ли, и тот кивнул.
Они прошли мимо монахов, мимо их бритых голов, и подошли к Пустому Морю.
- Амитабха… - Пустое Море сложил ладони в приветствии и сказал: - Господин Сяо, господин Чу, старик приветствует вас!
Чу Ли усмехнулся:
- Вы действительно хотите умереть?
- Да, - Пустое Море спокойно и мирно улыбнулся. - Моя судьба исчерпана, пора возвращаться.
Чу Ли спросил:
- Прежде чем вы уйдете, могу ли я разрешить свои сомнения?
Пустое Море улыбнулся:
- Прошу, говорите, благодетель.
Чу Ли сказал:
- Трудно поверить, что Преподобный может помочь князю Аню убить.
- Почему нет? – Пустое Море рассмеялся.
Чу Ли покачал головой:
- Преподобный должен быть выше мирской славы и богатства, разве он может преклониться перед властью?
- Можно убивать, если нужно убивать. Можно помогать князю Аню, если нужно помогать князю Аню, - Пустое Море улыбнулся. - Если духовный человек не может делать то, что хочет, как он может вырваться из этого иллюзорного мира? Что бы ни было сделано, это было сделано по велению разума. В то время князь Ань просил, и мое сердце почувствовало что-то. Когда появилась возможность, я последовал словам князя, но не других.
Выражение лица Чу Ли слегка изменилось, и он медленно обвел взглядом монахов, сидевших, скрестив ноги.
Молодость – олицетворение мудрости, взросление – утонченность, старость – как сухое дерево, глаза спокойные, мирные, невозмутимые.
Чу Ли внезапно понял: Пустое Море услышал приказ князя Аня убить их двоих не ради храма Кинган, и не ради князя Аня, а просто потому, что он чувствовал, что должен это сделать.
Монастырь Цзиньган отличается от монастыря Да Лэйинь. Всё, что делают его монахи, служит культивации. Мир использует их лишь для культивации, они убивают людей, не убивая их по-настоящему, а лишь для совершенствования.
Монастырь Да Лэйинь славится строгими правилами и вызывает благоговение. Монастырь Цзиньган равнодушен к мирским делам и действует безрассудно.
- Почтенный Сердце что-то чувствует. Каков шанс? – спросил Чу Ли.
Кукай ответил:
- Возможность умереть здесь. Благодарю тебя, Чу, за то, что помог достичь просветления.
Чу Ли улыбнулся:
- Не стоит благодарности.
Конг Хай добавил:
- Когда старик убил благодетеля*, он убил и самого старика. Сегодняшний Конг Хай уже не прежний Конг Хай, узревший всю мирскую суету и полностью вышедший за её пределы. Мы должны благодарить благодетеля*!
[примечание: благодетель - имеется в виду Чу Ли]
Чу Ли задумчиво слушал, его разум работал.
Хотя слова старого монаха были туманны, он из монастыря Цююй, и его можно понять.
Вероятно, реликвии Цзиньган позволили ему достичь просветления, он убивал людей, прерывая карму в мире, и тем самым улучшил состояние души, после чего смог уйти в Дао.
Конг Хай повернул голову и сказал:
- Сяо, госпожа.
Сяо Ши спокойно посмотрела на него:
- Что скажет старый монах?
Конг Хай подвинул вперёд шкатулку:
- Это волосы госпожи Сяо, их много.
Сяо Ши хмыкнула.
Чу Ли взял шкатулку и открыл её.
Это действительно были волосы Сяо Ши. Он осторожно погладил их ладонью.
Конг Хай медленно снял чётки архата с левого запястья и долго смотрел на них. Он со вздохом, полным сложных чувств, передал их Сяо Ши:
- Эта нить чёток – моё личное владение, и я дарю её благодетелю Сяо. С этими бусинами на теле магические силы бессильны.
Чу Ли поспешно подмигнул Сяо Ши, это была самая ценная вещь, и её обязательно нужно было принять.
Сяо Ши нахмурилась, глядя на нить четок архата, покачала головой и сказала:
- Старый монах, это ты носишь их с собой, почему отдаёшь мне? Или своим младшим братьям, их глаза ещё не видят!
Чу Ли понял, что она считает четки из бусин-реликвий некрасивыми и не хочет их носить.
Кун Хай внезапно улыбнулся, затем улыбка расцвела, и он рассмеялся.
Сяо Ши сердито взглянула на него.
Кун Хай усмирил улыбку: - Это намерения старой госпожи, а также извинения перед благодетельницей Сяо.
- Извинения я принимаю, а от украшений отказываюсь, - махнула рукой Сяо Ши и сказала, - Оставь их своим ученикам и младшим.
http://tl.rulate.ru/book/15080/6638813
Готово:
