Автомобильный кортеж остановился у ворот поместья семьи Тао.
Тао Юяо выпрыгнула из машины, развернулась и, раскинув руки, обняла Мао Сяоляна, который был лишь немного ниже её.
— Котик, будь умницей, я пойду нарублю тебе бамбука.
Ради еды Мао Сяолян безропотно позволил себя обнимать.
Изначально все члены семьи Тао, проживающие в поместье, должны были выйти встречать гостей. Но после инцидента в аэропорту Тао Чжэнъян распорядился, чтобы вышли только самые уважаемые и влиятельные.
Даже так, у ворот собралась плотная толпа.
— Обалдеть! — тихо выдохнул Юй Сюэвэнь.
Дин Цзи, держа за руку Мэйдо, стоял позади всех, ошарашенно раскрыв рот. Они никогда не видели ничего подобного. Такая огромная семья, и это, похоже, была лишь малая её часть.
— Приветствую друзей Сяожу в нашем доме.
Тао Чжэнъян стоял рядом с Цзян Линьчуанем и представлял ему всех по очереди.
Цзян Линьчуань уже плюнул на всё это. Мужчин он называл «дядями», женщин — «тётями», а стариков — «дедушками» и «бабушками». Ему казалось, что после такого приёма ему больше никогда не захочется сюда возвращаться.
Когда представления закончились, прошёл уже час.
Лицо Цзян Линьчуаня одеревенело от натянутой улыбки. Наконец, он вместе с толпой вошёл в поместье.
Снаружи его окружала десятиметровая стена из синего кирпича. Внутри повсюду виднелись изящные резные украшения из камня и кирпича, а над головой висели большие красные фонари, создавая атмосферу величия и роскоши.
Все прошли в самый большой двор и расселись за столами под навесами, защищавшими от солнца.
— Теперь я понимаю, что такое настоящая роскошь. Столы сделаны из хуанхуали, а балки и колонны — из цзиньсы наньму... — голос Юй Сюэвэня становился всё тише и тише. Он был подавлен.
— Это теперь и твой дом, — с улыбкой напомнил ему Тао Жу.
— Точно! Когда буду уезжать, разберу пару колонн и построю себе в столице домик, а то к хорошему быстро привыкаешь, — Юй Сюэвэнь тут же решил воспользоваться моментом.
— Имей хоть каплю совести.
Цзян Линьчуань и остальные сели за главный стол. Там он познакомился с матерью Тао Жу, Кэ Сянъюнь — очень мягкой, красивой и интеллигентной женщиной.
Поприветствовав её, они вручили подарки — небольшие сувениры, купленные по дороге. С богатством семьи Тао им всё равно было нечем её удивить. Дин Цзи преподнёс Кэ Сянъюнь танку — он слышал от Тао Жу, что его мать очень любит тибетскую культуру.
— Спасибо вам, дети. Я очень рада, что вы приехали ко мне в гости, — нежно улыбнулась Кэ Сянъюнь.
Тао Чжэнъян первым поднял бокал. Как глава дома и как глава клана, он должен был подавать пример.
— Сегодня в наш дом пришла двойная радость. Во-первых, у нас с Сянъюнь появилось ещё несколько хороших детей. Во-вторых, семья Тао избавилась от кровного проклятия.
— Прошлое не стоит ворошить. Моря превращаются в тутовые рощи. Пусть былые обиды останутся в прошлом, прах к праху, земля к земле. Выбросьте их из своих сердец.
— Я знаю, что некоторые из вас всё ещё таят обиду, но это не наша вина. Раз уж мы пользуемся благами, оставленными нам предками, мы должны нести и их бремя.
— И если кто-то в будущем посмеет снова поднять эту тему, не обессудьте, я забуду о родственных узах!
Бум! Тао Чжэнъян взмахнул рукавом, и от него хлынула мощная аура. Огромный валун во дворе взмыл в воздух и рассыпался в пыль.
«Лунная Тень...» — взгляд Цзян Линьчуаня застыл на Тао Чжэнъяне.
— Папа, ты... ты Пробуждённый? Почему я не знал? — ошарашенно спросил Тао Жу.
— Ты и не спрашивал, — невозмутимо ответил Тао Чжэнъян.
— То есть, если я не спрошу, ты не скажешь?
— А зачем мне говорить, если ты не спрашиваешь?
Отец и сын словно разыгрывали комедийный дуэт.
— Ах ты, старый хрыч! Скрывать такое от родного сына! Ну ты даёшь! — взорвался Тао Жу.
Остальные члены семьи Тао переглядывались, в их глазах читался шок. Никто из них не знал, что Тао Чжэнъян — Пробуждённый, да ещё и достигший ранга Лунной Тени.
Лишь дед Тао Жу, Тао Юшань, невозмутимо потягивал вино.
Те, у кого были нечистые помыслы, окончательно от них избавились и с этого момента преисполнились подлинного уважения к своему главе.
— Все эти годы мы с отцом пытались найти способ снять проклятие. В год своего пробуждения я тайно проник в запретную зону в горах и нашёл метод, который мог бы помочь. С тех пор я втайне занимался исследованиями.
— Я постоянно улучшал и совершенствовал его, и когда уже был близок к результату, проклятие внезапно исчезло. Сначала я подумал, что это моя заслуга, но оказалось, что это Жу-эр нашёл человека с портрета.
— Всё это — хитросплетения судьбы. Началось с Короля, на Короле и закончится... — вздохнул Тао Чжэнъян.
— Какой метод? Он как-то связан с тем, что ты скрывал свою силу? — спросил Тао Жу.
— Проклятие уже снято, зачем теперь об этом беспокоиться, — ушёл от ответа Тао Чжэнъян.
Тао Жу закатил глаза. Он всё ещё не мог простить отцу то, что тот скрывал от него свою силу.
— Ну-ну, сегодня радостный день, давайте выпьем, — вмешалась Кэ Сянъюнь.
Все встали и подняли бокалы.
— Поздравляем главу семьи!
Осознание того, что в семье Тао есть эксперт ранга Лунной Тени, давало им ещё один мощный козырь.
— А вы чего с чашками сидите, молодёжь? — заметил Тао Юшань.
— Мы... мы студенты, нам нельзя пить, это вредит мозгу, — набравшись смелости, выпалил Юй Сюэвэнь.
Остальные отчаянно закивали. Кто в здравом уме согласится пить с несколькими сотнями человек? Если каждый поднимет тост, они тут же напьются до смерти. Они всё больше и больше недолюбливали Тао Жу за его бесчисленных родственников.
— Если душа просит, любой напиток сойдёт за вино. Давайте, до дна! — Тао Чжэнъян не видел в этом ничего плохого, демонстрируя широту души главы семьи.
Столы ломились от изысканной дичи. Ребята ели так, что за ушами трещало. Благодаря присутствию Тао Чжэнъяна им удалось избежать утомительной процедуры обхода всех столов с тостами.
После пира Тао Чжэнъян позвал Тао Жу и Цзян Линьчуаня и повёл их в запретную зону в горах.
— Ключ с собой? — в его голосе не было вопроса, лишь уверенность.
— С собой, — ответил Цзян Линьчуань, доставая медный ключ.
Значит, он всё-таки связан с семьёй Тао. Что же за игру затеял этот старый проходимец?
— На самом деле, неважно, есть ключ или нет, — вдруг произнёс Тао Чжэнъян фразу, за которую хотелось врезать. — Моя аномальная способность — это схема формации, созданная специально для их взлома. Именно поэтому я смог попасть в запретную зону и так быстро достичь ранга Лунной Тени.
С этими словами за его спиной появилась схема, испещрённая сложными узорами.
Тао Жу хватило одного взгляда, чтобы его затошнило. Он тут же отвернулся.
— Духовные узоры! — Цзян Линьчуань вгляделся в схему. Некоторые узоры были ему знакомы, другие — нет. Через несколько секунд он тоже был вынужден отвести взгляд.
Тао Чжэнъян убрал схему и протянул Цзян Линьчуаню толстый рукописный трактат.
— Сяожу говорил, что у тебя большой талант к духовным узорам. Этот трактат — мой подарок тебе.
— Спасибо... отец, — с готовностью принял подарок Цзян Линьчуань.
Тао Жу надул губы. Наконец-то он на своей шкуре ощутил, каково это, когда приёмному сыну достаётся больше, чем родному.
— Внутри есть то, что нужно тебе. Остальное не трогай, я уже много чего оттуда забрал, всё, что осталось — для Сяочуаня, — утешил своего родного сына Тао Чжэнъян.
— Что там? — глаза Тао Жу тут же загорелись.
— Войдёшь — узнаешь.
К этому моменту они уже подошли к запретной зоне в горах.
http://tl.rulate.ru/book/150747/8803514
Готово:
