— Слыхали?
— Конечно! Старого пса Данзо казнят на публике!
— Наконец-то… Моего сына тогда забрали для своих опытов именно они!
— Хм, а госпожа Цунаде сказала, что после смерти его воскресят через Эдо Тенсей, и тогда каждый сможет выместить на нем злость!
— …
Ворота Конохи были распахнуты. В деревню стекались бесчисленные ниндзя и простолюдины со всего Мира Шиноби — на это зрелище собралось даже больше народу, чем на недавний совет мира. Коноха открыла двери для всех талантов: любой, прошедший отбор, мог получить право на проживание и стать ее полноправным жителем!
Конан и Адзисай вели в Коноху жителей и ниндзя из Деревни Скрытого Дождя. Нагато же остался в Стране Дождя — охранять деревню и обеспечивать трансляцию казни Данзо.
Другие великие деревни шиноби поступили так же.
— Шимуру Данзо казнят. Приговор приведут в исполнение лично Первый и Второй Хокаге. Неужели не пойдешь посмотреть?
— Кстати, ты еще не закончил свою работу на сегодня. В Конохе много гостей, так что пошевеливайся, — без особого интереса бросил простолюдин, приставленный надзирать за Сарутоби Хирузеном.
Хирузен не отвечал на оскорбления и не сопротивлялся побоям. От этого надзирателю становилось лишь скучнее, а отвращение к старику только росло.
Этот великий поборник Воли Огня до сих пор не произнес ни единого слова извинения.
Зрачки Сарутоби Хирузена на миг сузились, но тут же вернулись в обычное состояние.
Значит, Данзо умрет… Впрочем, его тут же вернут в теле Эдо Тенсей, чтобы он продолжил искупать свои грехи.
Гнев и ненависть давно исчезли без следа, оставив после себя лишь безграничное оцепенение и пустоту.
Сарутоби Хирузен поднял голову и увидел нескольких детей, проходивших мимо.
Конохамару, до этого весело смеявшийся, при виде него мгновенно помрачнел.
— Конохамару…
Голос Хирузена был сух и надтреснут. Он протянул руку.
— Ты не мой дедушка!
— Конохамару…
Хирузен смотрел, как Конохамару, не раздумывая ни секунды, уходит прочь, и чувствовал, как его сердце разрывается на части.
— Наруто… чего же ты добиваешься?! Когда это кончится?!
— Я знаю, что был неправ… Может, ты просто убьешь меня, и все?..
Сарутоби Хирузен рухнул на землю. Душевные муки настолько измотали его, что, казалось, он вот-вот отправится в могилу.
— Ах ты!
Надзиратель замахнулся кнутом, но, прежде чем удар успел опуститься, перед ним мелькнула желтая тень и остановила его руку.
— Господин Наруто?!
— Спасибо за труды, отдохни немного. Дальше я сам.
Простолюдин, однако, от волнения затрясся и замахал руками.
Наруто потребовалось немало времени, чтобы его успокоить.
— Я всем расскажу! Я говорил с самим господином Наруто!
— Ха-ха-ха!
С этими словами счастливый житель убежал прочь.
Наруто подошел к Сарутоби Хирузену сзади.
Тот сидел, низко опустив голову, и по его щекам текли старческие слезы.
— Конохамару… почему?
— Почему Конохамару не признает меня… Неужели я и вправду был так неправ?
Наруто покачал головой. Как политик ты был неплох, вот только методы твои слишком грязны, а жертв — слишком много.
— Наруто, скажи, что мне сделать, чтобы Конохамару снова признал меня?
Сарутоби Хирузен резко обернулся.
— Чтобы стать Хокаге, нужно заслужить признание всей деревни.
— Дедуля, ты разве забыл?
— Ты ведь Третий Хокаге. Все, что ты делаешь сейчас, — это огромный вклад в развитие деревни.
— Что бы делали улицы Конохи без тебя?
— А уборные — без Данзо?
— Кто бы следил за чистотой в деревне, если не вы?
— Если усердно трудиться, признать свои ошибки и продолжать искупление, жители и ниндзя обязательно вас признают.
— И тогда ты не только вернешь себе звание всеми любимого Хокаге, но и Конохамару снова признает в тебе своего великого дедушку.
— …
Слова Наруто звучали как шепот демона.
Но чем дольше их слушал Сарутоби Хирузен, тем ярче разгорался свет в его мутных стариковских глазах.
— Да! Я обязательно заслужу всеобщее признание!
— Спасибо тебе… Наруто!
— Прости меня… это все я виноват, я был таким плохим… спасибо, что все еще признаешь меня, такого никчемного Хокаге, такого гнилого старика.
Сарутоби Хирузен вскочил на ноги и, схватив Наруто за руки, принялся взволнованно и сбивчиво благодарить его.
Наруто незаметно передал ему немного Питательных веществ, чтобы тот не умер от истощения раньше времени.
В этот миг Наруто стал для Сарутоби Хирузена единственным светом во тьме.
— Старайся.
Наруто похлопал его по плечу и пошел прочь.
Сарутоби Хирузен смотрел ему вслед, и удаляющаяся фигура юноши казалась ему невероятно величественной.
— Так точно!
— Я обязательно заслужу всеобщее признание!
Он схватил метлу и принялся усердно подметать улицу.
А в это время в другом месте…
Утатане Кохару и Митокадо Хомура когда-то были уверены, что новая Коноха под управлением лисьего демона и Цунаде долго не протянет.
Теперь же они смотрели на проходящих мимо жителей деревни, которые либо не обращали на них внимания, либо презрительно плевали в их сторону.
Лица обоих старейшин скривились, будто они наелись горьких дынь.
Все жители и ниндзя «старой Конохи» выглядели изможденными, с землистыми лицами, словно страдая от недоедания.
— Данзо казнят на публике… транслируют на весь Мир Шиноби… какой позор!
— Надо было тогда же отдать этого лисьего демона Данзо или просто убить!
— Проклятье… когда же эти глупцы прозреют?
— Этот Узумаки Наруто и Цунаде явно замышляют недоброе!
— Оставим это… Снова кончились припасы, а даймё…
Митокадо Хомура нахмурился и отрезал:
— Нельзя. Мы с таким трудом добились его признания, нужно выжать из людей все до капли и заплатить. Завтра я снова пройдусь по домам… Остальное — дело времени, будь спокойна.
— Кстати, вчера объявился один предатель.
— Пытался пробраться в Коноху, но его вышвырнули. И он еще посмел сюда вернуться?
— Сегодня вечером соберем совет. Его нужно сурово наказать, казнить в назидание другим, чтобы пресечь подобное на корню!
...
Тем временем закованный в кандалы Данзо, проходя по улице, бросил взгляд на усердно метущего Хирузена.
— Хмф, я же говорил, Хирузен, ты еще пожалеешь.
Затем он закрыл глаза и позволил конвоирам вести себя по улицам Конохи.
Однако, пройдя полный круг позора, Данзо умолк.
Наконец его взгляд остановился на главных воротах деревни.
Ни Утатане Кохару, ни Митокадо Хомура даже не пришли взглянуть на него.
«Так даже лучше… После Эдо Тенсей у меня будет уйма времени все спланировать. Я еще отыграюсь!»
За один круг позора Данзо с головы до ног покрыл слой гнилых овощей и тухлых яиц.
В ушах непрерывно звучали проклятия, и одна лишь ненависть, что в них таилась, могла бы сокрушить любого.
Многие жаждали резать его плоть ножом, кусочек за кусочком.
Это была ненависть всего Мира Шиноби.
Какое бы злодеяние ни случилось, повесить его на Данзо стало обычным делом.
Поэтому весть о его публичной казни вызвала ликование, подобное цунами.
— Время пришло, Данзо.
В тот же миг рядом с ним с явным нетерпением возник Сенджу Тобирама.
Он с нескрываемым отвращением окинул взглядом перепачканного Данзо.
В то же время в центре Конохи уже была расчищена огромная площадь.
Сенджу Хаширама, войдя в Режим Мудреца на глазах у бесчисленных изумленных зрителей, явил миру Истинную Тысячу Рук Великого Будды.
В этот миг Мир Шиноби обрел новое понимание силы.
Многие из тех, кто затаил зло, молча отказались от своих коварных планов.
Когда Сенджу Тобирама вместе с Шимурой Данзо появился на голове Великого Будды, на них тотчас же нацелились бесчисленные камеры.
И вот образ Шимуры Данзо, козла отпущения всея Конохи, появился в каждом уголке Мира Шиноби.
Сенджу Тобирама развернул свиток, казавшийся бесконечным.
И перед всем Миром Шиноби начал зачитывать список всех преступлений Шимуры Данзо — тьмы старой эпохи.
Цунаде, стоявшая на крыше Башни Хокаге, положила руку на плечо Сенджу Наваки.
— Наваки, твой враг… Наруто отомстил за тебя.
Наваки обернулся с улыбкой на лице.
Вот только его юное лицо было испещрено трещинами, а глаза были серыми и безжизненными.
— Сестренка, я уже мертв. Для меня это не имеет значения.
— Коноха стала такой прекрасной… даже лучше, чем я мог себе представить.
— Но больше всего я хочу, чтобы ты была счастлива и жила дальше.
— Твой избранник и вправду потрясающий. Стоит о нем заговорить, и ты уже не можешь сдержать улыбку.
Цунаде легонько щелкнула его по лбу.
— Ты правда не хочешь воскреснуть?
— Да. Как только Данзо умрет, я вернусь обратно.
А тем временем, на одной из баз в Мире Шиноби…
Якуши Кабуто услышал имя, прозвучавшее с экрана, и всем телом содрогнулся.
— Ноно Якуши?
Он застыл на месте, выронив свиток из рук.
Чёрный Зецу прищурился и безмолвно погрузился в землю.
«Он сам себя убедит… Нужно еще немного подождать, и Учиха Мадара будет призван через Эдо Тенсей. А сейчас… в Деревне Скрытого Дождя остался только Нагато…»
В следующее мгновение он уже был на базе Белого Зецу.
Дверь в комнату Обито была плотно закрыта.
Чёрный Зецу бросил на нее взгляд и мысленно усмехнулся: «И неудивительно, что он не хочет воскрешать Учиху Мадару. Обито, ты еще наивнее, чем Мадара».
С этими мыслями он прошел в тайную комнату.
Белый Зецу Тоби тут же подбежал к нему с контейнером, в котором хранился правый Риннеган.
— Вот, держи. Будь спокоен, я все подменил, Обито ничего не заметит!
Чёрный Зецу кивнул и, забрав Риннеган, удалился.
...
— Привести приговор в исполнение!
Хрясь…
Едва прозвучали слова Сенджу Тобирамы, как Первый Хокаге — Бог Шиноби, Сенджу Хаширама — лично снес голову Данзо.
В тот же миг Мир Шиноби взорвался таким оглушительным ревом ликования, что, казалось, он мог расколоть небеса.
Спустя долгое время, по приказу Сенджу Тобирамы, вперед вывели одного из ниндзя клана Шимура.
— Эдо Тенсей!
Сенджу Тобирама немедля воскресил Шимуру Данзо.
А Сенджу Хаширама привязал его к столбу и сбросил вниз, в толпу.
Люди хлынули к нему… Что ж, снова придется стоять в очереди. Судя по всему, очередь эта растянется на месяц.
Наруто же тут же применил на воскрешенном Данзо Котоамацуками.
С этого момента тьма старой эпохи Мира Шиноби окончательно превратилась в отдушину для всеобщей ненависти.
— Хе-хе-хе… так вот оно что…
Якуши Кабуто, глядя на участь Данзо, сперва зарыдал, закрыв лицо руками, а затем холодно рассмеялся.
Он стремительно сложил печати и с силой ударил ладонями по земле.
— Эдо Тенсей!
С оглушительным грохотом из-под земли вырвались четыре гроба.
Бум…
Крышки отлетели в стороны, явив лица четырех покойников.
Второй Цучикаге Му, Второй Мизукаге Генгецу Хозуки, Третий Райкаге Эй и Четвертый Казекаге Раса.
Часть кожи Якуши Кабуто уже покрылась змеиной чешуей.
Он высунул длинный язык и зловеще улыбнулся.
И тут из-под земли с грохотом поднялся еще один гроб.
Крышка отлетела в сторону, и из него показалась фигура в черном облегающем боевом костюме и красных многослойных доспехах.
http://tl.rulate.ru/book/150537/8690521
Готово:
