Глава 401 - Преимущество
Войска начали движение на рассвете. Формация была схожа с вчерашней.
Широкая, открытая равнина служила ареной, а пронизывающий ветер — безмолвным наблюдателем.
Вместо тех, кто вел вчерашнюю атаку, первые ряды теперь составляли лучники, пехота и часть кавалерии. Главнокомандующие обеих сторон, не договариваясь, решили, что сигнал к началу движения — это наступление рассвета.
Энкрид наблюдал за этим, пока шел. Шаг его был легким, почти как при неспешной прогулке. Однако это не было праздным моционом.
Он тщательно подготовил оружие: три меча и «Свистящий Кинжал». Было только одно отличие — расположение мечей немного изменилось.
«Серебряный» висел на левом бедре, а «Огненный» — на правом. Каждый меч был размещен под особенности его рук, а гладиус он повесил за спину, закрепив ремень для удобства.
После прошлой битвы клинок гладиуса был немного укорочен, что делало этот способ ношения более практичным. Его меч стал короче примерно на два пальца.
«Интересно, не расстроится ли гном, который его делал? — подумал Энкрид. — Они ведь так гордятся своим оружием, верно?
Подобно тому, как феи гордятся деревьями, цветами и растениями, которые выращивают, называя себя детьми деревьев и цветов, — гномы — дети железа и огня.
Гиганты доказывают свою сущность кровью и резней, будучи детьми горячей крови.
Зверолюди начинают охоту ради выживания, что делает их детьми гор и полей.
Драконы стоят в одиночестве и потому безымянны, без родителей.
Лягухи рискуют всем ради своей мечты, они — дети мечты.
А вот у людей нет символического родительства, и потому они могут стать кем угодно».
Это была всего лишь мимолетная мысль. Энкрид шел рядом с отрядом, проверяя свое снаряжение.
Он проверял расположение мечей, состояние оружейного ремня и, корректируя маршрут, убеждался, что меч на спине не мешает движениям.
«Блокировать, уклониться, ударить», — крутилось у него в голове. Обмануть, ударить и добить.
Это был мысленный обзор вчерашнего боя, виртуальная битва. Хоть он и размахивал конечностями, идя, никто не бросил на него недовольного взгляда.
Солдат, долго колебавшийся, наконец, спросил:
— Мы сегодня снова сражаемся вместе?
Группа из примерно пятидесяти человек остановилась посреди построения. Их командир в первом ряду задал вопрос, и пятьдесят пар глаз обратились к Энкриду.
Энкрид кивнул.
Ему предстояло сразиться с теми же людьми, что и вчера.
Это было скорее интуитивное чувство, но он был уверен. Хоть они и были побеждены, огонь в их глазах ничуть не угас. Они придут снова.
Закончив мысленную проверку, Энкрид прошел между двумя отрядами, обдумывая свой маневр.
За ним следовали Рем, Джаксен, Рагна и Дунбакель.
— Облачно, Босс, — заметил Рем.
Энкрид, закончив обзор, посмотрел на небо.
Дождя пока не предвиделось, но небо действительно было затянуто. Темные тучи быстро надвигались с горизонта.
Запаха дождя не было. Дунбакель наморщила нос и сказала:
— Начнется завтра.
Рагна, казалось, не имел по этому поводу никаких мыслей, а Джаксен, как всегда, сохранял нечитаемое выражение лица.
Рем усмехнулся, явно взбудораженный.
— Мы обделаемся.
Энкрид кивнул, соглашаясь с Ремом. В этом был смысл.
Это действительно будет жестокое и трудное поле битвы. Он уже говорил об этом с Ремом рано утром.
— Знаешь?
— Что?
— Если бы они атаковали сразу вчера, мы бы оказались в худшем положении.
Не было нужды объяснять это подробно. Энкрид понимал интуитивно.
Враг построил свои ряды, в то время как их собственная сторона хоть и выглядела построенной, но дисциплина еще не объединилась полностью.
И все же враг отступил. Почему?
Потому что их шлемы были похожи на обычные каски? Нет, дело не в этом. Все было просто. Не было нужды в глубоких размышлениях.
У них было что-то приготовлено.
«Даже если им придется пожертвовать днем, это не будет иметь значения».
Энкрид ранее поделился схожей мыслью с Маркусом. Конечно, Маркус тоже понимал ситуацию.
— Я знаю. Но для нас это тоже возможность. Нам нужно было время.
У противника было меньше людей, и их подготовка хромала. С другой стороны, у врага была единая командная структура, в то время как командование их стороны все еще было шатким.
К счастью, благодаря усилиям Энкрида, шаткие части теперь функционировали без сбоев. Одно лишь его присутствие давало им утешение и Силу.
Маркус использовал все это в своих интересах. Все, что посоветовал Кранг, было пущено в ход. В результате вороны не переставали летать всю ночь.
Другими словами, враг использовал дополнительный день для подготовки, но их стороне это время тоже было необходимо.
— Вот почему мы приготовили мясо, — сказал Рем, и мысли Энкрида тут же улетучились.
Что означали его слова? Вероятно, он хвастался своими кулинарными навыками, сделав это в предвкушении.
Даже когда он убивал Бессмертного Безумца, Рем был полон разочарования.
Разве не любой бы разочаровался? Они не сражались как положено; они преследовали беглеца. Рем хотел настоящей битвы.
Битвы, пропитанной кровью. Желание и страсть бурлили в нем. Он хотел сжечь все это и продолжать двигаться.
Это был костер из поленьев. Он горел так ярко, что пламя почти распространялось повсюду.
«Я буду сражаться и сожгу все дотла».
Сражаться изо всех сил, сжечь свою душу — вот что должен знать воин.
Энкрид смотрел на Рема.
«Что с ним сегодня?»
Казалось, сегодня его страсть была чересчур сильной.
Конечно, этого следовало ожидать, но даже Рагна ощущал его рвение, и Джаксен тоже.
Никто из них ничего не сказал. Дунбакель, казалось, была погружена в мысли, а Эстер сидела, поглядывая одним глазом сверху.
Две армии оказались на границе досягаемости лучников. Командиры обеих сторон крикнули в унисон:
— Огонь!
Сначала полетели стрелы. Начало битвы, сигнал.
Бум, бум, бум, бум!
Звук барабанов и труб наполнил равнину, и над этим шумом небо заполнили стрелы.
На их стороне было пятьсот длинных луков, у противника — более тысячи. Стрелы, выпущенные с обеих сторон, встретились в воздухе.
Это были острые, короткие деревяшки, собранные из прямых и крепких деревьев, таких как дубы и сосны, с приклеенными металлическими наконечниками и перьями. Они уносили жизни.
Бум!
Солдат, которому не повезло получить стрелу в щель шлема, упал. Таких, впрочем, было немного. Пехота в первых рядах подняла щиты по диагонали, готовясь к удару.
— Держать!
Враг двинулся первым. Как и ожидалось, Маркус подготовился к контратаке, и это было закономерным результатом. Группа кавалерии оторвалась от правого фланга построения графа.
— В атаку!
Кавалерия была вооружена копьями и попыталась начать стремительный наскок. Если бы кавалерийская атака прорвала строй, это могло привести к поражению.
Для королевской армии единственным шансом на победу было блокировать каждую атаку противника.
Послышался крик их командира. Он заметил, куда направляется кавалерия, и отдал приказ пехоте построить линию в том районе:
— Бегом, двигайтесь! Туда! В атаку!
Это был тот самый командир, который разговаривал с Энкридом ранее. Он снова крикнул:
— Пики! Вперед!
Вжух, вжух!
Пики были подняты высоко, и солдаты, напрягая мышцы рук, вонзили копья в землю, формируя стену.
Стена из пик была лучшей стратегией против кавалерии. К тому моменту, когда вражеская конница попыталась развернуться, было уже слишком поздно.
Бум, бум, бум, бум!
Громовой топот копыт зазвучал, когда передовая кавалерия врезалась прямо в стену пик.
Копья пронзили всадников. Повсюду брызнула кровь, раздался треск ломающихся костей.
Большинство всадников погибло, но некоторые упали в сторону. Скорость атакующей кавалерии стала их собственным оружием, убивая их мгновенно.
— Урргх!
— А-а-а!
Эти крики ясно давали понять, что это место — адское поле битвы.
Среди павших всадников некоторые едва выжили, но союзные солдаты вытащили длинные мечи и начали наносить удары.
Бум! Щёлк.
— Умри!
— Ублюдок!
Между тем, некоторые всадники прорвались через бреши в стене копий. Тяжелая кавалерия сама по себе была оружием. Быть раздавленным весом всадников и умереть было обычным делом.
По сути, даже одна сломанная конечность делала выживание почти невозможным.
Несколько всадников упали на солдат, создав пробелы в стене. Солдаты резерва быстро заполнили эти бреши копьями.
— В атаку! В атаку!
Вражеская кавалерия продавливала натиском, но пехотинцы, сформировавшие стену, держались.
Хотя солдаты в центре битвы, возможно, этого не осознавали, с точки зрения командира это была большая победа. Начало прошло хорошо.
Маркус сжал кулаки.
А затем вражеские силы снова пришли в движение. Из их рядов появилась часть кавалерии.
Они действительно подготовили все. Это был конный лучный отряд. Их было немного — всего около пятидесяти человек. Но их мобильность было непросто превзойти.
Просто стрелять на ходу, отступая... Все они были способны на такой подвиг. Несмотря на то, что их командир был убит мечом Энкрида в первый день, эти люди были грозными бойцами. Сам по себе этот отряд представлял угрозу.
Они выехали, целясь в командира королевских войск. Это был хорошо обученный отряд, их возможности были очевидны для любого, кто наблюдал.
Можно сказать, что они были первым клинком, подготовленным графом. Взгляд Энкрида тоже упал на них.
На обширной равнине движение кавалерии было легко заметить.
«Если их не остановить, ущерб может быть значительным», — понял он про себя, но время действовать еще не пришло.
«Маркус не идиот».
Наблюдая вчера за стратегическим совещанием, Энкрид убедился, что командиры Маркуса тоже не промах. Не успел Энкрид подумать об этом, как появилась и их собственная кавалерия.
Их было всего около дюжины, но лидера выделяли ярко-рыжие волосы и развевающийся на ветру красный плащ.
Это была Аиша и ее оруженосцы. Хотя они и утверждали, что не будут использовать рыцарскую Силу, это были уже закаленные воины из «королевского дворца».
— За Наурилию! — крикнула Аиша. Она и ее оруженосцы рванулись вперед, быстро сокращая расстояние, чтобы преследовать конных лучников.
Враг стрелял, отступая. Аиша подняла меч, отражая самые опасные стрелы. Она работала запястьем, двигая мечом без необходимости использовать щит.
Затем она погналась за ними, настигая замыкающих. Быстрым ударом меча она отсекла голову одному человеку. Прежде чем голова коснулась земли, клинок Аиши вонзился в спину другому.
Она металась из стороны в сторону, нанося удары и рубя без передышки. Это было устрашающее проявление мощи.
— А ну, идите ко мне до самого конца!
Пока число вражеских лучников сокращалось, несколько кавалеристов атаковали эскадрон оруженосцев.
Но это было не все. Пехота противника начала наступать, и среди них выделялись несколько исключительно умелых бойцов, направлявшихся к Аише и ее отряду.
Когда пехота начала буйствовать, Рему стало ясно, что пора действовать.
— Я иду вперед!
Когда Рем оттолкнулся от земли, его тело словно вытянулось, толкая его вперед с огромной скоростью.
Это было движение, требующее мастерства. Конечно, Энкрид тоже знал, как его выполнять.
Используя Силу, которую можно было назвать «сверхчеловеческой», он не прыгал вверх, а переносил энергию вперед, сильно ударяя ногой о землю. Это был непростой подвиг. Даже Энкрид потратил бесчисленные дни на его совершенствование.
Рем рванулся к одному из пехотинцев, оторвавшихся от строя. Тот увидел Рема, изменил направление и бросился ему навстречу. Враг был вооружен двумя молотами.
Рем вытащил топор и замахнулся, а противник ответил молотами.
Бах!
С оглушительным грохотом пехотинцы разошлись, создавая между ними пространство.
В тот момент Энкрид заметил, как за спиной Рема возникла тень. Солдат, прятавшийся среди отступающей пехоты, выскочил, пытаясь нанести удар ножом.
Движение было шокирующе быстрым и точным. Выпад был резким и непредсказуемым.
Несмотря на неожиданность, Рем развернулся и увернулся. Клинок оцарапал его спину, но Рем сумел избежать серьезного ранения, а затем взмахнул топором, заставив противника отступить.
Ему не требовалась помощь. Если будет опасно — он сбежит; если нет — победит. Там стоял Рем.
— Сократим их численность, — сказал Энкрид, переводя взгляд с Рема.
— Этот варвар всегда целится прямо в жизненно важные точки, — произнес Рагна, делая шаг вперед.
Он нацелился на фланг вражеской пехоты. Шаг, шаг. «Отряд Безумцев» уже переместился на край армейского построения и не привлекал особого внимания.
Все остальные были поглощены безумием коллективного боя.
Энкрид наблюдал за спиной Рагны. В конце концов, говорили, что Рыцари — это бедствие для простолюдинов.
А что насчет Рагны, который стал так близок к Рыцарю? Он не был ни ранен, ни истощен. Вчера он хорошо набил желудок.
Рагна проник на фланг вражеской пехоты. Казалось, он слился с толпой. Он шел, а затем вступил в бой.
В таких битвах не нужно было искать дорогу. Ты просто рубил все, что выглядело как враг.
Солдаты, которых касался Рагна, падали на землю, как снопы соломы. Быстрый Щёлк. — его меч перерезал шею вражескому солдату. Ни криков, ни удивления.
Они даже не понимали, когда умирали. Рагна спокойно взмахивал мечом, и численность врага начинала таять.
С каждым взмахом солдаты падали, и противник начал замечать Рагну. Но ничего не изменилось.
Знание о том, кто он такой, работало против них. Он был словно жнец среди обычных солдат.
Между тем, Энкрид заметил еще нескольких врагов, которые двигались целенаправленно.
— Джаксен?
— Оставь их.
Он был готов разобраться с ними сам. Враг не был глуп. Их лейтенанты проникли в ряды обычных солдат, готовясь к атаке.
Это была умная тактика. Немногочисленные, более элитные силы, спрятанные среди обычных солдат, могли истощить большую армию.
Независимо от того, благоприятно ли построение, эти спецназовцы могли переломить ход битвы. Главное — остановить их, прежде чем они это сделают.
Джаксен погнался за целенаправленно двигающимися личностями, в то время как Энкрид снова вошел во вражеские ряды.
— Что этот парень делает? — крикнул вражеский солдат, все еще не участвовавший в битве, пытаясь покинуть строй. Энкрид проигнорировал его и продолжил идти.
Впереди появилась огромная тень. Человек стоял на фоне солнца, отбрасывая большой силуэт. Он был огромен — больше, чем даже Аудин.
— Меня зовут Бенукт. Я — Гигант.
Его голос звучал так, будто раздавался из пещеры. И то, что он был Гигантом, было очевидно. Всякий раз, когда он приближался, его вид заполнял все поле зрения Энкрида.
Человек вытянул оба кулака, готовясь нанести удар. Его стойка напомнила Энкриду Аудина.
Энкрид высоко поднял меч. Серебряный клинок сверкнул, но не на солнечном свете, а в тени.
Оба мужчины скорректировали свои стойки, пытаясь прочесть дыхание друг друга, выискивая оптимальный момент для удара.
В этот напряженный момент Энкрид спросил:
— Что случилось с твоим лидером?
— Он уступил тебе место?
Бенукт, готовый высвободить свою гигантскую Силу, рванулся вперед.
Бум!
Он ударил ногами о землю, превращая свое тело в живой снаряд. Он полетел на Энкрида, намереваясь ударить его плечом.
Наступил момент столкновения.
Бум!
Раздался громкий звук, когда они столкнулись. Поднялась пыль, и вскоре их фигуры стали видны.
Ни один из них не отступил. Они столкнулись, вызвав ударную волну, но оба выдержали, каждый получив свои раны.
Энкрид понял это мгновенно. Бенукт, Гигант, был не так впечатляющ, как казалось.
Это была не заносчивость, не недостаток уверенности. Это была холодная оценка.
http://tl.rulate.ru/book/150358/8942618
Готово:
