День, всегда заканчивающийся до заката, изменился. Доказательством тому был Рагна, развернувший свое тело.
Когда Рагна опустил свой меч и глубоко вздохнул, Рыцарь, который казался самой Смертью, грудой обрушился за его спиной.
Кровь хлынула из рассечённой раны. Свежая кровь вливалась в ковер, уже и так пропитанный багрянцем.
— Как?
Энкрид открыл рот. Он не был полностью шокирован, но удивление, безусловно, испытал.
Ему было искренне любопытно. Поэтому он и спросил.
Спрашивал ли он, как Рагна вообще здесь оказался? Кранг, наблюдавший за ними, подумал о том же. Какое своевременное вмешательство.
На самом деле, это было результатом искажённого, повторяющегося дня, но Кранг не мог этого знать.
Пока Рагна молча вытирал кровь со своего меча, Энкрид ясно спросил, что именно его удивило:
— Как ты нашел сюда дорогу?
Как ему было не удивиться?
Рагна пришел сюда один. Никто не следил за ним втайне, так что он, должно быть, вошел через замковые ворота.
Если бы богиня удачи лично не взяла его за руку и не привела, произошедшее было бы невозможно.
Рагна выпятил грудь, отвечая на вопрос Энкрида. Казалось, он проделал весь этот путь только ради данного момента.
— Я знаю короткий путь.
— Везение?
Энкрид задал завуалированный вопрос.
Спрашивал ли он, не чистая ли это удача привела его сюда?
Рагна также дал завуалированный ответ.
— Мастерство.
Это означало, что талант находить короткие пути был врождённым.
Кранг в замешательстве моргнул.
«О чём, чёрт возьми, говорят эти парни? Это же какой-то бессвязный разговор. Разве это не диалог сумасшедших?»
Ну, он и сам ничего не мог сказать. Главное, что он остался жив.
Солнце еще даже не зашло полностью.
Кранг понял, что то, что он приготовил, не придёт, а значит, дело уже закончено.
— Я чуть не обмочился.
Кранг тяжело рухнул на пол.
Не то чтобы это было уместно говорить человеку, который стремится стать королем страны, но сказанное ничуть не умаляло достоинства Кранга. Он был таким человеком.
Почему его достоинство должно уменьшиться оттого, что он рад выжить, оставаясь человеком?
Если бы его спросили, он ответил бы именно так.
После короткого обмена репликами с Рагной Энкрид неловко вправил свое вывихнутое правое запястье левой рукой.
Но его взгляд по-прежнему был прикован к Рагне.
Его глаза сияли иначе, чем тогда, когда он отпускал шутки.
Допустим, вопрос о том, как он нашёл дорогу, — это одно.
А что насчет следующего шага?
Рагна сдвинул в сторону человека, с которым Энкрид сам не смог справиться.
Энкрид видел весь бой.
Любой, кто видел бой Рагны и его меч, мог понять.
Хотя он еще не был Рыцарем, Рагна им станет.
Это был талант такого уровня. Часть этого таланта проявилась. Мэтью тоже расширил глаза, тяжело дыша.
Таков был уровень шока.
Энкрид открыл рот:
— Спасибо.
Хотя слова были благодарностью, тон его выражал нечто большее, чем просто признательность.
Уши Кранга навострились, и он повернул голову.
Обычно Энкрид не поддавался эмоциям, но сейчас это казалось почти невыносимым.
Кранг посмотрел на Энкрида и закричал:
— Позовите целителя! Приведите целителя!
Оба его охранника были тяжело ранены. Неотложно требовалось о них позаботиться.
Проявив ли сильное чувство долга, то ли верность, слуга и горничная появились одновременно.
— Да, да, милорд.
Каким-то образом они не умерли и не были ранены слишком сильно.
На самом деле, это было нормально.
Если бы намерения погибшего Рыцаря были выполнены должным образом, эти люди позаботились бы об убитом Крайсе.
Конечно, у него не было причин убивать слуг и горничную, если только он не был безумным серийным убийцей.
Погибший был членом Ордена, и Крайс знал это, вот почему он позвал людей.
— Позовите целителя, — сказал Кранг, не отрывая взгляда от Энкрида.
— Ты чуть не умер, — вступил в разговор Рагна.
Было очевидно, что Энкрид чуть не погиб. Чувствуя эмоцию, стоящую за благодарностью, Рагна, возможно, упрекал спасённого им человека? Было ли правильно вкладывать такую сильную эмоцию в простое «спасибо»?
Казалось, в словах Рагны был и такой подтекст.
Кранг обладал способностью читать скрытые смыслы, стоящие за словами людей.
Это можно было назвать проницательностью.
Тем не менее, взгляд Энкрида не изменился.
Энкрид мечтал стать Рыцарем. Даже если бы он изо всех сил старался сдержать это, он не смог бы.
Он сражался не один, а с помощью охранника Кранга Мэтью и других копейщиков, но всё равно проиграл.
Он проиграл. Это было поражение.
Обычный человек, возможно, ощутил бы отчаяние и безнадежность. Даже если бы он этого не почувствовал, взгляд на Рагну заставил бы его думать иначе.
Если ты не чувствуешь зависти, ты не человек. Можно ли по-настоящему быть человеком, не будучи поглощенным завистью?
Так думал Кранг.
И, глядя на Энкрида, он подумал:
«Это не человек».
— Как только поправлюсь, давай сразимся, — сказал Энкрид, приподнимая правое запястье.
Эмоцией, видимой в его пылающих глазах, была не зависть.
Это был чистый восторг, радость и дух соперничества.
Увидев это, Рагна упрекнул его.
— Если ты чуть не умер, но выжил, ты должен знать, как проявить сдержанность.
Хоть Рагна и не должен был этого говорить, на этот раз Энкрид определенно зашел слишком далеко.
Энкрид, осознавая это, кивнул.
— Кранг? — позвал он.
Кранг на мгновение задумался и собрался двинуться.
Его разум уже был полон планов на будущее.
В своих глазах он видел собственные «заготовки». Путешествия по континенту были не просто бегством.
Это было частью результата.
— Поздно, — произнес коротко стриженный мужчина, приближаясь.
Рагна сразу понял, что это не обычный противник, увидев, как быстро этот человек шагает по коридору.
— Сэр Ингис, — назвал его Кранг. Энкрид узнал его принадлежность.
С кирасой, прикрывающей торс, двумя мечами на поясе и эмблемой «Меча Солнца» было ясно, к какой фракции он принадлежал.
— Я Ингис из Ордена.
Голос его звучал молодо. И лицо казалось молодым. Ему, вероятно, было не больше двадцати. Настоящему Ингису было двадцать восемь.
Моложавый вид был его комплексом.
А ещё он был самым талантливым гением в Ордене Алого Плаща.
Блуждая и убегая, Кранг как-то встретил младшего рыцаря, который служил в южном пограничном регионе, недалеко от Магической Территории.
— Сэр Сайфрус.
Увидев младшего рыцаря с кодовым именем, он поговорил с ним. Позже Кранг стал свидетелем южных битв. Тогда Кранг едва не лишился головы четыре раза.
Благодаря этому Кранг осознал опасность, которую они представляли.
«Я не взойду на трон, используя силу Рыцарей».
Кранг видел будущее. Он предвидел будущее дворца. Вот почему он знал, что дворец не сможет задействовать нетрадиционные силы вроде Рыцарей.
Нужно ли было им резать плоть, чтобы получить трон?
«Вы сохраните свою честь. Я займусь своим делом».
Он не стал бы этого делать. Он сделал бы глупый и невежественный выбор. Кранг поступил именно так. Возможно, из-за этого он дал одно обещание, и теперь смог увидеть Ингиса здесь.
Если бы он продержался полдня, Ингис появился бы и был бы готов предложить решение.
— Я привел восьмерых оруженосцев, — сказал Ингис. И это было правдой. Остальные наводили порядок перед замковыми воротами, а Ингис поспешил сюда.
Его взгляд обратился к младшему рыцарю, которого убил Рагна.
— Сэр Филтен.
В его голосе прозвучало сожаление. Но он не винил Рагну или кого-либо еще.
Он просто посмотрел на мёртвого Рыцаря с печальным выражением лица. Всё было его собственным выбором. Он прекрасно знал, что Филтен питал к нему зависть. Но это не означало, что он желал такого исхода.
Филтен стал предателем и выступил против них. Правильно это или нет — это был его путь.
Поэтому было бы правильно, если бы он понёс последствия.
Внутри Ингиса было чувство благодарности. Если бы Филтен был жив, ему пришлось бы убить его своими руками.
Ингис вскоре поднял голову и произнес:
— Мы должны идти к Королеве, Ваше Величество.
Приказы Мастера Сайферса были двойными.
Ингис должен был обеспечить безопасность Кранга, но, если во дворце возникнут какие-либо опасные угрозы, он должен был их нейтрализовать.
— Я и сам собирался идти, — согласился Кранг.
Был ли клинок, который он приготовил, единственным для южного Рыцаря? Если бы он передумал, всё было бы кончено, но неужели он действительно поставил всё на одно-единственное решение?
Конечно, дело было не только в этом.
Но ничего не прибыло. Это означало, что проблема возникла где-то еще.
Группа направилась к одной цели.
Их целью был тронный зал Королевы.
— Это сборщик налогов?
***
Прибыв во дворец, Джаксен достиг своего конечного пункта назначения.
Это было то место, которое он искал.
Джаксен выслеживал человека, стоявшего за контрактом гильдии убийц.
Сначала он полагал, что это был виконт Мернес. В конце концов, это был кто-то, кто наживался, используя Чёрный Клинок, печально известную банду воров.
Найдя несколько улик и продолжив расследование, он обнаружил, что замешан кто-то еще.
Уничтожив всю гильдию убийц, он узнал много нового.
Благодаря этому он смог понять, кто был лидером Чёрного Клинка и кто был клиентом.
Он обнаружил это не в одиночку.
Внешнее давление помогло прийти к этим выводам.
В частности, это произошло благодаря действиям Кранга.
Кранг физически разделил фракции знати.
Так что…
«Я бы не справился без помощи капитана».
Чёрный Клинок был разорван на части, и его секреты раскрыты.
Если бы Кранг не оказал давления, гильдия убийц не объединилась бы и не разместила бы контракт.
По сути, они, возможно, вообще бы не вмешивались.
— Неужели провалился?
Высокий мужчина, стоявший спиной к широкому окну, занимал собой всю комнату. Его внушительное присутствие заполняло пространство. Джаксен кивнул в ответ на его вопрос.
— Ни капли.
— Почему?
— Разница в мастерстве.
— Как любезно.
— У меня, впрочем, есть свой вопрос. Вы ответите честно?
— Разумеется.
Он был человеком, который начинал как торговец и поднялся до должности сборщика налогов — бюрократа, отвечающего за сбор королевских податей.
Чтобы достичь этого, он, возможно, продал душу дьяволу.
— Это была «Черная Лилия»?
Сборщик налогов оскалился в перекошенной гримасе, которую нельзя было назвать улыбкой.
— Чёрт, надо было убить их всех и сжечь, пока был шанс.
При упоминании горящего особняка Джаксен вспомнил ту сцену.
Он пришел по адресу.
Джаксен вытащил меч.
— Наследник семьи Беншино вернулся.
Сборщик налогов, который ни разу не убирал руку из-под крепкого, дорогого стола из черного дерева, наконец сделал это. В его руке оказались два арбалета.
Модифицированные арбалеты.
Курки были уже взведены, болты заряжены и готовы к выстрелу в любой момент.
— Думаешь, ты сможешь увернуться от этого в маленькой комнате?
— Я пришел во имя того, кто потерял семью, ребенка, лишившегося родителей.
— Прекрати говорить и нападай.
Действия Чёрного Клинка были грубыми и неорганизованными, но Джаксен не винил своего противника.
Он надеялся лишь на одно.
— Пожалуйста, не умоляйте о пощаде.
Он был серьезен.
— Заткнись! — крикнул сборщик налогов и выстрелил первым болтом левой рукой. Со щёлканьем болт полетел по воздуху, его наконечник был покрыт Ядом, предназначенным убить при малейшем прикосновении.
Джаксен, скрываясь в тенях, не пытался удивить противника, но хотел показаться отчетливо.
Размахом меча он отразил болт.
В этом не было ничего сложного.
Со щёлканьем болт раскололся пополам и отскочил от стены и пола.
Тем временем был выпущен второй болт.
Это была синхронизированная атака.
Джаксен вытащил меч и поразил второй болт.
Со щёлканьем второй болт разлетелся вдребезги, задев его лицо. Он не хотел уворачиваться и не стал.
На его щеке появилась неглубокая рана.
Хлынула острая боль. Это был Яд.
— Готово! — закричал сборщик налогов. Его голос был удивительно легким для такого крупного телосложения. Это не нравилось Джаксену.
Он не ожидал, что его цель будет каким-то великим героем, но это было нечто иное.
Он был просто грязным человеком.
— Думаете, ваша семья заслужила сгореть? Вы верите, что у них была причина для этого?
Джаксен вспомнил слова своего учителя. Слова были правдивы. У великих всегда была великая причина для своих действий.
Алтарь демона, воскрешение злого бога. По крайней мере, что-то в этом роде.
Или, может быть, великий дворянин, который контролировал страну?
Так должно было быть.
Нет, причина была. Люди могли убивать даже из-за самых маленьких желаний.
Ошибка, возможно. Но ее можно исправить.
Разве Энкрид не показал ему, что делать, когда идешь неверным путем?
«Просто повернуть назад».
Начать снова. А если это не сработает? Попробовать снова. Если ошибки продолжаются? Ничего страшного. Продолжать. Начать снова. Делать это до тех пор, пока не получится.
Энкрид взялся за меч и погнался за своей мечтой стать Рыцарем.
Была ли эта мечта глупой? Смехотворной? Достойной насмешки?
Вовсе нет.
Через повторение, упорство и никогда не сдаваясь, Энкрид построил свой собственный путь и прошел по нему.
Вот как это работало. Вот и всё.
Джаксен не разочаруется в низости своего противника.
— Десять вздохов? — спросил Джаксен, раскрывая природу Яда.
— …Это был действительно «Кинжал Геогра»? — сказал сборщик налогов, его голос теперь смешался с напряжением и замешательством, когда он схватил что-то из-под стола и бросил это вниз.
Бах!
Дым взметнулся. Это была дымовая граната. Джаксен почувствовал дрожь в ушах, и его зрение было затуманено дымом.
Тем не менее, проблем не было.
Он видел такие трюки сотни раз.
Инстинктом, ощущением, по дрожанию воздуха Джаксен определил местоположение противника.
Мужчина пытался сбежать через окно. Джаксен быстро приблизился, схватил его за шею и отшвырнул назад.
Мужчина взмахнул рукой, держа оружие в форме крюка.
Джаксен, хватая его левой рукой и отбрасывая, вытащил стилет правой.
Он блокировал и отразил атаку противника, а затем подошел к отброшенному им человеку.
Тот не кричал и не стонал. Он прошептал что-то в дыму.
Конечно, это не касалось Джаксена.
— Пощади меня, и я дам тебе сокровища, о которых ты и не мечтал! Я знаю тайное хранилище Чёрного Клинка!
— Я знаю тайное хранилище величайшей гильдии убийц на континенте.
Хранилище Чёрного Клинка? Вряд ли.
Смысл его слов заставил сборщика налогов вспотеть.
Джаксен открыл дверь.
Его поприветствовали тела тех, кто пытался его остановить.
Это была его работа. Те, кто преградил ему путь сюда.
Там были телохранители и ассасины.
Лидер Чёрного Клинка, должно быть, подготовил их для него.
Однако не все были мертвы. Оставались слуги и горничные, которые не нападали, и которых не нужно было трогать.
Джаксен подождал, пока дым рассеется, затем повернул голову. Он увидел сборщика налогов, который всё ещё держал изогнутый кинжал, спрятанный под бедром.
Джаксен взял свой длинный меч и легко прижал его к бедру сборщика налогов, лишая его намерения.
Выпад!
Кончик меча вонзился ему в бедро.
— Ах! — эхом раздался крик, когда меч был вытащен и снова вонзился в другие руки и ноги, перерезая сухожилия и обезоруживая его. Джаксен отбросил оружие и перевязал раны большой тканью.
— Сумасшедший ублюдок!
— Я уже слышал это раньше. Это не располагает, — небрежно произнес Джаксен, доставая точильный камень и стилет.
Рядом с ними он достал зазубренный клинок, иглы и щипцы — инструменты для пыток.
— Чего ты хочешь? «Чёрную Лилию»? Хочешь, чтобы я сказал тебе, кто остальные? Или что? Чего ты хочешь, ублюдок!
Джаксен несколько раз моргнул и ответил:
— Ничего.
— …Что?
— Не умоляй о пощаде. Твой язык — последнее, что я отрежу.
Джаксен не считал свою месть прекрасной или оправданной.
«И что? Это не моя проблема», — вспомнил он слова Энкрида.
Он не просто смотрел вперед. Он смотрел и вокруг.
Люди всегда говорили, что все предают друг друга.
Но были и те, кто не предавал.
Ему было всё равно.
Он просто делал то, что хотел.
— Если кто спросит, скажи, что Джаксен из семьи Беншино отправил тебя в ад. Остальных наших друзей я пришлю позже. Один из них уже в пути.
— А-А-А-А-Х!
Крик сборщика налогов эхом разнесся по
http://tl.rulate.ru/book/150358/8942601
Готово:
