На полуночном докладе Маркус начал с восхищения.
— Ты удивляешь меня каждый раз, когда я тебя вижу.
Затем он выразил благодарность, граничащую с чрезмерностью.
— Я у тебя в долгу.
«Как командир батальона мог так склонить голову перед обычным солдатом, который теперь уже командир роты?» Энкрид просто заявил, что это совпадение, и изложил факты. Вот и всё.
— Понимаю. — После слов благодарности Маркуса, Энкрид покинул кабинет. Остальное оставалось на усмотрение Маркуса, как человека, ответственного за Пограничье, не так ли?
Когда он закончил доклад и вышел, командир роты-эльфийка последовала за ним, словно провожая, ее взгляд был рассеян. Выражение ее лица и тон были безразличны.
— Сегодня вместе? Мы должны хранить свою чистоту до свадьбы, поэтому можем спать, только держась за руки.
— Я буду спать без всяких рук. Один. В своей казарме.
— Понимаю.
«И это она называет шуткой?»
Расставшись с командиром роты, Энкрид вернулся в свою казарму, смыл пот водой и устроился на койке. С мокрых волос капала вода. Проведя по ним рукой, он подумал, что они снова довольно сильно отросли.
— Просто не выспался. Если уж лезть, лезьте в полную силу, ублюдки.
— Всё в Воле Господа. Молитесь, братья и сёстры.
— Слыхал, кое-что стряслось.
— Мрррл.
— Уф, если уж «Чёрный Меч» пожаловал в таком виде, ситуация, должно быть, становится совсем скверной.
Каждый добавил по словечку, прежде чем лечь спать, как обычно. Нет, они не просто спали. По крайней мере, не Энкрид. Он закрыл глаза и прокрутил в уме недавний бой. Независимо от того, выиграл он или проиграл, одолел он их или нет, из каждого боя можно извлечь урок. Этому его учили, и это он делал всегда. Так было и на этот раз. Тот факт, что он буквально искромсал противников, ничего не менял.
Пока он засыпал, прокручивая бой, десять белых львов бросились на него во сне. Но и на этот раз он был непоколебим. С этим можно было справиться. Это был бой, который ему под силу.
Энкрид внезапно ощутил степень своего собственного роста.
«Стоит ли мне называть это смешным?»
Какими были его прежние поля битвы? Местом, где он боролся просто за выживание. Местом, где он не выходил вперёд, чтобы не умереть. Местом, где он мог выжить, только наблюдая сзади, а не занимая передовую.
Но что теперь? Даже зная, что это сон, его сердце трепетало. Это произошло после долгого времени тренировок и дисциплины. Чего он изначально желал? Такие накладывающиеся друг на друга мысли должны были исказить сон, но, возможно, благодаря Перевозчику, его разум был ясен, словно это была реальность.
Странным было то, что рядом с ним сражалась Эстер, но она была не в форме пантеры. Её кожа была настолько бледной, что казалась почти белой и гладкой, и она была одета в черную мантию, которая, несмотря на свой цвет, мерцала. Казалось, она сшита из дорогого материала.
— Это твоя изначальная форма?
— ...Может, ты не будешь вести себя так, будто знаешь меня во внутреннем мире?
«Что это должно значить?»
Тот факт, что он узнал её лицо, хотя она была не пантерой, был довольно странным даже для самого Энкрида. Но разве кто-нибудь не узнал бы её по этим черным волосам и голубым глазам? Она велела ему не вести себя так, будто он её знает, и он именно так и поступил. Он проигнорировал её, хотя это был всего лишь сон.
«Но разве это не мой сон?»
Мысль о том, что проблема заключалась в существе, возникшем из угла его собственного сознания, всё же пришла ему в голову.
Вскоре стая белых львов начала атаку. Десять белых львов размахивали когтями и скимитарами, но то, что поначалу казалось кровавой битвой, позже стало походить на танец. «Кстати говоря, я так и не спросил, как она научилась фехтованию наёмников в стиле Вален». В тот момент это даже не казалось важным. Скорее: «Она вела себя так, будто хотела умереть, но затем внезапно, казалось, у неё появилось столько привязанностей к жизни». Она была странной зверолюдкой. Даже её внешность была необычной. Она не выглядела как обычная зверолюдка.
Сон есть сон, а то, что нужно сделать, должно быть сделано. Хотя лев и появился, сон, который был скорее мешаниной мыслей, вскоре расплылся и исчез.
Проснувшись, Энкрид посмотрел на потолок казармы и сел. Так как было лето, на улице уже было светло, хотя и только рассвело.
Итак, что ему следовало делать? Начать с Техники Изоляции. Затем тренировка фехтования, а между ними – время для усиления концентрации. Он не пропускал ни упражнений по закалке меча, ни сенсорной тренировки.
Разве Джаксен не говорил об этом? Он вспоминал его слова: «Тренироваться нужно каждый день. Особенно сенсорная тренировка, где каждый день прибавляет, так что не пропускай».
В этом было что-то схожее с философией Аудина. Разве Техника Изоляции не была тем же самым?
— Брат, это не то, что можно наверстать, сделав вдвое больше на следующий день после пропуска. Это только вредит телу. Ты делаешь это каждый день. Каждый день, каждый день, каждый день, каждый день. Ты меня слышал, Брат?
Он так сильно это подчеркивал, что слова впечатались в память. Это не означало, что ежедневная тренировка была мучительной. Энкрид тоже принимал это как должное.
Так начался день проверки, повторения и тренировки того, что он имел. В то время как Энкрид проводил этот день точно так же, как любой другой, независимо от того, что произошло вчера, Маркус, человек, ответственный за город, который был так впечатлен Энкридом прошлой ночью, подтверждал, насколько толстокожим был мерзавец, взявший золото «Чёрного Меча». В некотором смысле, он тоже был предметом восхищения.
Дунбакель призналась во всем, что знала. То же самое было и после того, как её заперли в камере.
— Приказ был такой: пойти в место под названием Пограничье и устроить умеренное волнение. Я? Я более-менее наёмница. Я не знаю, как всё это началось. Однако точно известно, что есть связь с кем-то внутри города.
Услышав слова зверолюдки, Маркус даже не стал спрашивать, кто это был. Вместо этого он вызвал этого благородного мерзавца, взявшего взятку, в тюрьму. Тот спустился со своим эскортом, и когда его спросили, знает ли он что-нибудь, вот что он ответил:
— Я ничего об этом не знаю. — Мужчина на мгновение нахмурился, а затем сказал снова:
— Ты, мусорная зверолюдка, говори прямо. Ты действительно из «Чёрного Меча»? Ты собираешься верить чепухе наёмницы, которая двигается за пару крон?
Он даже разозлился. Услышав, что сказал человек, взявший золото, перед зверолюдкой, Маркус был совершенно ошеломлен.
«Я правда не могу просто изрубить этого парня?»
Маркус полностью отвел взгляд от дворянина. Он чувствовал, что если продолжит смотреть, то действительно захочет его убить. Но это не означало, что он собирался его отпустить. Как он мог просто отпустить человека, который устраивал такой беспорядок?
«Я не могу изрубить его в городе».
Он всё ещё был дворянином. Если что-то подобное произойдёт внутри Пограничья, была высока вероятность, что это станет проблемой позже, даже если сейчас это удастся замять. Даже если бы ему удалось это скрыть, «Это может стать слабостью, когда я буду активен в столице. Нет, это станет проблемой». Думая о будущем, он понимал, что это невозможно.
«Так что же мне делать?»
Благодаря прозвищу «Вояка» люди часто считали его тем, кто ничего не смыслит в политических интригах, но это было абсурдное представление. Чтобы быть центральным дворянином, тем, кто сохраняет власть, интрига необходима. Это означало, что Маркус тоже был политиком, и у него был талант подставлять людей.
Маркус принял решение, обдумал его и пришел к выводу. Он не мог разобраться с ним здесь, поэтому пока отпустит. Но что, если прикрепить того его друга, который всегда возвращался с результатами, превосходящими требуемое, когда ему давали задание?
«Если я просто отправлю их вместе, то, кажется, он сам со всем разберётся».
Энкрид. Этот друг. Он даже не отправлял его в патруль. Он просто оставил его в казарме, а тот разделался с элитой «Чёрного Меча», превратил Мантикору в кровавое месиво, а культист, который пришел с ней, теперь лишился головы. Вот что произошло прошлой ночью.
«Может, просто попробовать отправить его с ними?»
А если ничего не случится? Тогда он просто оставит всё как есть.
«Пока что, я отправлю его под этим предлогом».
Разве эти ублюдки из «Чёрного Меча» не проворачивали какие-то трюки? Он тоже не мог просто так это оставить.
Маркус таил в сердце зловещую мысль, но его слова были праведны и прямолинейны.
— Мартай собрал армию.
Это была правда. В городе наёмников некий сукин сын, называвший себя Генералом, готовился к войне с Пограничьем. Об этом знали лишь немногие с острым слухом, но скоро слух о том, что вот-вот начнется городская война, медленно распространится.
— И у нас нет войск для подкрепления.
Говоря это, Маркус сделал шаг в сторону.
Вспышка.
Свет от факела на стене подземной камеры осветил половину его лица, делая другую половину еще темнее. Его лицо выглядело так, будто он мучился за безопасность города. Мартай явно превосходил их в военном отношении. Маркус знал это. Благородный мерзавец тоже знал это. И поскольку он это знал, он нёс ту чушь о привлечении «Чёрного Меча». Это был вопрос, который заставил бы страдать любого командира, любого представителя города.
— Как насчет того, чтобы нанять их в качестве наёмников?
Он не уточнил, кого имеет в виду, но у дворянина навострились уши. Они не могли открыто признать «Чёрный Меч» союзниками. Но разве эта банда разбойников не занималась и наёмничеством? Предложение заключалось в том, чтобы нанять их надлежащим образом и использовать для этого дела.
Дворянин Вансенто, взявший деньги «Чёрного Меча», навострил уши на эти слова, но постарался не показать этого. На самом деле, его лицо оставалось бесстрастным. Когда он наконец услышал слова, которых ждал, Вансенто собирался открыть рот, но проглотил слова, подумав, что может показаться слишком нетерпеливым. Он думал, что всё провалилось из-за неудачи рейда, но нет. Может быть, это действительно измотало Маркуса? Вполне возможно.
«Нанять их в качестве наёмников, а потом, позже, впустить их...»
Вансенто, который в детстве спас себе жизнь своей смекалкой, вырос и захватил власть. Сладкий вкус власти замариновал его мозг. Он не смог правильно оценить ситуацию. Мастерство эскорта, посланного от «Чёрного Меча», также сыграло свою роль.
— Эта пойманная сука — зверолюдка по имени Дунбакель. С ней нетрудно разобраться, но должно быть ложью, что он остановил десять рейдеров в одиночку. Даже мне потребовалось бы время, чтобы справиться с этой десяткой. Он остановил ночной рейд в одиночку, даже не будучи готовым? Должно быть, выдвинулся весь Отряд Безумцев. Мантикора? Об этом я не знаю. Разве не лучше предположить, что они просто распространяют ложные слухи?
Благодаря тому, что Гильдия Гильпина быстро спрятала и присвоила труп Мантикоры, остался только слух. Труп монстра высокого уровня сам по себе очень ценен. Крайс, естественно, спрятал его в гильдии, потому что планировал разобрать и продать, но это был хороший способ вызвать недоразумение.
«Мантикора? Что это за уловка?»
Это была одна из распространенных стратегий, используемых перед войной. Надувание щек — уловка, используемая потому, что они знают о своем невыгодном положении в бою. Должно быть, это схема Маркуса. Воспользоваться рейдом, чтобы раздуть всю эту историю. В этом смысле он, вероятно, поддерживал этого Энкрида.
Вансенто даже не потрудился должным образом изучить ситуацию. То же самое касалось и эскорта, присланного от «Чёрного Меча». Он знал, что Энкрид изменился. Он знал, что его подчинённые довольно искусны, но...
«Если мы будем сражаться правильно».
Быть сильным не значит выжить. Сильный — тот, кто выживает. Эскорт не был уверен, что сможет победить в бою, но он был уверен, что сможет его убить. Он был высокомерен.
Вансенто уже рисовал радужное будущее. Эти мысли ожесточили разум обоих и сузили их видение.
Пока он думал о таких вещах, Вансенто, вместо того чтобы сказать, что понял, повернул глаза к Дунбакель и сказал:
— Она не кажется очень известной наёмницей. — С наёмником без прозвища обычно так и обращаются. — Казнить её. Когда будет лучше всего отбыть?
Глядя на Вансенто, Маркус задался вопросом, как этот мерзавец вообще дослужился до такого положения. Опять же, это был недостаток пограничных земель. Не было талантов. Это было редкостью. Хотя, учитывая талант, переполняющий казармы прямо сейчас...
— Завтра будет хорошо. До того, как Мартай начнет свой марш.
Он нашел предлог. Лицо Вансенто просияло от удовлетворения. Маркус также был удовлетворен внутренне, но сохранил торжественное выражение лица снаружи.
Оставшаяся зверолюдка, Дунбакель, была просто погребена во мраке.
— Казнь будет позже, не сейчас.
Небольшая отсрочка смерти — это всё, что она получила.
Всё началось с этого.
— Я слышал, Мартай выдвинул какие-то абсурдные требования. Ты слышал? Думаю, центральное правительство должно прислать подкрепление, — сказал Венгенс. Он был сегодня не при исполнении, пришел найти Энкрида и начал разговор. Крайс, слушавший со стороны, разразился тирадой.
— Подкрепление? Какое подкрепление? Они не могут прийти. Нет, они не придут. Почему? Неужели мне нужно объяснять, чтобы ты понял? Ладно. Давай поговорим. На юге разразилась огромная война с монстрами. Было бы всё равно, если бы это были просто монстры, но великая нация Лихин-Штеттен, считающаяся сильнейшей на юге и граничащая с ними, тайком вмешалась. Во многих отношениях на карту поставлена судьба нации. Они уже борются с ордами демонических монстров, а теперь ещё и Лихин-Штеттен? Напротив, Пограничье доказало свою военную мощь и выиграло время, блокировав Азпен. Если это внутренняя битва, а не Азпен, у центрального правительства нет причин вмешиваться. И даже если бы вмешалась другая группа, на западе есть виконт Вентра и граф Молсен. Обычно запрос поддержки у армий этих двух дворян был бы лучшим вариантом, но, думаю, этого не произойдёт. Вентра — это практически охотничий пес графа Молсена, а граф Молсен известен как человек, который не сдвинется с места, если нет выгоды.
Энкрид был просто поражен тем, как Крайс мог всё это вычислить, просто сидя на месте. Кроме того, его не останавливающийся рот тоже поражал.
— Горло не болит?
— А? От этого? Когда-то я сам играл пять ролей в кукольном представлении.
Это тоже выдающийся талант. Должно быть, было нелегко вести спектакль, изображая в одиночку пять персонажей. Зная Крайса, он не сделал бы это спустя рукава. Он был человеком, который заложил бы свою душу, лишь бы получить крону.
— И сколько странствующих купцов проходит через этот город? Пограничье — город-крепость, но из-за своих уникальных особенностей это также лучший торговый город в северной Наурилии. Если просто прислушаться, можно услышать многое. Однако это и есть проблема и суть всего дела, — сказал Крайс, приложив руку к уху.
В его тоне была полная уверенность, но как это могло быть само собой разумеющимся? Людей, предсказывающих будущее, обычно называют одним из двух: гадалка или мошенник. Крайс не был ни гадалкой, ни мошенником. У него просто был врожденный дар читать течение времени.
— Вдобавок ко всему, приперлись ублюдки «Чёрного Меча» и культисты появились. Это нехорошо во многих отношениях. У тебя ведь нет мыслей уйти из Пограничья и перевестись в другой город, Командир?
Энкрид даже не слышал последнего вопроса. Даже если он уйдет, что будет с людьми, которые останутся?
— Он что, серьезно? Не думает о защите города! — гневно закричал Венгенс.
Крайс тоже не был серьезен. Энкрид это знал.
— Да, да, мы должны его защитить. — подтвердил Крайс.
— Если поел, то поработай немного, Жукоглазый, — сказал Энкрид, принимая сторону Венгенса.
— В такие моменты мне хочется отреагировать, как Рем. Ты что, сейчас принимаешь чью-то сторону? Мне может стать немного больно, знаешь ли? Разве не так, босс?
Его опыт в кукольном представлении был не шуткой; его подражание было вполне правдоподобным. Он стоял, скрестив ноги, надув губы и говоря в согбенной манере.
— Хм? Жукоглазый хочет, чтобы ему воткнули топор в голову вместо цветка? Это так?
Проблема была только в том, что именно в этот момент из казармы вышел Рем.
— ...Это не так, — заметил Рем.
— Похоже, Вензон снова здесь. Скучно? — добавил Рем, самовольно изменив имя Венгенса. Венгенс сделал вид, что не слышал.
Именно посреди всего этого.
— Жених, тебя вызывают.
Командир роты-эльфийка говорила, стоя чуть за пределами тренировочной площадки. Она перегнулась через невысокий забор, так что были видны её верхняя часть тела и лицо. Казалось, в эти дни он видел её чаще, чем гонца. Это был вызов от командира батальона, так почему же офицер уровня командира роты был послан?
— Я вызвалась сама, потому что хотела тебя увидеть.
— ...Вот как?
Энкрид уже привык к эльфийским шуткам, поэтому мог пропустить это, даже не улыбнувшись.
— Жукоглазый, тебе тоже нужна тренировка. Иди, босс. Тем временем я превращу этого мерзавца в прекрасного первоклассного солдата, — произнёс Рем, вынося Крайсу нечто похожее на смертный приговор из-за спины.
— Вместе, пойдём вместе! Командир! Командир! — запаниковал Крайс.
Энкрид помолился за душу Крайса и отвернулся. Кажется, у Рема в последнее время накопилось много сдерживаемого разочарования; вероятно, для него было важно время от времени вот так выпускать пар.
Визг!
Позади раздался звук, словно зарезали свинью, но Энкрид проигнорировал его.
— Убийство внутри подразделения строго запрещено, — сказала командир роты-эльфийка, взглянув назад.
— Он его не убьет, — ответил Энкрид. Командир роты-эльфийка на мгновение задумалась, а затем сказала:
— Думаю, он хорошо с этим справится.
В её тоне почему-то чувствовалось полное доверие.
Когда он вошел в кабинет командира батальона, Маркус резко сказал:
— Всего одна миссия. Я хотел бы, чтобы ты отправился в составе посольства.
Он сказал это прежде, чем Энкрид успел отдать честь. Его тон был настолько срочным.
— Посольства?
— Ах, нам нужно нанять наёмников. Так что.
Посольство и наёмники. Разве это не два слова, которые не сочетаются? Это также звучало так, будто битва с Мартаем действительно была не за горами. Но была ли угроза настолько велика?
— Я хотел бы, чтобы ты отправился в качестве посланника к банде разбойников «Чёрного Меча». Ах, не как фактический посланник, а как эскорт.
Вышло сочетание слов, еще менее подходящее, чем «посольство и наёмник». Посланник и бандит. И эскорт. Но почему глаза командира батальона так блестели, что это было обременительно? Какое-то ожидание, что-то в этом роде, наполняло их. Его глаза сияли, словно в них были звёзды. Энкрид находил это крайне странным.
http://tl.rulate.ru/book/150358/8942284
Готово:
