— Я хотел с тобой встретиться, пока ты был в добром здравии, — проговорил Энкрид с удовлетворением.
Если бы он подошел ближе, лидер мог бы заметить, что им манипулируют. А может быть, и нет.
Но Энкрид хотел объявить о своем присутствии.
Не из тщеславия и не ради честного боя.
Какое может быть соревнование с монстрами?
Это было просто…
«Это испытание».
Он лишь хотел подтвердить то, чего добился благодаря сегодняшним постоянным тренировкам.
Услышав голос Энкрида, лидер гноллов, которого охраняли два мутировавших гнолла, быстро обернулся.
Но это было не просто движение головой.
Он поднял два кинжала и нацелил их вперед.
Все произошло в мгновение ока.
«Ожидаемо, Быстрый», — восхитился Энкрид.
— Гууук! — крикнул лидер.
На этот крик отреагировали два мутировавших гнолла, стоявшие как охранники.
Гувок!
Этот возглас больше походил на крик гуля.
Один из кричавших мутировавших гноллов бросился вперед.
Одновременно тяжелая дубина обрушилась сверху вниз.
Энкрид диагонально поднял свой длинный меч, покрытый чёрной кровью.
Тяжелая дубина с вжухом обрушилась сверху.
Взгляд Энкрида был сосредоточен.
Непосредственно перед тем, как дубина должна была ударить его по голове, меч пришел в движение.
Нет, с ним вместе двинулась его нога.
Хрясь!
Он скрутил клинок, ударил в середину дубины и толкнул ее вперед.
Поверхность дубины была соскоблена, словно по ней прошелся стамеской.
Меч Энкрида продолжил движение, и он нанес удар по загривку мутировавшего гнолла.
Пройдясь по поверхности дубины, клинок вонзился ему в шею сзади.
Лезвие рассекло мышцы, кости, сухожилия и половину шеи мутировавшего гнолла.
Га-а, ха, гах.
Когда шея была перерублена, гнолл издал ослабленный звук.
Гнолл, булькая, опустился на колени, и его желтые глаза постепенно потускнели, пока он падал лицом вперед.
Независимо от того, погиб один из них или нет, второй гнолл бросился в атаку.
Энкрид сделал вид, что поднимает меч, а затем стремительно двинул ногой.
Развернув тело влево, он избежал удара дубиной и выполнил горизонтальный удар сверху.
Подняв рукоять над головой, он повернул запястье, и меч, описав полукруг, горизонтально прошел через голову гнолла, рассекая ее посередине.
Это стало результатом сочетания огромной Силы и мастерства.
Щёлк.
Голова мутировавшего гнолла была рассечена надвое. Она выглядела как тыква со срезанной крышкой. Разумеется, внутри были не тыквенные семена и мякоть, а мозговое вещество и чёрная кровь.
Отрубленная половина головы упала на землю.
— Если побежишь, получишь вот это в затылок, — сказал Энкрид, встряхнув рукой.
С резким Свистом! метательный кинжал полетел и глубоко вонзился в голову обычного гнолла, который колебался, стоит ли атаковать.
Клинок вошел так глубоко, что его не было видно, но кровеносные сосуды вздулись.
Гнолл, отброшенный ударом, упал, и из его головы потекла кровь, окрашивая землю.
Гуууук!
Чувствуя опасность своего лидера, остальные отреагировали, а Энкрид надеялся, что лидер бросится на него.
Это был путь, по которому он никогда раньше не шел.
Поэтому он впервые испытывал нечто подобное.
Он не знал, что произойдет дальше.
Лидер мог отступить.
Что тогда?
Что он сделает?
Погонится за ним и украсит голову лидера метательным ножом.
Что, если лидер вместо этого бросится в атаку?
«Смогу ли я пережить сегодняшний день?» — спросил он себя.
Ответ все еще был неясен.
Он надеялся, готовился и оценивал противника.
Но исход боя всегда непредсказуем, не так ли?
Прежде всего, лидер — этот гнолл — был существом, которое не покажется, пока Энкрид не получит достаточно серьезное ранение, чтобы разорвать бедро, глубоко рассечь его или проделать дыру рядом с пупком.
Лидер появляется только тогда, когда движение ограничено или получена смертельная рана.
«Какой, черт возьми, Хитрый ублюдок».
Это был внутренний комплимент.
Показаться только тогда, когда исход очевиден, — как умно.
И лидер гноллов не отступил.
Как и ожидал Энкрид, он двинулся.
— Круук! — раздался звук, похожий на хлопок.
Он был настолько Быстрым.
Энкрид предвидел это, поскольку уже сталкивался с таким раньше, но скорость все равно была невероятной.
Когда лидер гноллов коснулся земли, его тело вытянулось, удлиняясь, словно тень, растянувшаяся на солнце.
Глаза Энкрида впились в контуры тени.
Он не терял противника из виду.
«Наблюдать» он умел и раньше.
Проблема заключалась в том, как быстро это происходило, что затрудняло защиту.
Сверкающие кинжалы в руках лидера не допускали даже легкого касания.
Они были отравлены. Одно прикосновение — и конец. И тогда это будет просто очередное повторение сегодняшней борьбы.
Шк, вжух!
Первый из двух ударов лишь задел плечо Энкрида.
Он просто проскользнул мимо.
Даже не коснулся кожи.
Броня Энкрида не была такой, чтобы ее разрезал простой кинжальный удар.
Лишь на внешней коже осталась слабая царапина.
Однако второго удара он полностью избежал.
Правая рука рассекала, а левая наносила выпад, но Энкрид повернул тело, уклоняясь от него, и выпад не достиг цели.
Это была поразительная скорость реакции.
В тот момент, когда он увидел, его тело двинулось.
Это было похоже на атаку смещённым клинком в стиле Вален. Хотя ритм отличался, скорость была невероятной, запредельной.
«Работает».
Как он и предполагал, уклониться было возможно.
Он не смог предотвратить даже касание, но он смог избежать пореза или прокола кожи.
«Чувство уклонения».
Хотя это было не просто чувство, скорее, тренировка на улучшение скорости реакции.
Он почувствовал это.
Значит, он выбрал неправильное название.
Мимолетные мысли исчезли так же быстро, как и появились.
В любом случае, если он сможет сосредоточиться только на уклонении, сохраняя реакцию тела, разве он не сможет избежать даже касания?
Но было ли это необходимо?
Наверное, нет.
Пришло время идти вперед.
Настал день, когда он переживет его и увидит свет завтрашнего дня.
— Круук! — Лидер гноллов был в ярости.
В его красных глазах отражался гнев.
Желтые зрачки, казалось, светились красным оттенком.
Гнолл проскочил мимо Энкрида, затем быстро развернулся, чтобы атаковать снова.
На этот раз он пригнулся и нацелился в бедро.
Это была сложная траектория для уклонения.
Один из кинжалов даже был нацелен во внутреннюю часть тазобедренного сустава, так что два клинка атаковали со смещенным ритмом.
Если бы он промахнулся, Энкрид мог остаться калекой.
Энкрид не медлил с ответом.
В тот момент, когда он увидел и понял атаку, он немедленно двинулся.
В этом была небольшая, но значительная разница.
Он впервые использовал это, работая своим настоящим мечом.
Это было смещение координации; это была скорость реакции.
И это был новый мир.
Шаг в новое измерение.
По крайней мере, так чувствовал Энкрид.
Разница в скорости реакции привела к разнице в рефлексах.
Его тело, отточенное техникой изоляции, выражало разницу в восприятии в реальном времени.
В тот момент, когда он увидел, его меч обрушился.
Вжу-ух, хрясь, бум!
В тот миг, когда лидер гноллов бросился в атаку, клинок — словно вспышка света — вертикально рассек воздух.
Естественно, он рассек не только воздух.
Бум!
Голова лидера была отделена от позвоночника, разрубленная прямо вниз через середину спины.
За этим последовали его тщетные движения.
Он даже не осознал, что мертв, когда его руки потянулись вперед.
Левая Рука бесцельно нанесла удар в воздух, но правая все еще целилась в его тазобедренный сустав, как и планировалось.
Энкрид немедленно согнул колено и использовал броню на животе, чтобы поглотить выпад от мертвого гнолла.
Бум.
Руки мертвеца теряют Силу.
Кинжал слабо ударил по кожаной броне и упал.
Несмотря на то, что лидер был разрублен пополам, движение продолжалось мгновение, прежде чем он рухнул.
Его внутренности и кровь залили землю.
Из-за быстрых ударов кровь разлетелась назад прямой линией.
Энкрид целился в череп лидера, но существо инстинктивно увернулось.
Поэтому Энкрид ударил по диагонали, прорубив плечо и разделив гнолла надвое.
Ху-ах.
Выдохнув, Энкрид почувствовал прилив возбуждения.
«Я двигаюсь вперед».
Радость роста, момент доказательства его результатами.
Он избежал отравленных кинжалов благодаря своему чувству уклонения и нанес удар одним движением, благодаря тренировке координации и скорости реакции.
Перед этим он уловил движение гнолла глазами, а Сердце Зверя дало ему смелость действовать.
Гуууу!
Конечно, это не могло быть концом.
Вокруг все еще было полно гноллов и зверей.
Теперь проблемой был путь к отступлению.
— Ха! — с криком Энкрид мощно размахнулся мечом, целясь в двух гноллов, преграждавших ему путь.
Формальная стойка?
На это не было времени.
Он освоил лучшую манеру фехтования для борьбы с монстрами.
Северный стиль длинного меча.
Север был известен как холодный, кишащий монстрами край.
Их мечи эволюционировали, чтобы иметь лучшую форму для рубки зверей.
Энкрид изучил это.
Вжух, хрясь! Бум!
Лодыжка, колено, талия, плечо, запястье.
Благодаря идеально приложенной центробежной силе, верхние и нижние тела двух гноллов были отсечены.
Конечно, они больше никогда не встретятся.
Разрубив двух гноллов, Энкрид побежал.
«Смогу ли я сбежать?»
Уклоняться весь день?
Это было возможно.
Но уклоняться, будучи измотанным боем?
Это трудно.
Во время этого испытания он неоднократно убеждался, что управление выносливостью необходимо для затяжных боев.
Но теперь, после того как он пробился сквозь схватку с лидером гноллов, ему предстояло прокладывать путь обратно в деревню?
Это отличалось от простого уклонения и удержания позиций на месте.
— Мы можем не встретиться снова завтра?
Энкрид, уклоняясь, пробормотал замечание, не имевшее никакого эффекта.
Естественно, гноллы не ответили.
Ответ на его слова пришел от гиены-зверя, притаившейся сзади.
Раскрыв пасть, гиена нацелилась ему в спину и бросилась на него.
Энкрид мгновенно отреагировал, вонзив локоть в череп зверя.
Бум.
Тот, кто получил удар должным образом, рухнул на землю с глухим стуком.
Энкрид, подобно текучей воде, вонзил меч в череп зверя.
Тем временем два зверя и один гнолл, бросившиеся вперед, столкнулись с горизонтальным рассекающим ударом меча в левой руке Энкрида.
Это был гнолл, одетый в нечто, напоминающее кожаную броню. Тот, кто получил удар, отшатнулся на несколько шагов.
Он не мог разрубить их всех сразу.
Его дыхание стало прерывистым, и он не мог вложить полную Силу в свои удары.
Его стойка пошатнулась, но это также произошло потому, что он сражался, используя Сердце Зверя.
«Вот это да».
Его руки дрожали от небольшого напряжения.
Конечно, он мог бы немного отдохнуть.
Сейчас было время снова танцевать с чувством уклонения.
Гуууу!
Крик гнолла, казалось, говорил: «Убейте его, убейте этого человека!»
Энкрид равнодушно вытащил меч и использовал ноги.
Он уклонялся, когда должен был, и наносил удар, когда должен был.
Он был похож на мастера нападения и защиты.
Если бы кто-то увидел это вживую, он, вероятно, подумал бы так, но со стороны его движения было трудно понять.
Энкрид почувствовал некое удовлетворение от убийства лидера.
С ликованием казалось, будто весь план Перевозчика был опрокинут.
Как такое могло быть?
Что было изначальной «стеной»?
В сознании Энкрида «стена» заключалась в том, чтобы сражаться с этим зверем, владеющим отравленными кинжалами, терпя ранения.
Нет, нужно было сразиться и победить, даже не коснувшись отравленных кинжалов.
Именно это Энкрид и извратил.
Разве было невозможно поймать лидера, терпя ранения?
Нет, это было возможно.
Он мог пойти по этому пути.
Но он не захотел.
Даже если это была изначальная «стена».
«Смех этого ублюдка раздражает».
Ему не нравился смех гнолла.
Он бы похвалил его за хитрость, за то, что тот не показывался до подтверждения смертельной травмы, но это ему не нравилось.
Тогда что он должен был сделать?
Он на мгновение задумался.
Ему не нужна была помощь Крайса.
Это было слишком просто.
Блокировать дверь, защищать баррикаду и сразиться с лидером.
Все было сделано намеренно.
Вот результат.
Лидер мертв, и среди поселенцев пограничной деревни никто не был убит гноллами или гиенами-зверями.
Если кто-то и умер от камня, брошенного рогаткой, этого было не избежать.
По крайней мере, в глазах Энкрида никто не умер таким образом.
Дело никогда не было в защите поселенцев пограничной деревни.
Просто так получилось.
Если бы ему пришлось назвать причину, то это было просто потому, что смех гнолла действительно его раздражал.
Более того, борьба с ранениями не была такой эффективной, как эта, не так ли?
Конечно, чтобы закончить красиво, ему нужно было завершить все здесь должным образом.
Это означало, что он должен был выжить и вернуться.
Он экономил дыхание и силы.
После того как ему не удалось проложить путь несколькими ударами меча, он продолжил более простыми атаками, но путь оставался заблокированным.
Это был один из тех моментов.
Стоит ли ему терпеть и ждать появления новой переменной?
Или он должен вложить всю оставшуюся Силу в прорыв с Сердцем Зверя?
Ни один из этих вариантов не казался очень вероятным.
Энкрид чувствовал это инстинктивно.
Но другого выбора, казалось, не было.
Среди этого краткого размышления…
— Открыть проход!
Что это было?
Звук донесся со стороны входа в деревню.
Бум, бум, главные ворота деревни открылись.
Часть толстой баррикады из брёвен была расчищена.
Благодаря хаосу, вызванному Энкридом и Эстер, отряд гноллов отвернулся, и те, кто стучал в ворота, исчезли.
Дойч Фуллман, наблюдавший за всем, не смог сдержаться и вышел наружу.
— Выходите только те, кто готов следовать за мной! Если вы сейчас отступаете, берите свои вещи и уходите!
Это было предложение, достойное лидера наемников.
Если ценишь свою жизнь, зачем быть наемником?
Подчиненные Дойча выбежали один за другим.
Затем Дойч Фуллман, орудуя своим оружием, глефой, мощно размахнулся.
За ним последовали десять членов дружины, прошедших невзгоды еще со времен их наемничества.
http://tl.rulate.ru/book/150358/8942201
Готово:
