— Иди сюда, тварь!
— Говори тише. Это лазарет.
— И что с того, щенок?
Он рычал, но даже самый свирепый зверь не представлял угрозы, если держать его на расстоянии.
— Кажется, нас связывает некая карма. Разве не в нижней деревне мы встретились впервые?
Это была дурная карма — злой рок, что снова и снова сводил их вместе.
— С чего это ты такой дружелюбный, придурок несчастный? — начал разговор Вендженс.
Энкрид не стал на это указывать. Он был не настолько мелочен, чтобы спорить о подобных вещах.
— Ладно.
Вместо ответа он развернулся. Мазь, которую дал ему Джаксен, оказалась очень эффективной. Даже при таких движениях он почти не чувствовал боли.
— Ты что делаешь?
— Ты сказал не вести себя по-свойски, вот я и притворяюсь, что не знаю тебя.
— Думаешь, это смешно, щенок? — яростно взревел Вендженс.
Если бы он понял, что это шутка, то, возможно, не так бы разозлился.
Хотя…
«Может, это потому, что меня вечно окружают такие дикари».
После долгой разлуки встреча с Вендженсом казалась почти милой. Наблюдая за перепалками Рема, Джаксена и других сослуживцев, он часто чувствовал, будто стареет на несколько лет.
— Ах, вы догадались. Как и ожидалось от командира взвода, будущего дивизии «Кипарис».
— Ты… ты!
На лбу Вендженса вздулись вены. Он схватил свой ботинок и швырнул его.
Энкрид тут же поймал его.
— Подарок?
— Я убью тебя, щенок!
Как-то раз Рем сказал что-то в этом роде: «Может, я и сам неплохо умею выводить людей из себя, но… я бы не посмел препираться с нашим командиром отряда, когда он решает пойти ва-банк».
Беспечно держа ботинок, Энкрид своим спокойствием заставил Вендженса запыхтеть от досады.
И тут…
— Бва-ха-ха-ха!
Солдат, который до этого безучастно пялился в потолок, разразился хохотом. Он смеялся так, словно вот-вот сойдёт с ума от чистой радости.
Резкий взгляд Вендженса метнулся к светловолосому мужчине, который теперь скрюченным пальцем вытирал слёзы из глаз.
— Нет, ну «подарок»? Это было слишком хорошо. Я до последнего держался, но ничего себе.
Скрип.
Энкрид прикинул, что коренные зубы Вендженса, вероятно, треснут ещё до того, как ему исполнится сорок. Скрежетать зубами было вредно и для дёсен.
Он раздумывал, стоит ли ему об этом упоминать.
Ещё немного, и Вендженс мог потерять контроль: кровь ударит в голову, и он войдёт в историю как «солдат, умерший от ярости».
— К какому подразделению приписан?
Тон Вендженса был спокоен. Вместо ругани он спросил о подразделении собеседника.
— Я? Хм-м, просто проходящий мимо солдат.
Ого?
Энкрид восхитился его уверенностью. Сам Энкрид был по меньшей мере командиром отряда, а этот парень, похоже, действительно был обычным солдатом. Но его манера держаться… Впрочем, то, как он выразился, наводило на мысль, что он намеренно скрывает свой ранг и подразделение.
И Вендженс, будучи не дураком, это понял.
— Так ты говоришь, что не можешь раскрыть своё подразделение?
— Не совсем так. Но да, я забыл своё подразделение. Хотя то, что я солдат, — правда.
Какая беззаботная дерзость.
Энкриду этот светловолосый мужчина показался выходцем из знати. Ведь если простой солдат забыл собственное подразделение, его следовало забить до смерти. Так что манеру, с которой он сейчас держался, можно было назвать лишь благородной.
Хруст.
Хруст.
Вендженс оказался в ловушке, не зная, как поступить.
— Но вместо того чтобы беспокоиться обо мне, лучше бы проверил, что у тебя за спиной.
И Энкрид, и Вендженс были сосредоточены на светловолосом. Поэтому они оба повернули головы, чтобы посмотреть назад.
Там кто-то стоял.
«Когда это он?..»
Энкрид не отличался особой чувствительностью, но как человек, выживший на поле боя, он обладал неплохими инстинктами. Обычно он замечал, когда кто-то приближался. Но сейчас он не услышал ни звука и не почувствовал чьего-либо присутствия.
— Это здесь? Место, где находится командир Четвёртого отряда?
Голос принадлежал женщине.
Стройная фигура, острый взгляд и заострённые уши — раса, отличная от людей.
Эльфийка.
Она смотрела на светловолосого мужчину и говорила. Её тон был естественным, что указывало на более высокий ранг.
Энкрид поднял руку и произнёс:
— Командир Четвёртого отряда Четвёртого взвода, Энкрид, к вашим услугам.
Только тогда взгляд эльфийки оторвался от светловолосого.
В тот же миг в палатку лазарета вошёл солдат из охраны, чтобы внести ясность.
— Да, командир отряда вон там.
— Эльфийка?
Вендженс, казалось, был в шоке и наконец отреагировал.
Эльфийка даже бровью не повела, лишь повернула голову.
— Разве во второй роте учат называть расу, обращаясь к старшему по званию? Я лучше всех знаю, что я эльфийка.
«Невероятно».
Энкрид увидел в ней природную харизму, способную сокрушить человека одним словом.
— П-прошу прощения! Я командир взвода Вендженс из третьего взвода!
— У меня есть просьба.
— Есть!
— Командир взвода Венгенс, пожалуйста, держите рот на замке, пока я здесь. Можете даже не отвечать на эту просьбу. Если вы откроете рот, я могу всадить вам в лицо нож или кулак. Понятно, командир взвода Венгенс?
Энкрид не стал поправлять её, когда она исказила имя Вендженса.
Вендженс зажал рот руками, его лицо подёргивалось от сдерживаемой ярости.
— Я слышала, в вашем отряде есть забавные бойцы.
Взгляд эльфийки вернулся к Энкриду.
— Да, благодарю вас.
Нарываться на неприятности было ни к чему. Он ответил вежливо.
За время их короткого разговора Энкрид задался вопросом:
«Зачем она вообще здесь?»
Разговор был совершенно бессмысленным. Она похвалила его боевые заслуги, что, хоть и было правдой, не являлось достаточной причиной для визита.
— Да, я выжил в столкновении с Лягухом, но это была чистая удача.
— Удача — это тоже навык. Богиня фортуны не разбрасывается монетами для кого попало.
— Благодарю вас.
Затем она повернулась к светловолосому.
— А тебя как зовут?
— Э-э, ну, Кранг.
Отвечая, он забегал глазами, а его брови нахмурились.
«Выдумал на ходу».
Имя было очевидно фальшивым.
— Ясно.
Эльфийка спокойно ответила и покинула палатку.
Вендженс, который до этого не смел даже нормально дышать, наконец глубоко выдохнул.
— Чёрт.
— О, командир взвода.
Вздрогнув, Вендженс обернулся и понял, что это всего лишь проходивший мимо солдат.
— Щенок!
Человек, назвавшийся Крангом, снова разразился смехом.
Охранник лазарета заглянул внутрь, озадаченный их выходками, а затем выскользнул обратно.
Энкрид посмотрел на Вендженса и подумал, что, по крайней мере, здесь ему не будет скучно.
***
Энкрид размышлял о прошедшей битве.
Обдумывая свой дальнейший путь, он сосредоточился на двух вещах:
«Наносить удар изо всех сил, не вкладывая в него всего сердца».
Не прошло и дня с тех пор, как он нашёл зацепку, а тело уже чесалось от желания действовать.
Однако он не мог сразу же напрягаться — бок всё ещё болел.
Единственной тренировкой, которую он мог себе позволить, были упражнения на силу хвата.
Энкрид тренировал пальцы и мышцы предплечий.
На первый взгляд это могло показаться глупостью.
«Тело — основа всех техник».
Даже самый маленький лист имеет вес, и даже капля воды со временем может пробить камень.
Таким образом, это, казалось бы, незначительное усилие принесёт свои плоды в будущем.
Энкрид искренне в это верил и на таком фундаменте выстроил свою башню дисциплины.
— Усердно трудишься, да?
Это был Кранг.
Прошло два дня с тех пор, как ушла командир роты. Кроме размышлений о бое и тренировок силы хвата, Энкрид ничего не делал. Он полностью сосредоточился на отдыхе. В конце концов, отдых тоже был важен.
Единственное, что изменилось, — это Кранг, полусумасшедший солдат, который представился и заявил, что забыл своё подразделение, — теперь он околачивался рядом с ним.
— Почему ты такой напряжённый?
Кранг со всеми говорил запросто, включая Энкрида и даже Вендженса.
— Я командир взвода! Проявляй уважение к старшему по званию!
Он даже дразнил Вендженса, что ясно давало понять: он здесь не из-за ранений. Похоже, он и сам был весьма умел — его игривые шаги возле Вендженса, всегда позволявшие ему увернуться в последний момент, говорили об этом.
— Что?
Поскольку тот был всего лишь солдатом, Энкрид ответил неформально.
— Ты весь день только и делаешь, что сжимаешь и разжимаешь кулаки. А в остальное время просто смотришь в пустоту, будто потерялся. О чём ты так усердно думаешь? И почему так сосредоточен на сжимании кулаков?
Он был любопытен, как восьмилетний ребёнок. Но это не особо раздражало.
«Мне тоже немного скучно».
Дразнить Вендженса удавалось всего пару раз. Иметь кого-то для разговора, даже для пустой болтовни, было хорошим способом скоротать время.
— Это тренировка силы хвата. А что до взгляда в пустоту, я анализирую ошибки, допущенные в последнем бою.
— Зачем вообще всем этим заниматься?
Зачем?
— Чтобы не умереть в следующей битве.
— Никогда не видел, чтобы солдат шёл на такое ради выживания.
— А ты видел хоть одного такого солдата, который прожил долгую жизнь?
— Хм-м, нескольких?
Какой же жизнью жил этот парень?
Энкрид подозревал, что Кранг играет в какую-то гражданскую игру. Не то чтобы это что-то меняло. Если тот хотел заниматься подобными вещами, Энкрид мог ему подыграть. Это ему ничего не стоило.
Он не завидовал другим из-за того, чего у него не было. Если бы завидовал, он бы давно сошёл с ума из-за чьего-то таланта владения мечом.
Но Энкрид не был таким. У него был свой путь, и радость роста наполняла его.
«Мне просто нужно больше практиковать технику выпада».
Удары в полную силу всё ещё требовали тренировки. Сердце Зверя оставалось одной из опор Силы Энкрида.
Один шаг вперёд. Один шаг каждый день. Даже если сегодняшний день не повторится, путь не изменится.
Конечно, не всё оставалось прежним.
— Кем ты хочешь стать? — спросил Кранг.
Это напомнило Энкриду, как Рем задал ему тот же вопрос. Воспоминание всплыло в памяти.
«Почему кажется, что это было так давно?»
Тот день больше не существовал. Он исчез, потому что Энкрид умер. Легкомысленная амбиция, о которой он когда-то говорил, исчезла так же легко. Если бы он сейчас открыл рот, чтобы говорить о будущем или мечтах…
«Исчезнет ли сегодняшний день снова?»
Этого не будет.
Даже если мечты были пожраны и разорваны реальностью, следы оставались. Следы — да, лишь следы витали вокруг его сердца.
Раньше он так думал.
А сейчас?
«Остались ли только следы?»
Энкрид посмотрел на свои руки.
Его ладони были грубыми, испещрёнными мозолями, которые много раз появлялись, лопались и оставляли шрамы. Загрубевшая кожа на пальцах, вероятно, уже никогда не сойдёт.
Это было доказательством его усилий.
«И это действительно всё?»
Спросил он себя. И нашёл ответ. Нет. Не могло быть.
Даже в те времена, когда оставались лишь следы, Энкрид никогда не сдавался.
— Стать Рыцарем.
Солдат низшего сословия из третьесортных наёмников. В лучшем случае — командир отряда. Скромная должность, без особых навыков, которыми можно было бы похвастаться.
И всё же он стремился к вершине — к рыцарству.
Вендженс, слушавший неподалёку, был готов разразиться смехом.
Но Кранг заговорил первым.
— Ах, Рыцарь.
Это было странно. Вендженс хотел было посмеяться над ним, но поведение Кранга его остановило. Не силой, но инстинкт подсказал ему, что это будет неправильно.
Хотя его тон был спокоен, он был весом. Кранг отнёсся к этой абсурдной мечте серьёзно — он слушал всем сердцем и всеми силами. Это был уровень внимания, который почти ошеломлял.
— Глядя на тебя, я, кажется, начинаю понимать, как хочу жить.
Слова Кранга были просты. Энкрид пожал плечами.
Странная атмосфера, наполнившая лазарет, исчезла так же внезапно, как и появилась.
— Пфф, Рыцарь? Как нелепо!
И вот Вендженс вдоволь насмеялся. Но это выглядело смехотворно. Ни Энкрид, ни Кранг не обратили на него внимания.
— Я старше тебя по званию! — слабо попытался возразить Вендженс.
Конечно, это не возымело никакого эффекта.
Ровно через неделю бок Энкрида перестал болеть.
«Это благодаря мази?»
Он быстро поправлялся.
Когда приблизилось время отбоя, Кранг спросил:
— Завтра возвращаешься?
— Ага.
Сегодняшний день прошёл без происшествий. Менестрель, вернувшийся через неделю, утром пел гимн «Кипарису» прямо у лазарета. Солдат на карауле проспал. Во время лёгкой прогулки в полдень Энкрид увидел Крайса. Большеглазый выглядел неважно. Прежде чем он успел что-либо спросить, Крайс быстро ушёл. Остаток дня прошёл спокойно.
Поскольку пациенты лазарета не несли караульную службу, Энкрид смог как следует отдохнуть.
— Спокойной ночи, Энкрид.
— И тебе, Кранг.
— Как только вернёмся, я с вами обоими разберусь, — вставил Вендженс своё обычное прощание.
С этими словами Энкрид закрыл глаза и заснул.
И тогда…
— Кипарис! Кипарис!
Его разбудило пение менестреля.
«И сегодня тоже?»
Он слышал, что менестрель никогда не оставался на одном месте дольше двух дней, переходя от казармы к казарме. Сегодня песня должна была доноситься издалека.
Почему он снова здесь?
— Чёрт, где завтрак? — проворчал проснувшийся Вендженс.
Услышав его, у Энкрида волосы встали дыбом.
Он слышал эти самые слова вчера. Нет, в повторившемся сегодня.
— Солдат и сегодня утром проспал? — спросил Энкрид.
Вендженс странно на него посмотрел, а потом рассмеялся.
— Что за чушь? Вчера завтрак принесли вовремя.
Энкрид недоверчиво вздохнул.
Теперь всё было ясно. Сегодняшний день повторился. А это означало…
«Должно быть, я умер во сне, без единого звука».
http://tl.rulate.ru/book/150358/8646684
Готово:
