"Ты отпустил Кроссбоунса?"
После того как Гил заснул, Древняя, только что поговорившая с Мефисто, и Бул-Катос сидели у ещё не отремонтированных развалин здания и болтали.
Бул-Катос вкратце рассказал Древней о произошедшем.
"Талик, выйди".
Бул-Катос как можно тише позвал Талика. В это время Гил крепко спал на жёсткой каменной кровати.
Чтобы он не проснулся от холода, Бул-Катос даже специально поставил в комнате жаровню.
"Сегодняшнее дело..."
Душа Талика появилась перед Древней и Бул-Катосом, говоря с некоторой нерешительностью.
Хотя он не жалел о своих поступках, но то, что он ослушался следующего Бессмертного Короля, всё же вызывало у него некоторое смущение.
Но он ничего не боялся.
"Не говори ничего, Моркот уже принял решение, этот парень твой".
Бул-Катос не будет злиться или обижаться из-за произошедшего, ведь эта группа славится своей толстокожестью.
Когда гнев утих, Бул-Катос снова стал таким, кому всё равно.
"Я хотел сказать, когда ты станешь Бессмертным Королём, ты отомстишь мне?"
Талик просто сел, глядя прямо на Бул-Катоса, словно желая увидеть, не будет ли Бул-Катос лгать ему.
"Когда ты тогда сказал, что я не могу унаследовать твой "Знак Позора", я отомстил тебе?"
Бул-Катос выхватил у Талика бутылку крепкого алкоголя, принесённого Древней, и залпом выпил.
"Это потому, что ты потом получил Хранителя Клятв от Анда Кульгаса".
Талик достал из своего рюкзака бутылку живой воды и выпил её.
"Ты, парень, всегда прячешь самое крепкое вино и пьёшь его сам!"
Бул-Катос закатил глаза на Талика.
"Я был особенно опечален, когда вы погибли от рук Баала".
"Кто бы мог подумать, что в Битве при Арреате ты окажешься последним выжившим?"
Бул-Катос и Талик чокнулись бутылками, а затем продолжили пить.
Древняя с улыбкой смотрела на них двоих, её влажная лысая голова отражала лунный свет, придавая ей безмятежный вид.
"Ты действительно веришь, что этот парень сможет унаследовать всё от тебя?"
Бул-Катос пристально посмотрел на Талика, его голос звучал немного расплывчато.
"Не думай, что я не знаю, ты действительно хотел убить его тогда, если бы Моркот не появился, ты бы точно не остановился".
Талик сердито сказал:
"Только по-нанастоящему погрузившись во тьму, пробудившийся свет станет самым чистым. Хотя он всё ещё немного слаб".
"Я ненавижу твоё существование именно потому, что ты всегда говоришь эти глупости про "обратный путь". Разве жизни жертв не имеют ценности!"
Бул-Катос немного рассердился, бросил пустую бутылку вина в сторону, выхватил у Талика живую воду и продолжил жадно пить.
"Когда ты видел, чтобы я жалел демонов? Этот парень — человек, и он искупит свои грехи".
Талик сердито посмотрел на Бул-Катоса, вытянул ноги из позы лотоса, оперся руками сзади и посмотрел на ночное небо.
"Ты не можешь не знать о силе Знака Позора".
Бул-Катос допил оставшуюся половину бутылки живой воды и икнул.
"Насчёт этой силы, которая даёт людям веру, у меня всё ещё есть сомнения".
Сказав это, Бул-Катос достал из рюкзака золотую монету и стал её крутить. На монете были видны чёткие царапины от лезвия.
"Кстати, сколько тебе лет?"
Талик в непринуждённой манере заговорил о посторонних вещах. Бул-Катос всегда чувствовал, что в его словах кроется какой-то подвох.
"Я не помню. Ты помнишь, сколько лет ты мёртв?"
Бул-Катос сердито ответил, небрежно подбросив золотую монету большим пальцем в воздух.
"А, примерно триста лет. Ещё до смерти я не знаю сколько лет стоял у ворот Священной Горы Арреат".
"Почему ты тогда не взял с собой жену и детей?"
"Этот чёртов пророк сказал, что предки Священной Горы Харрогат выбрали меня, хотя я до сих пор не знаю, какой ублюдок выбрал меня! Они не сказали, что я могу взять с собой жену и детей. Чёрт возьми, мне тогда было всего девятнадцать!"
Талик говорил о том, как он тогда ушёл из дома, с оттенком жалобы, но без намёка на сожаление.
"Может быть, ты можешь спросить душу Волуска".
Бул-Катос поймал падающую золотую монету, сильно порезал ею руку, затем достал из-за пояса флакон с зельем и залпом выпил.
"Этот ублюдок никогда со мной не разговаривает, кроме тебя, кто ещё может с ним говорить?"
"Я подозреваю, что это он выбрал тебя, ведь только его слова могут заставить всех Духов Предков замолчать, даже мои слова не так эффективны".
"Кто же виноват, что ты отложил принятие титула Бессмертного Короля? Если бы ты тогда согласился, не только я, но и Мадоук слушался бы тебя беспрекословно".
Талик протянул руку, чтобы выхватить у Бул-Катоса флакон с зельем, но Бул-Катос ловко увернулся.
"В легендах Волуск после того, как стал Бессмертным Королём, ещё сражался? Разве он не проводил каждый день с этими женщинами, пытаясь завести ребёнка?"
Бул-Катос без малейшего уважения к Волуску, этому второму Бессмертному Королю, небрежно сказал.
"Я погиб в бою, ты, ублюдок!"
С рёвом к голове Бул-Катоса обрушился кулак в тяжёлой, выглядевшей громоздкой перчатке.
"Талик, этот ублюдок Волуск появился, ты можешь спросить его, он ли позвал тебя сторожить ворота!"
Сказав это, Бул-Катос с диким смехом выхватил из-за пояса "Беспощадность" и встретил железный кулак Бессмертного Короля.
"Я, Волуск, Бессмертный Король, могу убивать врагов голыми руками, ты, парень, ещё далеко не так хорош!"
Волуск был одет в доспехи Бессмертного Короля, но не снял висящий у пояса, выглядевший очень изящно, дробитель камней Бессмертного Короля.
"Если бы не эта перчатка, которая твёрже кулака монаха, твои руки давно бы уже были в крови!"
Бул-Катос размахивал "Беспощадностью", заставив Волуска пошатнуться.
"Ты уже мёртв, я Бессмертный Король!"
Сказав это, Бул-Катос обрушил "Беспощадность" на голову Волуска! "Ты ещё не унаследовал это имя!"
Волуск наконец снял свой огромный дробитель камней и сильно контратаковал.
В момент столкновения двух оружий свободные одежды Древней под воздействием порывов ветра плотно прижались к её телу, открывая её изящную фигуру, скрытую под широкой одеждой.
Древняя взмахнула рукой, создав перед собой щит из магии, который одновременно сдерживал порывы ветра, и спросила Талика: "Как долго они будут так играть?"
Древняя, которая уже могла различать боевое состояние Бул-Катоса, могла описать эту битву только как игру. Не используя силу Камня Времени, даже такой уровень силы мог привести её в отчаяние.
"Вероятно, пока Волуск не признает, что он умер".
Талик был немного беспомощен. Волуск был известен своим высокомерием, и на всей Священной Горе Харрогат, кроме Бул-Катоса, никто не мог с ним общаться.
Этот парень был настолько высокомерен, что совсем не походил на грубого варвара.
http://tl.rulate.ru/book/150302/8645848
Готово:
