Глава 14. Смена имиджа
— Пойдём, Фиш. Пока поживёшь у меня, а завтра устроим нормальный спарринг. У меня дома есть всё, что нужно: ринг, интеллектуальная система судейства, всё по высшему разряду.
Увидев, что с контрактом покончено, Виктор тут же захотел увести своего нового подопечного. Он видел потенциал Фиша, но чтобы превратить этот потенциал в настоящую силу и мастерство, нужны были постоянные тренировки и спарринги. А кто в Найт-Сити разбирался в боксе лучше него?
Глядя на счастливое лицо Виктора, Хэл понял, что у его старого клиента чешутся кулаки. Этого нельзя было допустить.
— Виктор, не торопись. У Фиша сейчас дел по горло. Пойдёмте.
Хэл повёл их с 20-го этажа корпорации «Титан» вниз, на 17-й, в отдел по связям с общественностью. Там их уже поджидала команда сценаристов.
— Добро пожаловать в офис по разработке контента. Хотя я предпочитаю называть его «отделом историй». Именно здесь биографии всех спортсменов, которые видят фанаты, получают свою финальную, глянцевую отделку.
Фиш пожал руки нескольким клеркам в строгих костюмах. Он был уверен, что среди них был и тот, кто по телефону учил его бандитскому сленгу.
— Итак, Фиш, эти люди - эксперты в том, откуда ты пришёл и куда тебе следует идти. Посмотрим, что они для тебя приготовили.
Хэл жестом пригласил Виктора сесть на стулья у стены, а Фиша усадили в самый центр комнаты, лицом к шеренге «создателей историй».
«Какого хера? Это больше похоже на собеседование в корпорацию».
И, как оказалось, он был недалёк от истины.
— Фиш, твоя фамилия? Если проследить твою родословную, есть ли в ней известные личности?
Первый же вопрос застал Фиша врасплох. Сразу с места в карьер?
— Солтер. Ничего особенного.
— Может, стоит рассмотреть вариант смены фамилии? Для привлечения большего внимания. Если ты из Восточной Азии, то фамилии вроде Хан, Лю, Чэнь, Токугава или Рама повысят твою популярность среди азиатского населения.
От такого предложения Фиш просто охуел. Неужели в эпоху киберпанка корпоративный маркетинг дошёл до того, что отнимает у человека даже фамилию?
— В этом нет необходимости. Я уверен, что смогу завоевать фанатов своим мастерством.
На возражение Фиша сценаристы не отреагировали никак.
— Понятно. Значит, ты - человек с твёрдым и уверенным характером. В таком случае, можно убрать из сценария излишне сентиментальные моменты. Мы постараемся направить твой образ в сторону «Джеки Чана», чтобы повысить твою популярность.
Сидящие перед ним сценаристы напоминали какой-то, блядь, фильтрующий алгоритм огромной базы данных, который тут же подстраивался под ответы Фиша.
— Тогда поговорим о твоей семье. У тебя было счастливое детство? Ты готов поделиться с нами историями о своих родителях?
— У меня было очень счастливое детство. Родители меня очень любили. Но делиться историями о них я не стану. Это моё.
— Счастливое детство повысит твою популярность в Хейвуде. Тамошние жители - в основном потомки мексиканцев, у них сильны семейные ценности. Что до семейных проблем, мы можем дать тебе несколько советов. Но прежде я должен задать тебе один простой вопрос: что ты думаешь о Новых Соединённых Штатах? А о корпорации «Арасака»?
На первый взгляд, сравнивать целую страну с корпорацией было абсурдно. Но Фиш, игравший в игру, знал, что Новые Соединённые Штаты — это, по сути, военно-промышленный комплекс, прикрывающийся вывеской «Милитеха». К тому же, всего год назад «Милитех» и «Арасака» устроили кровавую бойню за контроль над Найт-Сити в ходе Войны за Объединение. А если копнуть глубже, то это был выбор между НСША, стремящимися вновь объединить Северную Америку, и альянсом свободных штатов, включая Найт-Сити, которые боролись за свою независимость.
— Если выбирать из двух зол, я выберу НСША.
Хотя президент НСША Розалинд Майерс в дополнении «Призрачная свобода» тоже была та ещё сука, старый японский хрыч Сабуро Арасака нравился Фишу ещё меньше. По крайней мере, Майерс действительно вылечила Ви и вернула ему свободу. А этот старый ублюдок Арасака просто запер Ви на космической станции, как подопытное животное.
— Понятно. В таком случае, один из твоих родителей может быть ветераном армии НСША. Это повысит твою поддержку в Санто-Доминго. Тамошние жители больше склоняются к возвращению Найт-Сити в состав Новых Штатов. Но, соответственно, ты вызовешь неприязнь у жителей Пасифики, которые многое потеряли в Войне за Объединение. Впрочем, если твоя программа по получению гражданства через работу будет успешной, вернуть их поддержку будет несложно.
Эти слова заставили Фиша бросить взгляд на Хэла. Он-то думал, что о комбинации с легализацией и программой трудоустройства знают только они трое, включая Виктора.
— Привыкай, парень. В корпорации нет секретов. К тому же, наши сотрудники очень надёжны. Особенно когда твоя неустойка достаточно высока, они сделают всё, чтобы помочь тебе.
Объяснение Хэла показалось Фишу одновременно и абсурдным, и до ужаса логичным. Если хоть что-то из сегодняшнего разговора просочится наружу, все присутствующие, скорее всего, останутся без гроша в кармане.
— Расскажи, как ты потерял родителей. Смерть от болезни или исчезновение повысят твою популярность в Уэстбруке, тамошний средний класс очень сострадателен. Если они погибли в бандитской перестрелке или от рук мусорщиков, ты получишь сочувствие жителей Уотсона. «Тигриные когти» и «Мальстрём» сейчас ведут ожесточённую войну за территорию в районе Кабуки, и местные жители от этого сильно страдают. Если они стали жертвами войны, жители Пасифики, потерявшие свои дома, примут тебя за своего. Но у них низкая покупательская способность, и это повредит твоему проамериканскому имиджу, так что мы не рекомендуем. Ну и, конечно, если это было пищевое отравление или загрязнение окружающей среды, ты получишь поддержку жителей Санто-Доминго, которые задыхаются от токсичных выбросов.
От этого вопроса Фишу стало не по себе. Весь Найт-Сити, за исключением богатых районов, страдал. И заставлять его «выбирать» из этих вариантов было просто, блядь, бесчеловечно.
— Я доверяю мнению экспертов. Дайте мне ваш совет.
Поэтому он отказался от выбора, переложив это дерьмо обратно на них.
— В таком случае, мы рекомендуем выбрать смерть от бандитской перестрелки. Это обогатит твой образ «блудного сына, вставшего на путь истинный» и будет перекликаться с сегодняшним сотрудничеством с полицией. Ожидается, что максимальный эффект будет достигнут после вручения тебе награды.
Сценарист, сидевший в центре, посмотрел на Виктора.
— Мистер Виктор, если у вас с Фишем сложатся хорошие личные отношения, этот эффект будет усилен, поскольку вы тоже родом из Уотсона.
Таким образом, «место жительства» Фиша, ради максимальной связи с Виктором и рекламной стратегии «второго чемпиона из Уотсона», было определено как Уотсон.
— Итак, перейдём к твоей личной жизни. Сколько у тебя было партнёрш? Ты всё ещё поддерживаешь с ними связь?
— Нисколько. У меня не было на это времени. Все силы уходили на то, чтобы просто выжить.
Что до его прошлой жизни, то Фиш мог лишь сказать, что не сложилось. Работа, семья и увлечения занимали слишком много времени.
— Это плохо. Для «возвращения блудного сына» нужна основа, с которой можно «возвращаться». Ты можешь и дальше придерживаться этого пуританского стиля, мы это только поддержим. Но сейчас нам нужно будет придумать тебе кое-какой опыт.
— Делайте что хотите. Только не придумывайте какую-нибудь уродину.
— Так не пойдёт. Твои предпочтения в женщинах также будут определять твою популярность у определённых групп. Если тебе нравятся метиски, тебя поддержат латиноамериканцы. Если азиатки - традиционные восточноазиатские семьи. А ещё есть вопрос статуса…
Фиш почувствовал внезапную усталость. После этого сценаристы заставили его выбрать всё: от пищевых предпочтений до хобби. И за каждым выбором стояло потенциальное увеличение или уменьшение поддержки и симпатий в том или ином районе. Сначала Фиш ещё пытался создать образ идеального бойца, но потом ему начало казаться, что он лежит на анатомическом столе. Его личность разбирали на части, выбирая те, которые принесут максимальную выгоду.
Лишь поздно вечером эти сценаристы наконец отпустили его. Но для них работа только начиналась. Фиш предоставил лишь скелет. Теперь им предстояло в кратчайшие сроки нарастить на него плоть, сделав историю максимально убедительной и трогательной.
— Эти люди что, вообще не уходят с работы? — Фиш чувствовал себя выжатым как лимон, просто отвечая на вопросы.
Но стоило ему выйти за дверь, как «комната для допросов» тут же наполнилась стуком клавиатур. В целях конфиденциальности эти сценаристы, как и он, не имели никаких имплантов, чтобы какой-нибудь ушлый нетраннер не вытащил из них информацию.
— Если потребуется, они могут и не спать, — сказал Хэл, выводя Фиша и Виктора из небоскрёба корпорации «Титан».
Этажи с 17-го по 22-й, принадлежавшие «Титану», как и все остальные, были залиты светом, превращая ночную тьму в россыпь ярких звёзд.
— Вот она, сила пятидесятимиллионной неустойки. Почувствуй её, привыкни к ней, а потом придумай, как повести нас за собой ещё дальше.
С этими словами Хэл достал из кармана что-то похожее на мобильный телефон и протянул Фишу.
— Мобильный терминал. Будем на связи через него. Я закинул тебе туда немного на карманные расходы. Только не трать на всякую херню.
Затем он посмотрел на Виктора. У чемпиона тоже был неважный вид. Хэл знал, что в своё время тот не проходил через такую плотную обработку, и, должно быть, чувствовал себя не в своей тарелке.
— Присмотри за Фишем. И, ради бога, не давайте ему сидеть до поздна. Завтра в восемь утра к нему придёт репетитор. Я не хочу, чтобы он спал на индивидуальном занятии.
В конце концов, история, которую Хэл создавал для Фиша, была о «блудном сыне». Оценки в аттестате можно было купить, но элементарные знания должны были быть. В мире было слишком много безнравственных журналистов, обожающих срывать покровы с публичных личностей. Если Фиш на вопрос журналиста ляпнет что-нибудь вроде: «GPA? А что это?», — это будет настоящая пиар-катастрофа.
— Я присмотрю, — глядя на Фиша с потухшим взглядом, Виктор крепко похлопал своего «земляка и соседа» по плечу.
Сегодня Фишу пришлось пережить слишком многое.
http://tl.rulate.ru/book/150277/8718366
Готово:
