Готовый перевод Batman Keeps Wrecking My Business! / Бэтмен разрушил мой план разбогатеть: Глава 39. Ха-ха, конец!

(Ctrl + влево) Предыдущая глава | Оглавление | Следующая глава (Ctrl + вправо)

Пока Ма Чжаоди занимался своей третьей подработкой, прокурор Харви Дент уже давно был дома.

Сегодняшний вечер прошёл не так, как он ожидал. Пожар был делом важным, но не срочным. Ему даже не пришлось долго оставаться на месте, он мог сразу ехать домой. Для него там пока не было работы.

Что касается убийства Джонни Вити, то это была головная боль комиссара Гордона. А ему самому нужно было ещё с Гилдой раздавать конфеты соседским детям.

Если он опоздает, она, чего доброго, опять расстроится.

Харви приехал домой. Было ещё довольно рано, так что он с радостным настроением открыл дверь.

— Эй, Харви, ты сегодня так вовремя.

— Ха, я же обещал, миссис Дент.

В этот момент в дверь позвонили.

— Угадай, кто пришёл? — сказала Гилда и пошла к двери.

— Откуда я знаю… погоди, я открою…

В этот момент Харви почувствовал укол тревоги. Не из-за какого-то странного предчувствия, а потому что он понял: если кто-то захочет напасть на него в ночь на Хэллоуин, сейчас — идеальный момент.

Достаточно подкупить ребёнка, чтобы он принёс красиво упакованную бомбу под видом сюрприза. Почти никто не заподозрит подвоха.

Но не успел он договорить, как Гилда уже открыла дверь.

— Сладость или гадость!

Несколько «чертят» выпрыгнули из-за двери, развеяв его мрачные мысли. Никакой бомбы, никакого нападения, никакой мести от мафии. Просто весёлый и мирный Хэллоуин.

В конце концов, какой резон Фальконе мстить такому мелкому прокурору, как он? Он сунулся на парковку на банкете его племянника, чтобы проверить номера, и его избили. У такого человека просто не было мотива на него нападать.

Он усмехнулся над собой, решив, что слишком уж перестраховывается, и пошёл к двери, чтобы вместе с женой раздавать детям конфеты.

— С Хэллоуином, малыши.

— С Хэллоуином, мистер Харви!

— С Хэллоуином, миссис Дент.

А в это время, в полицейском участке в центре Готэма…

Гордон, перебирая горы папок, взглянул на часы. Было уже поздно. Он затушил сигарету в пепельнице в виде тыквы.

— С Хэллоуином, Бэтмен. Спасибо за подарок.

— С Хэллоуином, комиссар Гордон. Идите домой, к семье.

Ночь на Хэллоуин в Готэме прошла. Если не считать одного странного убийства, она была спокойной, как прекрасный сон.

Но для некоторых то, что произошло этой ночью, было настоящим кошмаром.

…

Это было мирное утро. Ма Чжаоди, как обычно, ехал на работу на своём любимом инвалидном кресле.

Настроение у него было отличное. За одну ночь он выполнил три задания и получил неплохую награду. Даже если не считать маленькую тыкву-фонарик, то двадцать тысяч очков активов, средний навык кулинарии и дружба Соломона Гранди — всё это было очень даже кстати. Когда он уходил, Гранди даже пожал ему руку.

— Человек-тыква, страшный, хороший.

— Человек-тыква, друг. Бургер, вкусный.

Поэтому Ма Чжаоди решил теперь каждый день приносить Гранди что-нибудь вкусное. Хоть тот и не умрёт от голода, но своего друга он точно запомнит.

Может, однажды, если Ма Чжаоди снова столкнётся с каким-нибудь суперзлодеем или гильдией убийц, он сможет крикнуть в канализационный люк: «Гранди, спаси!», и тогда гигант вылезет и поможет ему.

Конечно, если бы была возможность, Ма Чжаоди предпочёл бы, чтобы такая ситуация никогда не возникла.

— Доброе утро, Сантос, Рик, Кастро. Как прошла ночь?

Он весело поздоровался с коллегами. Но, на удивление, троица, обычно болтливая и весёлая, не ответила, а лишь уставилась на него со странным выражением.

— Что случилось? Вы какие-то не такие.

— А? А, доброе утро, Ма Чжаоди.

— Доброе утро.

— Доброе утро, Ма Чжаоди. Ты вчера подрабатывал?

— Хм? Да, подрабатывал.

— О-о, тебя не было дома?

— Из дома не подработаешь, Кастро, — Ма Чжаоди с недоумением посмотрел на троицу. Они сегодня говорили как-то неуверенно, мямлили.

— Это… я хочу уточнить, ты же недавно в Готэме, да? Ни в какой банде не состоял?

— Боже, о чём вы вообще? Конечно, я ни в какой банде не состоял. Вы что, не видите? Я даже стрелять толком не умею, до сих пор каждый день на стрельбище тренируюсь, которое мне менеджер посоветовал. Стоп, вы сегодня какие-то странные. Что-то случилось?

— Э-э… ты сегодняшнюю «Готэм Дейли» не видел?

— Ещё не покупал. А что?

— А утренние новости? Тоже не смотрел?

— Да что вы, блин, говорите? — нахмурился Ма Чжаоди. Увидев их мямлящие лица, он почувствовал странное нехорошее предчувствие.

— Что в новостях?

— Ты… сам посмотри.

Сантос протянул ему газету. Ма Чжаоди взял её, пробежал глазами и, увидев заголовок, выпучил глаза.

«ДЖОННИ ВИТИ УБИТ, НА МЕСТЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ ОСТАВЛЕНА УРОДЛИВАЯ ТЫКВА!»

«Вчера, в ночь на Хэллоуин, племянник крёстного отца Готэма Фальконе, Джонни Вити, был найден мёртвым в ванне в своём особняке. По заключению судмедэкспертизы, причиной смерти стали два выстрела в голову».

«Убийца оставил на месте преступления орудие убийства — пистолет калибра .22 со стёртым серийным номером. На нём не было найдено отпечатков. Также на месте были оставлены две вещи: самодельный глушитель из детской соски и тыква-фонарик».

«Из особняка ничего не пропало. По предположению полиции, это была месть. Комиссар Гордон заявил, что ключевой уликой в деле является оставленная на месте преступления тыква-фонарик необычной формы».

Ошеломлённый Ма Чжаоди дрожащей рукой перевернул страницу. На обратной стороне была фотография той самой тыквы.

В её искажённом, страдальческом выражении, казалось, была какая-то особая художественная ценность. Что-то от классицизма Милле, что-то от импрессионизма Моне, фовизма Матисса, экспрессионизма Мунка, футуризма Балла, кубизма Пикассо и сюрреализма Дали. Одним словом…

— Ха-ха, конец!