[Эффект Удачи. Вы уничтожили частичку души бессмертного из Верхнего Мира, достигшего стадии Обращения Морей, и получили три частицы воли к непобедимости!]
В сознании Чэнь Ся появилось сообщение. Он на мгновение опешил, а затем погрузился в свои мысли, чтобы изучить его.
[Воля к непобедимости: Убивая врага, превосходящего вас на один уровень, вы получаете одну частицу воли к непобедимости. Она усиливает вас, позволяя превзойти равных себе. Три тысячи частиц воли к непобедимости делают вас непобедимым, открывая путь Великого Императора и позволяя вознестись в высшие миры.]
Чэнь Ся кивнул. В общих чертах он понял, но не придал этому особого значения. В конце концов, чтобы открыть путь Императора, нужно три тысячи частиц, а у него было всего три. До этого было ещё далеко.
[Эффект Удачи. Вы победили бессмертного из Верхнего Мира и получили его технику: «Трактат о Таинственной Цельности», первая книга.]
В его сознании появилось ещё одно сообщение. Чэнь Ся погрузился в себя и открыл первую книгу «Трактата о Таинственной Цельности».
[Небо и Земля едины и таинственны, совершенствуйся десятки тысяч лет и обрети бессмертие. Три тысячи Великих Дао — все в одной главе.]
[Обретя Таинственную Цельную Ци, сможешь постичь трактат.]
Чэнь Ся бегло просмотрел его. Это была техника совершенствования. Содержание первой книги позволяло достичь стадии Зарождающейся Души, так же как и «Великое Искусство Черепашьего Дыхания», но эффект был другим.
Согласно первой книге «Трактата о Таинственной Цельности», нужно было сперва взрастить в теле частицу Таинственной Цельной Ци, а затем использовать её для написания глав трактата внутри себя. Чем больше напишешь, тем выше будет твой уровень и тем сильнее ты станешь.
В конечном итоге можно было даже обрести Тело Великого Дао.
Но это было уже не в первой книге. Конкретные методы совершенствования описывались в последующих книгах, а в первой был лишь намёк.
Чэнь Ся снова не придал этому особого значения, считая это просто наградой за победу над боссом. Он потянулся и, махнув рукой оставшимся десяткам тысяч варварских всадников, небрежно бросил:
— Убирайтесь.
Варвары не смели медлить и, уж тем более, возражать. Они тут же развернули коней и без остановки поскакали в степь.
— А практикующие Ци пусть останутся, — крикнул Чэнь Ся. Он боялся, что они донесут о случившемся так называемому бессмертному из Верхнего Мира.
Практикующие замерли и тут же упали на колени перед Чэнь Ся.
— Бессмертный господин, пощадите! Мы обещаем, что будем жить в уединении за морями и больше никогда не посмеем вмешиваться!
Чэнь Ся кивнул:
— Я бы и рад вас пощадить, но ваши поступки не внушают мне доверия.
— Бессмертный господин, будьте спокойны! Мы ни за что не свяжемся с Верхним Миром! К тому же, для призыва бессмертного из Верхнего Мира требуется такое же крепкое тело, как у Темуджина. В мире не так много настолько одарённых людей. Прошу, не беспокойтесь!
Чэнь Ся кивнул и, скрестив руки на груди, сказал:
— Вы знаете, я — хороший человек, к тому же ленивый. Если можно не драться, я обычно не дерусь...
— Да, да, вы — великий добряк! — поспешно поддакнули практикующие.
— Угу, — согласно кивнул Чэнь Ся и ровным голосом добавил: — Но я не полный идиот. Простите, что разочаровал вас, но я не хочу жить в страхе.
— Я убью вас самым быстрым способом, чтобы вы не слишком мучились.
— Поэтому...
Чэнь Ся закатал рукава и под испуганными взглядами практикующих протянул к ним руку в приглашающем жесте.
— Прошу вас умереть.
В тот день все пятьдесят шесть заморских практикующих Ци погибли у стен пограничной крепости.
Всё заняло не больше десяти вдохов.
Чэнь Ся стоял за стенами города, и на его лице было написано одно слово — непобедимость.
После того как бессмертный разгромил варварскую конницу, династия Великая Сун не только удержала границу, но и вернула себе потерянные сотни ли земли, причём без единой потери.
Варвары отступили в степь и больше не смели вторгаться на земли Великой Сун.
И всё это — благодаря бессмертному Великой Сун, ныне — Государственному Наставнику.
В народе теперь ходили легенды о нём. Говорили, что он одним ударом ноги уничтожил почти десять тысяч варварских всадников, а затем на глазах у обеих армий убил варварского бессмертного, став непобедимым в этом мире.
Люди из Цзянху убрали слово «наполовину» из титула Чэнь Ся, прямо называя его непобедимым.
Впрочем, были и те, кто возражал, говоря, что бессмертный из секты Великой Сун ещё не выходил из уединения, и они ещё не сражались, так что называть Чэнь Ся поистине непобедимым было рано.
Насчёт его силы ещё спорили, но в плане известности Чэнь Ся, без сомнения, был первым в Поднебесной. Даже император не мог с ним сравниться.
В народе теперь говорили не об императоре, а о бессмертном. Хоть и не осмеливались открыто обсуждать, кто главнее, но в частных беседах с презрением поговаривали:
— Император? Хех, император — не самый главный. Пусть он попробует пойти против бессмертного Наставника. Осмелится ли он? Осмелится ли он приказать бессмертному Наставнику встать на колени?
— Скорее, он сам перед ним на колени встанет!
Впрочем, такие разговоры велись лишь в узком кругу. Говорить такое открыто было опасно — можно было и головы лишиться.
Но так оно и было.
В Цзянху больше не было ни десяти величайших мастеров, ни двух бессмертных.
Был лишь один бессмертный.
Чэнь Ся.
Потому что один Чэнь Ся мог сокрушить весь Цзянху.
Титул «десять величайших мастеров Поднебесной» перед ним выглядел просто смешно.
[Эффект Удачи. Вы заслужили поклонение народа Великой Сун. Ци Цзяолуна 50/100]
Чэнь Ся спал в паланкине, как вдруг это сообщение его разбудило.
"Что такое? Сразу плюс 45?!"
Он присмотрелся и понял, что заслужил поклонение народа. "А я и впрямь силён", — с удовлетворением подумал он.
Сопровождавший паланкин солдат, услышав движение внутри, поспешно спросил:
— Господин Государственный Наставник, вам что-то не по нраву? Мы сейчас же всё исправим.
Чэнь Ся перевернулся на другой бок и ответил:
— Ничего. Сколько ещё до столицы?
— С такой скоростью, примерно три дня. Тогда Его Величество сможет вас увидеть, — поспешно ответил солдат.
Он сказал «император увидит Чэнь Ся», а не «Чэнь Ся увидит императора», что доказывало, что Чэнь Ся был выше императора.
— Угу, — кивнул Чэнь Ся. — Когда приедем, разбудите. Я отдохну.
— Хорошо-хорошо, — поспешно согласился солдат.
А Чэнь Ся снова погрузился в безделье, попутно размышляя о будущем.
Так называемый бессмертный из Верхнего Мира пригрозил, что если Чэнь Ся посмеет явиться в высшие миры, то он будет преследовать его десятки тысяч лет, пока не уничтожит.
Значит, сейчас ему туда нельзя.
Да он и не мог.
И это была хорошая новость.
Сейчас ему нужно было лишь оставаться в этом мире, и он будет в безопасности. Ждать ежегодных очков и практиковать «Великое Искусство Черепашьего Дыхания».
Подождать несколько тысяч, а то и десятков тысяч лет, а потом уж посмотрим, кто кого будет преследовать.
Что касается «Трактата о Таинственной Цельности», то Чэнь Ся тоже хотел его практиковать. Лишние навыки не помешают. К тому же, эта техника выглядела куда более нормальной, чем «Великое Искусство Черепашьего Дыхания».
Он снова потянулся, мысленно начал практиковать технику и стал ждать, пока станет сильнее.
"Какой же скучный и утомительный процесс совершенствования".
Становиться сильнее для Чэнь Ся было так скучно.
Чэнь Ся ещё не доехал до столицы, а его портреты уже были там.
Простые люди, конечно, просто смотрели на них, чтобы узнать, как выглядит бессмертный Наставник.
А вот чиновникам было не до смеха. Сверху пришёл строжайший приказ: все в столице должны выучить портрет Наставника, каждую черту лица. Будет даже экзамен, и те, кто его не сдаст, лишатся должностей.
Император лично издал указ: все чиновники, независимо от ранга и обстоятельств, при виде господина Наставника должны падать ниц. Ослушавшиеся будут немедленно уволены!
Это означало, что даже если ты в уборной, при виде Чэнь Ся ты должен со спущенными штанами пасть ниц.
Хотя вряд ли они встретятся в таком месте.
В эти дни в столице царила суета. Нужно было не только выучить портрет Чэнь Ся.
Нужно было украсить город. Во всех людных местах должны были висеть транспаранты с надписью «Приветствуем господина Государственного Наставника!».
Император даже приказал воздвигнуть статуи Наставника во многих оживлённых местах столицы.
И перед воротами Императорского Города, на лестнице, по которой министры поднимались на утренний приём, должна была стоять огромная статуя Чэнь Ся.
Один из министров высказал сомнение:
— Ваше Величество, если вы так поступите, не повредит ли это имиджу наследного принца, когда он взойдёт на трон?
— Какого ещё наследного принца? Наставник спас нашу Великую Сун! Если он не будет против, я готов воздвигнуть его статуи по всей стране! Где бы ни жили люди Великой Сун, там будут стоять статуи Наставника! — взмахнув рукой, отрезал император.
Министр поспешно опустил голову, поняв, что сморозил глупость.
Император посмотрел на него, тяжело вздохнул и выругался:
— Ну ты и дубина! Надо бы мне подумать, подходишь ли ты для такой высокой должности!
Министр опустил голову ещё ниже:
— Ваше Величество правы, я глуп.
Император вздохнул. Он был зол, но ничего не мог поделать. Эти министры были преданны, но соображали туго.
"Раз уж у нас есть такой покровитель, как бессмертный, нужно хвататься за него обеими руками!"
"Даже если придётся унижаться, нужно это делать".
"Иначе кто будет императором? Кто будет править Поднебесной? Всё решает одно слово бессмертного".
"Если ты будешь ему угождать, он увидит, что ты — человек понятливый, и позволит Великой Сун и дальше править".
"А если ему что-то не понравится, он просто прихлопнет тебя парой ударов и создаст новую, послушную династию".
— Иди, — нетерпеливо махнул рукой император.
Министр поспешно удалился.
Император мерил шагами тронный зал, тяжело дыша. Он нервничал.
Судя по всему, бессмертный прибудет в столицу через два дня. Что же ему сделать, чтобы тот остался доволен?
Император ломал голову.
В паланкине Чэнь Ся развалился в неудобной позе, которую с трудом нашёл.
Снаружи раздался звонкий женский голос:
— Господин Государственный Наставник, можно войти?
Это была старшая принцесса Великой Сун.
— Угу, — лениво ответил Чэнь Ся.
Дверца паланкина открылась, и вошла принцесса в роскошном платье. Она почтительно села на колени рядом и с улыбкой спросила:
— Довольны ли вы поездкой, господин Наставник?
— Нормально, — безразлично кивнул Чэнь Ся. — Всё равно я не знаю, куда еду.
Женщина улыбнулась. Положив руки на колени и выпрямив спину, отчего её фигура приобрела изящный изгиб, она ответила:
— Поездка в столицу вас точно не разочарует.
— Я и не разочаруюсь, — кивнул Чэнь Ся. — Потому что я ничего и не жду.
Он не питал никаких иллюзий насчёт столицы. Он поехал туда лишь потому, что хотел прокатиться в паланкине.
Улыбка на лице женщины застыла. Она не знала, что ответить.
— Как тебя зовут? — вдруг спросил Чэнь Ся.
— Сун Цянь, — поспешно ответила женщина.
— Угу, хорошо, — кивнул Чэнь Ся, безучастно глядя в окно.
— Каково ваше мнение о династии Великая Сун? — вдруг спросила Сун Цянь. Она крепко сжимала колени, её сердце трепетало.
— Какое мнение... — Чэнь Ся смотрел в окно и ровным голосом ответил: — Никакого. Такая же, как и другие династии. Один император, несколько сотен министров, сотни миллионов подданных.
— Пока нет голода и войны, всё хорошо, не так ли?
— Но время... оно всегда идёт вперёд. Возможно, вы станете лишь страницей в учебнике истории. Кто знает.
— Но вы — Государственный Наставник Великой Сун, — не удержалась Сун Цянь.
— Могу быть и Наставником Великой Тан, Великой Чэнь, Великой Ся, — ровным голосом ответил Чэнь Ся. Он оторвал взгляд от окна, посмотрел на Сун Цянь и улыбнулся.
— И меня не будет в учебниках истории. Никогда.
http://tl.rulate.ru/book/149949/8660073
Готово:
