«Великое Искусство Черепашьего Дыхания»?!
Чэнь Ся, увидев в своём сознании сообщение об улучшении «Искусства Черепашьего Дыхания», опешил, а затем быстро погрузил своё духовное сознание вглубь разума, чтобы изучить новую технику.
Главное отличие от «Искусства Черепашьего Дыхания» заключалось в том, что в конце описания новой техники добавились четыре больших иероглифа: «Метод Зарождающейся Души».
Это означало, что «Великое Искусство Черепашьего Дыхания» было техникой, позволяющей достичь стадии Зарождающейся Души!
Его эффект не сильно отличался от прежней версии, единственным улучшением стало повышение эффективности совершенствования на 20%. Если раньше для достижения Золотого Ядра требовалось сто лет, то теперь — всего восемьдесят.
"На самом деле, — размышлял Чэнь Ся, — эта техника не столько жертвует продолжительностью жизни, сколько берёт её в долг у будущего, сжимая триста лет совершенствования до ста".
По идее, это было выгодно. Культиватор стадии Золотого Ядра живёт пятьсот лет. Потратить сто лет, чтобы достичь этого уровня, и иметь в запасе ещё двести лет жизни — всяко лучше, чем оставаться низкоуровневым практиком.
Так почему же так мало людей практикуют подобные техники?
Немного поразмыслив, Чэнь Ся нашёл причину.
У всех разные врождённые способности. Не каждому требуется триста лет, чтобы достичь Золотого Ядра. Кто-то может справиться и за двести.
А некоторым гениям и ста лет не нужно.
На этом фоне «Искусство Черепашьего Дыхания» выглядело совершенно бесполезным. Ни один человек, обладающий хоть каким-то талантом, не стал бы его практиковать.
"А что насчёт бесталанных?" — подумал Чэнь Ся. Люди без способностей, скорее всего, даже не смогут встать на путь совершенствования.
Даже если и смогут, у «Искусства Черепашьего Дыхания» был ещё один скрытый недостаток: практикующий его старел быстрее обычных людей.
Ведь он, по сути, занимал у Небесного Дао двести лет совершенствования, расплачиваясь двумястами годами жизни.
Поэтому, пока его ровесники были в расцвете сил, полны энергии и энтузиазма, он, практикуя эту технику, уже мог быть дряхлым стариком, так и не достигнув Золотого Ядра.
Невыгодно, совершенно невыгодно.
Именно поэтому с момента создания подобных техник их практиковали крайне редко.
Можно сказать, что эта техника была создана специально для Чэнь Ся. Кроме него, она не подходила никому.
Он, с его бесконечной жизнью, и это «Искусство Черепашьего Дыхания» были просто созданы друг для друга.
С тех пор как Чэнь Ся прославился в Городе Хвостового Ручья, к нему стало приходить множество людей из Цзянху, и все они просили об одном.
Стать его учениками.
Услышав слухи о том, что Чэнь Ся стал бессмертным, эти мастера боевых искусств стекались к нему в надежде обучиться его искусству.
Чэнь Ся, естественно, всем отказывал. Ничего не объясняя, он просто бросал:
— Не учу.
Одно это слово на корню пресекало все их надежды.
Однако большинство из них решили, что просто проявили недостаточно усердия, ведь бессмертные не берут в ученики так просто. Поэтому многие из них поселились в Городе Хвостового Ручья, намереваясь своей искренностью растопить сердце Чэнь Ся.
Чэнь Ся считал, что им просто нечем заняться, но, видя, как они способствуют развитию экономики города, ничего не говорил.
Вот только эти люди из Цзянху его немного утомляли. Стоило ему выйти на прогулку, как тут же находились те, кто выбегал ему наперерез, падал на колени и умолял взять в ученики.
И у каждого была своя трагическая история.
То молодой господин, чью семью уничтожили последователи злого пути, и теперь он жаждал отомстить.
То наследник клана, от которого ушла невеста, расторгнув помолвку, заключённую ещё в детстве, и теперь он хотел доказать ей, чего она лишилась.
То гений боевых искусств, который в одночасье стал калекой, был изгнан из семьи и мечтал вернуться и заставить их заплатить.
В общем, один несчастнее другого.
Но Чэнь Ся не умел учить, да и в совершенствовании ничего не понимал. Он просто вёл здоровый образ жизни и с каждым годом становился сильнее. Поэтому он всем отказывал.
В недавно открывшемся трактире Города Хвостового Ручья.
За столом сидели несколько мастеров боевых искусств. Один из них, в соломенной шляпе-конусе, поднял чашу с вином и первым задал вопрос:
— Господа, так этот староста Города Хвостового Ручья, Чэнь Ся, и вправду бессмертный?
Остальные переглянулись. Точных сведений ни у кого не было, и они ответили уклончиво:
— Должно быть. Те, кто его видел, говорят, что за двадцать лет он ничуть не изменился. Кто, кроме бессмертного, на такое способен? Даже самое искусное искусство изменения внешности не даст такого эффекта.
— К тому же, девушка, которая была с ним очень близка, была избрана бессмертными и вознеслась. Ему наверняка тоже перепало немало благ.
Мужчина в шляпе ухватился за ключевую деталь. Отхлебнув вина, он с усмешкой спросил:
— Девушка, которая была с ним близка, была избрана, а он — нет. Почему?
Остальные снова лишь покачали головами:
— Этого мы не знаем.
— Хех, — презрительно усмехнулся мужчина в шляпе и скривил губы. — Да потому что способностей у этого Чэнь Ся не хватило, вот бессмертные на него и не позарились. Я думаю, слухи о его бессмертии — сильно преувеличены.
Он обвёл всех взглядом и, указав пальцем на собравшихся, сказал:
— Посмотрите, благодаря нам нынешний Город Хвостового Ручья так процветает и кипит жизнью. И всё это потому, что мы ждём, когда этот Чэнь Ся изберёт нас в ученики.
Остальные нахмурились, задумались и один за другим закивали, соглашаясь. Однако кто-то всё же заметил:
— Говорят, двадцать лет назад этот Чэнь Ся голыми руками перебил целый отряд разбойников.
Мужчина в шляпе снова презрительно усмехнулся:
— Во-первых, неизвестно, правда ли это. А во-вторых, перебить отряд разбойников — на это способны многие в Цзянху.
— Далеко ходить не надо, те же Семь Гостей Бамбукового Сада с этим справятся. Не говоря уже о том, что в сотне ли отсюда есть целая секта бессмертных.
Мастера боевых искусств растерянно переглядывались. В его словах была логика, но они всё ещё сомневались.
— Но мы же не знаем наверняка.
Мужчина в шляпе усмехнулся и, легонько постукивая пальцем по столу, с презрением произнёс:
— Тогда давайте-ка его проверим. Посмотрим, дракон он или червь.
День выдался погожим.
Чэнь Ся, который много дней провёл в уединении, неторопливо вышел из дома, взглянул на небо и решил прогуляться по городу.
Нынешний Город Хвостового Ручья из-за притока людей был необычайно оживлён.
Сюда съехались не только мастера боевых искусств, но и торговцы. Город стал даже оживлённее, чем соседние города в десяти ли отсюда.
Правда, из-за обилия людей из Цзянху в городе часто вспыхивали конфликты, сея панику.
Чтобы справиться с этим, власти прислали в Город Хвостового Ручья高手 мастеров из Губернаторского приказа.
Но даже несмотря на это, драк и потасовок меньше не стало. К счастью, это были разборки между людьми Цзянху, и они не затрагивали мирных жителей.
Поэтому мастера из Губернаторского приказа закрывали на это глаза.
Раз уж жители не страдали, Чэнь Ся тоже не вмешивался в их драки. Главное, чтобы общественное имущество не портили.
Теперь, когда он был старостой, нужно было выполнять хотя бы основные обязанности, иначе зачем вообще за это браться.
Чэнь Ся шёл по берегу ручья, потянулся, зевнул и подумал, что сегодняшнее солнышко просто замечательное.
Многие жители, видя его, с улыбкой приветствовали:
— Доброго дня, господин староста!
Чэнь Ся махал им в ответ и, заложив руки за спину, шёл дальше.
Там, где он проходил, люди из Цзянху не осмеливались драться и тоже приветствовали его.
Но сегодня всё было иначе.
Прямо перед ним, на оживлённой улице, сошлись две враждующие группы, распугав всех мирных жителей.
Чэнь Ся нахмурился. "Не слишком ли эти ребята из Цзянху обнаглели? Одно дело — устраивать массовые драки, но делать это у меня на глазах?"
Обе группы продолжали яростно кричать друг на друга.
— Ты, собачье отродье! Смеешь тявкать на своего дедушку? Видно, смерти не боишься! Твой дедушка своим тесаком тебя на две части разрубит!
— Тьфу! Да твоим тесаком только свиней колоть, и то затупится! А ты им людей убивать собрался? Хе-хе, а ну-ка, встань на колени и отбей дедушке пару поклонов, и я, может, сохраню твою собачью жизнь!
До драки дело ещё не дошло, но кричали они громко, ломая столы и стулья и пугая прятавшихся по углам жителей.
Обе группы распалялись всё больше, и вот-вот должна была начаться потасовка.
— Прекратите этот цирк.
Громкий окрик прервал их перебранку.
Предводитель одной из групп обернулся и, увидев Чэнь Ся, нахмурился. Он указал на своих противников и крикнул:
— Господин староста Чэнь, это они нас первыми спровоцировали! Вы ведь не будете им потакать?
Противники не остались в долгу и возразили:
— Это вы, сукины дети, первые к нам прицепились, а теперь ещё и смеете на нас вину сваливать!
Казалось, они вот-вот снова сцепятся.
Чэнь Ся, вскинув бровь, неторопливо прошёл между двумя группами.
Обе стороны с недоумением смотрели на него, не понимая, что он задумал.
Чэнь Ся остановился у сломанных столов и стульев, спокойно сел на табурет с одной ножкой, поднял с земли чайник и взял чашку.
Он налил себе чаю.
Чэнь Ся повернул голову и кивнул маленькой девочке, прятавшейся за столбом.
— Девочка, иди домой, не бойся.
Девочке было лет пять-шесть. Когда началась драка, она не успела убежать и оказалась зажата между враждующими сторонами.
Услышав слова Чэнь Ся, она поспешно кивнула и бросилась прочь.
Чэнь Ся проводил её взглядом, отпил глоток чая и, покачав головой, обратился к обеим группам:
— Ну что же вы, дерётесь так дерётесь, но зачем же маленькую девочку пугать? Не могли найти себе другое место?
Предводитель одной из групп кивнул:
— Это я и впрямь погорячился, не подумал. За сломанные столы и стулья я заплачу по полной цене.
Предводитель другой группы тоже кивнул:
— Мы тоже заплатим.
— Хорошо, — кивнул Чэнь Ся. На его губах появилась улыбка. Он широко расставил ноги и, положив руки на сломанный стол в позе большого босса, с усмешкой обратился ко всем:
— Вы знаете, у меня хороший характер. Поэтому, если вы сейчас заплатите за ущерб, я вас отпущу. И если вы больше не будете драться в городе, я не буду вмешиваться в ваши дела.
Предводитель одной из групп тут же покачал головой:
— Заплатить мы можем, но как же можно отложить вражду в Цзянху? Если уж возникла вражда, её нужно разрешить, иначе на душе неспокойно. Если мы так уйдём, братья нас на смех поднимут.
— Верно, — кивнул предводитель другой группы, соглашаясь.
Чэнь Ся прищурился.
— Кажется, вы что-то путаете...
Он легонько постучал пальцем по сломанному столу. Раздался глухой стук. Его голос похолодел.
— Здесь вам не Цзянху.
Предводитель одной из групп нахмурился и возразил:
— Где есть люди, там и есть Цзянху!
Спор затягивался, и вокруг собиралось всё больше зевак.
Среди них было немало людей из Цзянху, которым был очень интересен этот Чэнь Ся, прозванный бессмертным.
В поднебесной было крайне мало мастеров, осмеливавшихся называть себя «бессмертными».
Большинство довольствовались титулом «полубессмертный». А этот Чэнь Ся назывался просто «бессмертным», что явно ставило его выше всех остальных.
Титул «бессмертный» означал, что он был на голову выше любого мастера из Цзянху.
Но был ли он и вправду бессмертным?
Слухи ходили громкие, но никто не видел его способностей в деле.
Чэнь Ся снова отпил глоток чая, и на его губах появилась усмешка. Он оглядел обе группы и сказал:
— Похоже, вы по-хорошему не понимаете.
http://tl.rulate.ru/book/149949/8659691
Готово:
