— Я читал, конечно, читал! Так он, он только что, это было… — от постоянных уколов Бао Цзинчжун начал заикаться. Он хотел было еще придраться, но его прервал Суй Чжи.
— Господин Бао, успокойтесь. У меня есть дело к командующему Чжуну. Этого ученика мы, Министерство войны, забираем!
— Что значит, вы забираете? — возмутился Чжун Цань. — Сказал тоже!
— Отец этого юноши — мой бывший однополчанин!
— Оставь эти сказки! Я тоже был в северном походе, так что мы все тут однополчане!
— Этот юноша обладает исключительным талантом, его место — в армии.
— А охрана императорского города — не его место? Разве безопасность столицы не важна?
Пока они спорили, Линь Тяньчжэн громко рассмеялся:
— Мой ученик глуповат, я боялся, что ему не найдется хорошего места, и думал оставить его преподавателем в академии.
— Ни в коем случае! — в один голос воскликнули Суй Чжи и Чжун Цань. — Ректор Линь, не сочтите за дерзость, но такому самородку нельзя оставаться в академии. Куда он пойдет, решим позже.
Мастер, стоявший рядом, оглянулся и нарочно спросил:
— Так он сдал воинский экзамен?
Бао Цзинчжун поджал губы:
— Это… еще нужно обсудить…
— О чем тут спрашивать? — нетерпеливо бросил Чжун Цань. — Если он не сдал, то кто вообще сможет сдать? Давайте следующего!
— Сюй Чжицюн, воинский экзамен сдан! — объявил мастер.
Сюй Чжицюн поклонился экзаменаторам и под завистливыми взглядами с гордо поднятой головой покинул зал.
Выйдя из зала, он первым делом увидел сестру Юйчи.
— Глупый мальчишка, а ты хорошо скрывался! — с восхищением сказала она. — Если бы я сегодня не увидела это своими глазами, никогда бы не подумала, что ты на такое способен.
— Я просто разозлился… — Сюй Чжицюн покраснел и простодушно улыбнулся. — Сестра, если сдал воинский экзамен, значит, сдал весь Великий экзамен?
— Есть же еще письменный!
Так и есть, есть еще и письменный! Почему он совсем о нем забыл? Почему в памяти прежнего владельца тела не осталось об этом ни следа?
Сюй Чжицюн был в полном отчаянии.
— Вот я и попал, — удрученно сказал он. — Я совсем не готовился.
— А к чему там готовиться? — рассмеялась сестра. — Вот я тебя спрошу: где сокрыта ци?
— В даньтяне.
— Что нужно знать, столкнувшись с врагом?
— Во-первых, небесное время; во-вторых, земное преимущество; в-третьих, знать врага.
— Ну что, все еще боишься? — улыбнулась сестра.
И это все? Такие вопросы?
Сюй Чжицюн мгновенно выпрямился. Беспокойство как рукой сняло. Это были основы из «Канона о воинском искусстве» и «Канона об убийстве», которые он знал наизусть.
Великий экзамен, можно сказать, был сдан. Сюй Чжицюн и его сестра расслабленно наблюдали за происходящим в зале.
Чу Хэ одним ударом разбил плиту и успешно прошел.
Ян У, приложив немало усилий, тоже разломил камень и с трудом прошел.
Незаметно очередь дошла до тридцать второго ученика — молодого господина Юй Шаня.
Юй Шань шел очень тяжелой, неуверенной походкой. Линь Тяньчжэн, уловив странный запах, обратился к Бао Цзинчжуну:
— Господин Бао, может, пора провести выборочную проверку на пилюли?
— Зачем его проверять? — изумленно спросил Бао Цзинчжун.
— Просто выборочная проверка, — с невинным видом ответил Линь Тяньчжэн. — Ничего личного.
— Прошло уже больше десяти человек, пора бы и проверить, — кивнул Чжун Цань.
— Что ж, давайте проверим, — согласился Суй Чжи.
Юй Шань только что принял пилюлю, и запах от него стоял сильный. Не нужно было даже звать мастера инь-ян — его учуяли сами экзаменаторы.
Бао Цзинчжун был в крайне неловком положении, но Юй Шань — и того хуже.
Бао Цзинчжун поджал губы и выдавил смешок:
— Время уже позднее, давайте поторопимся. Проверим через несколько человек.
Суй Чжи вздохнул:
— Ректор Линь, ну и толстые же эти чёрные узорчатые камни с горы Белого Тигра!
Чжун Цань хмыкнул:
— Не только толстые, но еще и черные!
Линь Тяньчжэн, глядя в лицо Бао Цзинчжуну, заключил:
— Это всё результат многолетней закалки.
***
Суй Чжи и Чжун Цань поняли одно: Юй Шань принял пилюлю, но Бао Цзинчжун не осмелился его проверять.
Они и не собирались слишком уж донимать сына министра наказаний, лишь хотели воспользоваться случаем, чтобы поддеть Бао Цзинчжуна.
С самого начала Великого экзамена этот профан без умолку болтал, вызывая у всех крайнее отвращение. Хотелось взять мухобойку и прихлопнуть его. Теперь же, когда подвернулась возможность, нужно было заставить его почувствовать себя неловко.
Однако Бао Цзинчжун ничуть не смутился. Он оставался спокоен и невозмутим, словно гора Тайшань.
Двое экзаменаторов уставились на него, мысленно измеряя толщину его кожи.
Во все времена и при всех династиях чиновники не отличались тонкокожестью. «С тонкой кожей в чиновники не идут» — это было одно из основных правил карьерного роста.
Но в Великой Империи Сюань дела обстояли несколько иначе. Благодаря крепкой экономике как у чиновников, так и у простого люда моральные принципы были на порядок выше. Такие, как Бао Цзинчжун, — совершенно беспринципные — встречались крайне редко.
Бао Цзинчжун с безмятежным видом обратился к Юй Шаню:
— Приступай к экзамену!
Линь Тяньчжэн был крайне недоволен, но, поразмыслив, понял, что нарушение правил учеником бросает тень и на него, как на ректора.
К тому же многим выпускникам в будущем предстояло служить в Министерстве наказаний, и если сейчас обидеть министра Юя, это могло навредить им.
Более того, уровень совершенствования Юй Шаня был высок. Десять лет упорного труда не должны были пойти прахом. Ректор слегка прикрыл глаза, решив спустить дело на тормозах.
Но если бы на месте Юй Шаня оказался Сюй Чжицюн, спустили бы ему это с рук?
Очевидно, что нет.
— И как только что они мучили Чжицюна? — хмыкнул Чу Хэ. — Этому типу следовало бы устроить хорошую взбучку!
http://tl.rulate.ru/book/149879/8525501
Готово:
