Готовый перевод Post-apocalyptic shop: I start by trading noodles for gold / Магазинчик в постапокалипсисе: начинаю с обмена лапши на золото: Глава 38. Пир! Мяса хватит на всех!

Не успел затихнуть рев Скорпиона в рации, как раздался спокойный голос профессора Цзи:

— Господин Линь, копирование данных завершено на сто процентов. Все пакеты данных проверены.

— Чжоу Юань подтвердил, полный производственный процесс у нас.

— Очень хорошо, — голос Линь Мо, раздавшийся в наушниках всех четырех командиров, был ровным и безэмоциональным. — Миссия завершена.

— Забирайте все, что можете. Что не можете — законсервируйте. Готовьтесь к отступлению.

…

Когда четыре отряда снова собрались на площади перед воротами, в воздухе витала странная атмосфера.

Усталость после жестокой битвы смешивалась с подавленным возбуждением и тревогой перед неизвестностью.

Выполнит ли господин Линь обещание Скорпиона об устройстве пира?

Или просто выдаст всем еще по одной банке говяжьей тушенки?

При этой мысли даже у закаленного в боях Скорпиона сердце забилось чаще.

Он явно перегнул палку.

На глазах у всех пообещал от имени господина Линя пир горой, да еще и с выпивкой и куревом.

В любой фракции такой поступок считался бы серьезным нарушением субординации.

А если этот таинственный господин Линь разозлится… Скорпион боялся даже думать об этом.

Он искоса взглянул на висевший неподалеку дрон. Его холодный объектив, казалось, смотрел прямо на него, и по спине Скорпиона пробежал холодок.

К нему подошла Бай Лу.

— Ты поступил опрометчиво, — тихо сказала она.

Лицо Скорпиона дернулось. Он сжал и разжал кулак.

— Я… я же для поднятия боевого духа… — его голос звучал неуверенно.

Бай Лу больше ничего не сказала, лишь спокойно посмотрела в сторону далекого магазинчика.

Все всё понимали.

Но кто мог угадать мысли этого господина Линя?

Колонна медленно остановилась на площади перед магазинчиком.

Двигатели один за другим заглохли.

Наступила странная, удушающая тишина.

Почти двести солдат, только что вышедших из кровавой бойни, стояли в строю, не смея даже громко дышать.

Все взгляды, словно притянутые магнитом, были устремлены на маленькую, закрытую рольставнями дверь.

На усталых лицах читалось ожидание, смешанное с глубоким благоговением.

Соловей и ее свободные Пробужденные стояли в стороне. Они были чужими, но в то же время нет. Одна банка говяжьей тушенки уже связала их судьбу с человеком за этой дверью.

Наконец, рольставни медленно поднялись.

Появился Линь Мо, все такой же невозмутимый. Но его появление мгновенно сгустило воздух, давление усилилось.

Скорпион глубоко вздохнул и шагнул вперед, готовый признать свою вину.

Однако взгляд Линь Мо уже остановился на нем.

— Скорпион.

— Здесь! — Скорпион вытянулся в струнку.

Тон Линь Мо был ровным, без тени эмоций.

— Ты говорил, что хочешь устроить пир?

Вот оно.

Сердце Скорпиона ухнуло вниз, на лбу выступил холодный пот.

— Это… это я самовольничал, господин Линь, я… — его голос охрип.

— Хм, — Линь Мо прервал его.

Одно слово.

— Неплохая идея.

Скорпион застыл, подняв голову.

Бай Лу, Оса, профессор Цзи — все застыли.

Все солдаты, напряженно слушавшие, застыли.

Не успели они опомниться от такого поворота, как Линь Мо поднял руку и взмахнул ею.

Ни грохота, ни вспышки.

Но все почувствовали запах.

Запах свежего, сырого мяса!

А затем, на пустом месте в центре площади, возникла гора.

Не из картонных коробок и не из жестяных банок.

Из мяса!

Из свежего, покрытого инеем мяса!

Целые свиные ребра, говядина с красивыми мраморными прожилками, аккуратно уложенные куриные крылышки… все это громоздилось, сводя с ума!

И это было не все!

Рядом с горой мяса появились зеленые овощи, круглый картофель и даже несколько ящиков с закрытыми серебристыми раковинами устриц!

Но самым невероятным было то, что появилось в конце.

Дзынь!

Один ящик, десять, сто…

Несколько сотен ящиков ледяного пива, сложенных в стену выше человеческого роста! Капельки конденсата на бутылках блестели в свете прожекторов, маня и искушая!

Глоть.

Глоть.

Глоть.

Это был звук сглатываемой слюны, отчетливо слышный в мертвой тишине.

Запах пороха и крови мгновенно вытеснил первобытный голод.

Щелк.

Рация выпала из рук Скорпиона. Он не заметил. Он лишь смотрел на гору мяса, его губы дрожали, глаза покраснели. Он не мог вымолвить ни слова.

Даже всегда сдержанная Бай Лу дышала тяжело, ее грудь вздымалась.

В тишине снова раздался голос Линь Мо, спокойный, но властный.

— Чего застыли?

— Сами.

— Сегодня мяса хватит на всех.

Эти слова стали последней искрой.

После короткой паузы…

— У-Р-Р-Р-Р-А-А-А-А-А-А!

Оглушительный рев восторга взметнулся к небу!

Солдаты, больше не сдерживаясь, бросились к горе мяса. Они смеялись, кричали, плакали и выли от счастья.

Никакой давки, никакого хаоса, лишь почти религиозный экстаз.

Бойцы «Скалы» сами развели костры, разожгли угли.

Люди «Ковчега» мыли овощи, открывали пиво штыками.

Разведчики «Улья» заняли позиции по периметру, их глаза зорко следили за окрестностями, охраняя этот пир.

Ш-ш-ш-ш…

Первый кусок говядины лег на раскаленную решетку.

Насыщенный аромат мяса и шипение жира мгновенно взорвали вкусовые рецепторы, сокрушив последние остатки разума.

Здоровенный боец «Скалы», насадив на штык целый ряд прожаренных ребрышек, с жадностью впился в них зубами. Мясо было таким горячим, что он зашипел, но его лицо светилось от счастья. Он жевал, глотая мясо вместе со слезами.

— Твою мать! Это мясо! Свежее мясо! — кричал он, обращаясь к товарищу.

Молодой солдат, лет восемнадцати, с бутылкой пива в одной руке и горстью жареных крылышек в другой, ел, и слезы текли по его щекам. Он вспомнил своих родителей. Они уже так давно не ели досыта.

Соловей стояла в стороне. Здоровяк со шрамом подобострастно протянул ей бутылку пива и шампур с только что снятым с огня мясом.

Она не отказалась.

Холодное пиво с давно забытым ароматом солода обожгло горло.

Она смотрела на лица, сияющие от простого счастья, а затем на человека, спокойно наблюдавшего за всем этим из дверного проема.

И она вдруг поняла.

Этот человек не унижал их и не подавал милостыню.

Он давал им выбор.

Продолжать быть одинокими волками, грызущимися за объедки.

Или подчиниться, стать частью прайда и наслаждаться пиром, который устраивает лев.

Соловей откусила кусок мяса.

Она сделала правильный выбор.

Линь Мо стоял в дверях с банкой колы. Он смотрел на эту сцену, слушал смех и крики, его лицо было непроницаемым.

К нему подбежал сияющий Скорпион с самым лучшим куском говядины.

— Господин Линь! Вы… вы тоже?

Линь Мо покачал головой.

Скорпион не смутился. Он откусил огромный кусок мяса, запил его пивом, вытер рот и, отбросив веселье, низко поклонился Линь Мо.

— Господин Линь!

— Отныне «Скала» — ваш самый верный союзник! Моя жизнь, Скорпиона, принадлежит вам!

— Скажете на восток — пойду на восток! Скажете убить — убью, не моргнув!

— Если я, Скорпион, хоть раз ослушаюсь, пусть меня сожрут зомби!

Линь Мо ничего не сказал. Он лишь смял пустую банку из-под колы и точным броском отправил ее в мусорный бак в десяти метрах от себя.

Он повернулся и скрылся в тени магазинчика.

Лишь его слова, пролетев над шумом пира, достигли ушей каждого:

— Будете слушаться…

— Будет мясо. Каждый день.

http://tl.rulate.ru/book/149668/8551489