Одно слово любимой дочурки — и старина Лю тут же взвился до предела. Он поспешно принялся оправдываться перед домашней камерой видеонаблюдения, боясь, что придётся досрочно сдавать «домашку».
Госпожа Чэн, в прошлом несравненная повелительница мужских сердец, обладала фигурой и внешностью, о которых и говорить нечего. Даже сейчас, в зрелом возрасте, её можно было назвать женщиной, не растерявшей былого очарования.
По молодости и глупости он ненавидел, когда к жене приезжала «тётушка из Краснодара», но, женившись, старина Лю понял: «эти дни» — это защита для мужчины.
Если бы госпожа Чэн услышала эти слова и неправильно их поняла, то, не дожидаясь завтрашнего дня, сорвалась бы среди ночи, примчалась домой и силой заставила бы «сдать домашнее задание».
И хотя товарищ Лю был большим боссом, богачом, который ни в чём себе не отказывал, возраст брал своё. К тому же работа и деловые встречи отнимали все силы.
А вот его жена, госпожа Чэн, целыми днями сидела дома, жила в холе и неге, копила силы и энергию. Разве устоит его уставшее войско против её свежих и отдохнувших сил? Одно столкновение — и он будет разбит вдребезги.
На следующий день, в пятницу, было облачно.
Линь Мо, как обычно, встал на утреннюю пробежку и почувствовал, что сегодня ему как-то особенно хорошо. Вероятно, сказалось освоение «Начального мастерства рукопашного боя»: тренировка стала эффективнее, даже выносливость повысилась. После ухода профессора Му он ещё и отработал на спортплощадке серию ударов.
Правда, без боксёрской груши было как-то не то. Он задумался: может, стоит купить абонемент в зал бокса? Навык ведь нужно постоянно практиковать.
Одного вчерашнего боя хватило, чтобы он по уши влюбился в это пьянящее чувство абсолютного превосходства.
В половине десятого утра троица Линь Мо на удивление в полном составе появилась в университетской аудитории для медиа-занятий. Староста и Сяоюэ тоже были здесь. Куратор Цзян Тао проверяла присутствующих.
Первого числа следующего месяца, то есть в ближайший четверг, начиналась осенняя ярмарка вакансий, поэтому куратор решила собрать студентов и рассказать о деталях мероприятия, а также отметить несколько хороших компаний, чтобы желающие могли подготовиться.
Явка, естественно, была обязательной для всех. Хотя Линь Мо и его друзья давно решили, что на ярмарку не пойдут, они следовали негласному студенческому правилу: раз преподаватель сказал прийти, нужно явиться хотя бы для массовки. В конце концов, раз уж пришли, а дел всё равно никаких.
— Эй, вы когда успели телефоны поменять? А где старые? — спросила староста Ван Цзин, заметив у Ван Чу и Сычуаньки новенькие «яблоки» последней модели.
При этих словах Линь Мо резко вскинул голову и, конечно же, увидел, как у Сычуаньки загорелись глаза, а в них блеснул убийственный азарт:
— Старый я сдал в «Трейд-...
«Хлоп!»
Не дав ему закончить, Линь Мо резким движением прижал его голову к столу, прерывая «заклинание». Затем он с улыбкой сказал:
— Это призы, которые мы втроём выиграли. Не слушайте его бред, какой ещё «Трейд-ин»? Я его старый телефон скоро разобью. Да и вы же его знаете, у него реклама уже в костном мозге!
Все: …
«Рекламу он захотел задвинуть? Что за шутки? Я ему сейчас такую духовную атаку устрою! Мне что, за рекламу заплатили? Я когда на своём телефоне рекламу смотрю, мне хотя бы полчаса бесплатного чтения дают, а за два просмотра можно в игре воскреснуть. А ты что за фрукт?»
— Призы? — с сомнением переспросили староста и Хэ Сяоюэ.
Ван Чу тут же принялся в красках расписывать, какое славное и почётное дело они вчера совершили.
Выслушав его, староста и Хэ Сяоюэ только растерянно переглянулись. Хэ Сяоюэ не выдержала:
— И чем тут гордиться? Вы втроём пошли в детский сад обижать малышей? И за это ещё и такие щедрые призы дают? Да я бы и сама справилась!
— Вовсе нет! Детей обижала сестра Юань, а мы втроём сражались с командой охраны, уложили человек пятнадцать-двадцать, — с гордостью заявил Ван Чу. — Я был танком и штурмовиком в одном лице: принимал урон и одновременно прорывал оборону. Старина Мо — универсальный боец, мастер рукопашного боя и захватов, в одиночку уложил больше десяти человек. Даже командира отряда полиции вырубил, как только тот появился. Настоящий мастер боевых искусств!
Линь Мо тут же сложил ладони в приветственном жесте:
— Наньчэн, Линь Мо!
— А Сычуанька? — с любопытством спросила староста Ван Цзин.
Линь Мо и Ван Чу переглянулись и хором выдали вчерашнюю оценку госпожи Юань:
— Боковая линия.
Сычуанька: …
— Боковая линия? Что это значит? — не поняла Хэ Сяоюэ.
— Это значит, что если бы туда привязали собаку, от неё было бы больше пользы, — объяснил Ван Чу.
Сычуанька: (╯‵□′)╯︵┻━┻
Линь Мо: →_→
— Что, не так? У тебя есть возражения?
Сычуанька: ┬—┬ノ('-'ノ)
— Кхм-кхм, всё в порядке, продолжай!
После этого все трое снова принялись оживлённо обсуждать вчерашние детали. Лишь один Сычуанька обиженно грыз в душе воображаемый платочек.
— Эй, а почему ты не поменял телефон, раз они оба поменяли? — с любопытством спросила староста.
Линь Мо помахал своим телефоном и с улыбкой ответил:
— Я этот тоже недавно купил, нет смысла менять. Новый я отправил маме, а то у отца телефон уже на ладан дышит, вот как раз мамин ему и достанется.
На самом же деле причина была в том, что на этом телефоне был установлен интерфейс магазина. Можно сказать, этот аппарат был бесценен. Если он сменит телефон, что будет, если чит пропадёт? Убыток будет колоссальный.
Что делать, когда срок службы телефона подойдёт к концу, он подумает потом. Но пока этот аппарат работает, он его ни на что не променяет. Свой новенький «яблочный» телефон он отправил по почте сегодня утром, предварительно позвонив и предупредив маму.
Эти слова вызвали уважение у обеих девушек и презрительные взгляды со стороны Сычуаньки и Ван Чу. «Ну, братан, на твоём фоне мы теперь выглядим не очень-то почтительными сыновьями!»
— Кстати, на следующей неделе ярмарка вакансий. Как у вас подготовка? — спросил Линь Мо.
Хэ Сяоюэ и староста тяжело вздохнули.
— Мы посмотрели список компаний, который куратор скинула в чат. Всё как обычно, почти те же, что и каждый год. На хорошие должности в приличных фирмах претендентов полно, но попробовать в любом случае стоит. Резюме мы уже подготовили, посмотрим, что из этого выйдет, — ответила одна из них.
— Да уж, не то что вы, трое. Ещё и четвёртый курс не закончили, а вопрос с работой уже решён, — подхватила Хэ Сяоюэ. — Линь Мо, твой ресторан приносит сотни тысяч в неделю, Сычуанька — блогер с тремя миллионами подписчиков. Удивительно, что в группе об этом знаем только мы. Вы отлично храните секреты. Я бы на вашем месте давно уже всем разболтала. Так хочется посмотреть на их лица, когда они узнают, чего вы добились.
Все они были молоды, но мало кто, заработав большие деньги ещё до выпуска, мог оставаться таким же скромным, как Линь Мо и Сычуанька.
Конечно, причины у них были разные. У Линь Мо было слишком много секретов, чтобы привлекать к себе внимание, а Сычуанька просто боялся, что о нём узнают.
И самое главное, если их нынешнее положение станет достоянием общественности, это может привлечь недоброжелателей.
Как говорится, умысла навредить другим быть не должно, но бдительности терять нельзя. Не выставлять своё богатство напоказ — лучший выбор.
— Вам двоим тоже не о чем беспокоиться. Сычуанька собирается открывать студию, сейчас у него в штате только Ван Чу, а я и сестра Юань работаем как партнёры. Сестра Юань ещё раньше говорила: если на ярмарке вакансий ничего не выгорит, приходите к нам, будем работать вместе, — с улыбкой сказал Линь Мо.
Староста и Хэ Сяоюэ кивнули. По крайней мере, у них был отличный запасной вариант, и это снимало огромное психологическое давление.
Пока они разговаривали, прозвенел звонок. Куратор Цзян Тао, закончив перекличку, начала рассказывать о том, на что стоит обратить внимание на ярмарке вакансий.
Почти все слушали внимательно. Лишь Линь Мо и его друзья, усевшись в углу, успели сыграть пару раундов в игру.
Когда занятие закончилось и все стали выходить, Линь Мо внезапно спросил:
— Чжао Тинтин так и не вернулась. Вы ничего о ней не слышали?
Девушки покачали головами. Хэ Сяоюэ предположила:
— Наверное, боится возвращаться в университет. Если на ярмарке вакансий её не будет, значит, уже нашла работу.
После занятия они впятером пошли к жилому комплексу «Чэнъюэ» и уставились на две новые машины и старый «гелик» госпожи Юань.
Хэ Сяоюэ указала на «Кадиллак», стоявший посередине, и рассмеялась:
— Ха-ха-ха, посмотрите! Такое чувство, будто его выкакали эти две машины!
Сычуанька: …
http://tl.rulate.ru/book/149479/8664970
Готово:
А зачем он носит его так небрежно тогда? Не боится случайно разбить? Нельзя в сейфе каком-то бережно хранить?