Каково это — внезапно получить удар молнии? Наверное, именно так себя чувствуешь.
Казалось, будто нечто холодное и одновременно обжигающе горячее пронзило его от макушки до кончиков пальцев на ногах.
Глядя на побелевшего Кван Хона, Ли Ан медленно заговорил:
— Глава зала Финансов Сычуаньского филиала Кван Хон.
— !!
— Ты не ответишь?
Павильон Расследования Преступлений был организацией, созданной для поддержания правопорядка.
Среди них должность главного следователя была самой высокой, не считая главы павильона и его заместителя. В Сычуаньском филиале это положение было сопоставимо с должностью главного командира О Пёнчхана.
И Ли Ан был левым главным следователем — тем, кто среди левого и правого главных следователей считался на ступень выше. Иными словами, он был фактическим третьим лицом в Сычуаньском павильоне Расследования Преступлений.
Даже глава зала Финансов не смел позволять себе вольностей в разговоре с ним. И это еще в Сычуани, где сила денег была велика, а в центральных регионах власть главных следователей была такова, что могла и летящую птицу сбить.
Глядя на молчащего Кван Хона, Ли Ан продолжил:
— С этого момента налоговый чиновник четвертого ранга Сычуаньского филиала и глава зала Финансов Кван Хон арестован. После задержания конвоировать его в тюрьму главного управления павильона Расследования Преступлений и запретить любые свидания.
Ли Ан выхватил из-за пояса красный жезл.
— Кроме того, если отныне кто-либо посмеет защищать преступника, препятствовать аресту или иным образом мешать исполнению служебных обязанностей, он будет сочтен соучастником и также подвергнется аресту. Это строгий приказ левого главного следователя павильона Расследования Преступлений.
В его голосе звучало пугающее величие.
Это была аура подавления, которой мог обладать лишь высокопоставленный следователь с богатым боевым опытом, укрепивший свое положение заслугами, достигнутыми за время поимки всевозможных злодеев мурима вместе с Со Чондамом.
— Н-нет.
Кван Хон бессознательно отступил на пару шагов.
— Э-это ловушка! Этот мерзкий хорек меня...!
— Я проверил реестр с твоим именем, записанный в копии. Более того, в разговоре с гражданским ты негласно признал факт получения взяток, а в беседе с главным командиром О Пёнчханом сознался в том, что тайно совершал злодеяния, неведомые миру.
Красный жезл Ли Ана указал на Кван Хона.
Ш-ш-ш.
Туманообразная энергия, струящаяся с конца жезла, начала сковывать конечности Кван Хона.
Лицо Кван Хона побледнело.
Жезл, в котором была сконцентрирована мощная внутренняя энергия, сам по себе создавал колоссальное давление. Одного того, что он был направлен на него, хватало, чтобы сбить дыхание.
— В случае побега санкционирую приказ об убийстве на месте.
Это означало, что если он попытается сбежать, его убьют.
Это был приказ, отданный лично левым главным следователем. В случае побега каждый следователь в Сычуани будет охотиться за Кван Хоном.
«Что происходит?»
Кван Хон не мог прийти в себя.
В голове было абсолютно пусто. Он не знал, что говорить и как действовать.
Ли Ан приказал человеку, стоявшему справа:
— Связать преступника.
— Есть.
Мужчина в форме высокопоставленного следователя направился к Кван Хону.
В этот момент.
Бах!
Край потолка с грохотом обвалился, и в помещение, словно молния, ворвался пожилой мужчина. Наставник Кон, Кон Ду.
Проломив потолок, он сразу же метнул две маленькие сферы. На вид это были крайне опасные предметы.
Со Чондам, скрывавший свое присутствие и стоявший в углу, молниеносно выбросил руки.
Вспышка!
Не успели сферы коснуться пола, как мягкая сила ладоней Со Чондама вновь подбросила их к потолку.
В то мгновение, когда все были сбиты с толку.
Кон Ду в мгновение ока оказался прямо перед носом Кван Хона. И в этот момент он уже бросал на пол очередную сферу.
О Пёнчхан поспешно потянулся к сфере, а левая рука Кон Ду попыталась схватить Кван Хона за плечо.
Бац!
От удара ноги Чин Хёна левая рука Кон Ду отлетела вверх.
За долю секунды взгляды Чин Хёна и Кон Ду встретились, признав друг в друге противников.
Вжух!
Не теряя набранной скорости, Чин Хён схватил Кон Ду за грудки и с силой оттолкнулся от пола.
Бам!
В тот момент, когда они проломили колонну, колено Кон Ду ударило Чин Хёна в живот снизу вверх.
Удар был настолько сильным, что из легких со свистом вырвался воздух. Несмотря на защиту энергии закалки тела, он почувствовал пронзительную боль. Это был тяжелый удар, совершенно не соответствовавший его щуплому телосложению.
Чин Хён, перехватив правой рукой левую руку Кон Ду, высвободил энергию закалки тела.
Хрусь!
Кость в левой руке Кон Ду треснула.
Несмотря на использование Ладони Змеи и Акулы, дело ограничилось лишь трещиной. Вопреки внешнему виду, прочность и эластичность его кожи, мышц и костей были невероятными.
Тело, мощно закаленное внутренней энергией. Нынешней Ладонью Змеи и Акулы сломать ему шею было невозможно.
Бац!
Левый локоть Кон Ду врезался в лицо Чин Хёна.
Он атаковал даже сломанной рукой. Боль для него не значила ровным счетом ничего.
Крутанувшись в сторону удара, Чин Хён оперся рукой о землю и взмахнул коленом.
Хрясь!
Получив удар в самую середину груди, Кон Ду со сдавленным стоном отлетел в стену.
Мгновенно выровняв стойку, Чин Хён взмахнул правой рукой.
Удар был нацелен в сонную артерию Кон Ду. В пальцах, скрюченных подобно орлиным когтям, была сосредоточена ледяная энергия закалки тела. Это был Удар Смертоносного Орла из Искусства Десяти Пальцев, Истребляющих Душу.
Вжик!
Рефлексы у него были потрясающими.
Рука, несшая в себе жажду крови Удара Смертоносного Орла, лишь разорвала щеку Кон Ду. Едва пригнувшись, тот увернулся, отведя голову и пропустив атаку мимо.
Половина лица превратилась в кровавое месиво, но жизни он не лишился. И не только это. Несмотря на то, что кусок плоти с левой щеки был сорван, он уже успел выхватить кинжал и попытался вонзить его в солнечное сплетение Чин Хёна.
Настоящий мастер, способный мгновенно реагировать даже при жуткой боли и так же естественно, как дышать, целить в смертельные точки.
Вот что значит поистине искусный наемный убийца. Во времена, когда он был Владыкой Альянса Восьми Пустошей, только убийцы такого уровня могли заслужить признание.
Однако.
«Тебе еще далеко».
Левая рука Чин Хёна молниеносно перехватила запястье Кон Ду.
Впервые в глазах Кон Ду мелькнуло замешательство.
Он точно нацелился в брешь, но противник, развернув корпус, ухитрился перехватить руку с кинжалом. Дело было не в скорости реакции, а в умении читать движения врага. Не зная заранее, выдать подобную реакцию было невозможно.
Хрясь!
Ладонь Чин Хёна ударила Кон Ду в челюсть снизу вверх.
Взгляд Кон Ду на мгновение расфокусировался. В глазах потемнело, и он наполовину потерял сознание.
— Ха!
Несмотря на то, что удар в челюсть прошел точно в цель, он с резким выдохом сумел удержать сознание.
И сто с лишним лет назад существовало множество убийц, превосходивших его в мастерстве, но столь упорные встречались редко.
Восхитившись силой духа Кон Ду, Чин Хён сокрушительно ударил его локтем в висок.
Бац!
Чистое попадание — решающий удар, против которого была бессильна любая сила воли наемника.
Тело Кон Ду осело на пол.
— Наставник Чин!
— Вы в порядке?!
Чин Хён в одно мгновение повалил Кон Ду лицом вниз, заблокировал его парализующие точки и вывихнул плечевые суставы. Чтобы, даже если точки откроются, тот не смог сопротивляться.
Быстро и точно. И предельно осмотрительно.
Ли Ан не мог скрыть восхищения техникой Чин Хёна. Даже в бытность рядовым следователем ему нечасто удавалось столь стремительно нейтрализовать противника.
Способ, который применил Чин Хён, был из арсенала Владыки Альянса Восьми Пустошей, когда требовалось взять убийцу живым. Из-за другого тела движения вышли чуть неловкими, но результат превзошел все ожидания.
Придавив спину Кон Ду коленом, Чин Хён спросил:
— Кажется, это были ядовитые бомбы. Они не взорвались?
— Нет. Все целы.
— Какое облегчение.
Вздохнув, Чин Хён плюхнулся на пол в сторонке.
«Всё ломит».
Лицо горело огнем. В том месте, куда пришелся удар локтем Кон Ду.
А из-за того, что он слишком резко развернул корпус, оба бока болезненно тянуло. Несмотря на все тренировки, мышцы испытали шок.
«Всё лучше, чем получить ножом».
Похлопав себя по бокам, Чин Хён поднялся на ноги.
— Почему всё только мне!
Выкрик Кван Хона раздался так, словно он только этого и ждал.
Его раскрасневшееся лицо уродливо исказилось.
— Вы же всё слышали! Этот ублюдок тоже брал взятки! Так почему вы его не задерживаете?!
Взгляд вопящего благим матом Кван Хона был устремлен на О Пёнчхана.
Молча подойдя к Кван Хону, Ли Ан взмахнул жезлом.
Хрясь!
Обошлось даже без стона. Лицо Кван Хона мгновенно распухло. Удар был настолько сильным, что три сломанных зуба отлетели на пол.
Если бы в удар была вложена внутренняя энергия, ему бы снесло голову. Лицо Кван Хона побледнело как полотно.
Спокойно посмотрев на перепуганного Кван Хона, Ли Ан приказал подчиненному:
— Уведите его.
— Есть.
В этот момент на глаза Кван Хону попался Кон Ду.
Самый полезный из его червей.
— ...Это он.
— Что?
— Я сделал это под его угрозами. Не по своей воле. Прошу учесть это.
На лице Со Чондама появилось выражение крайнего отвращения.
Свалить вину на подчиненного, который бросился спасать его жизнь, лишь бы выкрутиться самому — на это было тошно смотреть. Наверняка даже наемный убийца, услышав эти слова, почувствовал бы опустошение.
— Вы видели?
— ...
— Вот такие ничтожества наживались на грязных деньгах и жили припеваючи.
В ответ на слова Со Чондама Ли Ан вздохнул.
— Я слишком много думал.
— Главное, что ты начал действовать сейчас.
— Нет. Если бы заместитель главы павильона лично не отправился со мной и не вызвался сдерживать давление сверху, я бы до сих пор сомневался.
Со Чондам горько усмехнулся.
— Не принижай себя. Иначе кем тогда окажусь я, поверивший в тебя?
— ...
— К тому же я не заместитель главы павильона. Я главный наставник.
— А, прошу прощения. Сказал по привычке.
— Какой же ты неинтересный человек.
Ли Ан огляделся по сторонам.
Большинство собравшихся на пятом этаже были высокопоставленными следователями павильона Расследования Преступлений, но статус одного из них был особенным.
Это был правый главный следователь, который был на год младше Ли Ана по службе.
— Прости, что вызвал тебя без объяснений. Всё могло обернуться опасностью.
— ...
— Но у меня не было иного способа убедить тебя.
Молча смотревший на Ли Ана правый главный следователь сухо кивнул.
— Я доложу об этом наверх.
— Да, так и сделай.
Ничего не поделаешь. Правый главный следователь был человеком, умеющим приспосабливаться к обстоятельствам. Как старшему, Ли Ану стало перед ним неловко.
Правый главный следователь, проходя мимо огорченного Ли Ана, остановился и произнес:
— Старший.
— Говори.
— Я, конечно, жил в достатке, но не опускался до уровня таких подонков.
— !
— Дисциплинарное взыскание за нарушение субординации понесем вместе.
Взгляд Ли Ана дрогнул.
Но это продлилось лишь миг.
— Спасибо тебе.
— С вас выпивка.
— Обязательно.
Позади суетящихся следователей...
— Фух.
Чин Хён наполнил чарку сидящему напротив О Пёнчхану. Тот смотрел на нее усталым взглядом.
Ли Ан обратился к О Пёнчхану.
— Я не стану выписывать отдельную повестку, но вам придется зайти к нам до прибытия боевого следователя из главного управления.
— ...Не волнуйся.
— Вы отлично потрудились.
Ли Ан также обратился к Чин Хёну.
— Не пойдете домой отдыхать?
— Сначала немного побеседую с главным командиром.
— Хорошо. А что насчет человека, связанного с преступником...?
— Завтра мы вместе заглянем к вам.
— Понял. Приходите как-нибудь поужинать после работы. Я хочу отблагодарить вас должным образом.
— Думаете, мне кусок в горло полезет в заведении, кишащем следователями?
Ли Ан, усмехнувшись, спустился вниз.
Осталось лишь трое, включая Со Чондама.
— Ох, моя спина.
Со Чондам сел между ними двумя.
Чин Хён наполнил и его чарку.
— Спасибо, наставник.
— Не за что.
Со Чондам посмотрел на О Пёнчхана и произнес:
— Я знал, что стратегии и тактики командира О великолепны, но не ожидал, что вы еще и актерствовать горазды.
О Пёнчхан закрыл глаза.
— Я тоже грешен.
— То, что ваш сын из-за нужды один раз взял взятку, не запятнает репутацию командира О.
— То, что чиновник, питающийся казенными харчами Альянса, не смог приструнить собственного ребенка — великий грех.
Со Чондаму было жаль его. Хоть у него и не было детей, он всем сердцем понимал чувства О Пёнчхана.
Поэтому он не смел сказать, что это не грех. Окажись он на его месте, почувствовал бы то же самое. Нет, он, скорее всего, сам бы надел на себя кандалы и явился с повинной.
В этот момент заговорил Чин Хён:
— Вам знакомо понятие «искупление вины заслугами»?
— Ошибку в воспитании ребенка не искупить никакими заслугами. Какими бы выдающимися ни были достижения.
— Вот как.
Чин Хён улыбнулся.
— Вы помогли поймать преступника, так что этого с лихвой хватит для снисхождения. Однако, если вас это всё еще гложет, решайте сами.
О Пёнчхан, спокойно глядя на Чин Хёна, бросил вопрос:
— А что бы сделал ты?
— Меня вам лучше не спрашивать. Я из тех, кто не желает иметь никаких дел с альянсом Небесной Воли.
— Ты за словом в карман не лезешь даже перед чиновниками.
— Уж таким я уродился.
— Мне, как грешнику, не пристало такое говорить, но даже под властью альянса Небесной Воли полным-полно нарушителей закона. И я...
— ...
— Я считаю, что так быть не должно, но в то же время воспринимаю это как закономерный результат.
Взгляд Со Чондама дрогнул.
О Пёнчхан признался еще более спокойным тоном:
— На мой взгляд, нынешний альянс Небесной Воли лишь разросся в размерах, но утратил свою суть. Повсюду полным-полно чиновников, творящих бесчинства. Удивительно, что мир до сих пор не перевернулся вверх дном.
— Вот как.
— Пусть человеку, не сумевшему приструнить собственное дитя, и не следует такого говорить, но я повидал немало людей вроде тебя, попадавших в переделки.
Взгляд Чин Хёна потемнел.
О Пёнчхан осушил чарку и поднялся на ноги.
— Если устроить переполох мелочно, останешься обычным хулиганом. Но если сделать всё с размахом, тебя будут чествовать как героя.
— ...
— Главное — не живи так же нелепо, как я.
http://tl.rulate.ru/book/149258/25795101
Готово:
