Переводил и редактировал Капитан Глум! То ли ещё будет!
— Вот, вот теперь точно последнее мясо, честное слово!
Дополнительная порция была доставлена прямо на пиршественную площадку.
Сколько же мяса они съели за весь этот день — даже считать не хочется. Но и мужчины, и женщины всё равно с восторженными криками бросились к подносу, будто с самого утра ничего не ели.
Я наблюдал за этим со стороны — стоя у стены родового дома Ву, — и обернулся к девушке рядом.
— Лала Ву, ты не пойдёшь за мясом?
— Нет, я уже сыта. Даже слишком. Кажется, я объелась. Надеюсь, не растолстею.
Если честно, ей бы даже не повредило немного округлиться — по сравнению с двумя её старшими сёстрами она всё ещё слишком худая.
Хотя Лале всего двенадцать, и, похоже, её тело растёт не вширь, а ввысь. Через пару лет она наверняка станет не менее прелестной, чем её сестры.
— Слушай, — сказала она, прикрыв глаза в задумчивости, — тот огонь в конце церемонии… он был потрясающий. Что это вообще было?
— Особое фруктовое вино. Оно горит, если поднести к пламени.
Конечно, это было то самое вино, что мне подарил Камуя Йош.
Бутылка была одна, и другого случая использовать её я не придумал — вот и пустил в ход как эффектный финальный штрих пира.
— Понятно, — рассеянно произнесла Лала Ву и мечтательно прикрыла глаза.
— А всё-таки Ама Мин Лутим — просто чудо, да? — продолжила она. — Она и раньше была красавицей, но в свадебном наряде… прямо как богиня.
— Согласен. Я сам чуть не остолбенел, когда увидел. Но знаешь, Лала Ву, твой наряд тоже очень красивый.
Лара Ву, конечно, тоже была в праздничном одеянии.
Хотя она ещё совсем юная, с распущенными волосами выглядела куда взрослее.
Я решил не хвалить внешность — ограничился одеждой. Но всё равно получил звонкую оплеуху по спине.
— Ай! Ай-ай-ай… — поморщился я. — Так что за дело у тебя ко мне, если не просто поболтать?
— А? Да нет, собственно, не к тебе. Ты, случайно, не видел Шина Ву?
— Шина Ву? Хм… может, он с Рудо Ву где-то ошивается?
— Нет, Рудо был с остальными братьями. Странно… ведь только что он был с Шилой и остальными.
Ну, неудивительно — на пиру ведь собралось больше сотни человек.
Даже я, хоть и закончил с готовкой, всё ещё не мог найти Ай Фа.
— Эй, Асута! — донёсся знакомый голос. — Отдохни хоть немного! Тебе ведь пришлось не только у очага стоять, но и со слабоумными из рода Сун разбираться!
Как говорится, вспомни про черта… и он появится. Рудо Ву вынырнул из толпы, ухмыляясь.
— Если бы брат Джиза не встал рядом, я бы сам в одиночку навалял этим придуркам, — гордо заявил он. — Ну да ладно, пир-то всё же у Лутим, пусть их старик покрасуется.
— Тихо ты, коротышка, — сказала Лала Ву, скрестив руки. — С людьми из рода Сун вообще лучше не связываться.
— Да заткнись, девчонка. — Он скривился. — А вы что тут, парочкой стоите? Или ты, Асута, правда решил взять в жёны кого-то, у кого даже не поймёшь — парень это или девушка?
Разъярённая Лала Ву попыталась влепить ему пощёчину, но Рудо ловко уклонился.
— Ладно, ладно, — сказал я, пытаясь разрядить обстановку. — У нас же праздник. Кстати, Рудо Ву, не знаешь, где Шин Ву?
— Шин Ву? А, да. Он возле пустого дома, где вы ночевали.
Тут Рудо нахмурился, словно что-то вспомнив.
— Хотя… кажется, с ним была Ай Фа. Тьфу, зря я, наверное, ляпнул ему тогда то, что сказал.
— Ляпнул?.. — повторил я, чувствуя, как в голове наконец складывается нужный пазл.
— Что значит «лишнего наговорил»? Что ты такое наплёл Шину Ву? И вообще — почему Шин Ву разговаривает с Ай Фа?!
— Отстань, не твоё дело, — буркнул Рудо Ву, но при этом уставился прямо на меня.
Я кивнул и оттолкнулся плечом от стены.
— Пойдём, Лала Ву. Я как раз сам искал Ай Фа.
— Э? А, ну… ладно, — растерянно ответила Лала Ву, и я потянул её за собой к пустому дому.
— Эй, так что всё-таки происходит? Что там с Шином Ву и Ай Фа?
— Не знаю пока. Я ведь не так хорошо знаю Шина Ву. Лучше ты с ним поговори, если получится.
Мы с Лалой Ву пробирались сквозь весёлую, гудящую толпу.
Все, казалось, были счастливы.
Даже обычно суровые мужчины смеялись, раскрасневшиеся от вина и жара костров.
Мясо, вино, семья, родичи. Оранжевое пламя, мужественный жених и прекрасная невеста — все вокруг были пьяны от радости.
Я чувствовал, как тепло разливается по груди: радость, что смог быть частью этого праздника.
Гордость за то, что выполнил своё дело.
И всё же… разделить эти чувства я мог только с ней — с Ай Фа.
— А! — вдруг воскликнула Лала Ву.
Из-за пустого дома, где было темнее и тише, появились Ай Фа и Шин Ву.
Через миг Син Ву уже растворился в толпе, а Ай Фа осталась стоять на месте.
— Шин! Шин Ву! — крикнула Лара Ву, вырвала руку из моей ладони и побежала за ним.
А я, конечно, направился прямо к Ай Фа.
— Асута… — произнесла она, удивлённо распахнув глаза.
— Что случилось? Всё в порядке?
— Да… всё в порядке, — коротко ответила она.
Я остановился перед ней — и тут же колени предательски дрогнули.
Чуть не рухнул бы, если бы Ай Фа не успела подхватить меня своей крепкой рукой.
— Что с тобой? Ты ранен?
— Нет… просто вымотался. В конце концов, кроме случайных проб на вкус, я сегодня толком ничего не ел.
— Глупец, — резко сказала она. — Столько трудился и даже не поел по-человечески?
Она нахмурилась и усадила меня, прислонив к стене дома.
— Сиди. Сейчас принесу тебе мяса.
— Нет, не надо, — я поспешно схватил её за руку. — Я всё равно пока есть не смогу.
Лучше дай мне немного прийти в себя.
Я медленно осел на землю, чувствуя, как усталость наконец наваливается всей тяжестью.
Ай Фа колебалась секунду, а потом тоже села рядом — привычно, с одним коленом поднятым.
— Знаешь, — сказал я, — на празднике ты могла бы хотя бы чуть-чуть вести себя… ну, как женщина.
— Не начинай, — хмуро ответила она. — Я надела это только потому, что старая Джиба настояла. —
Она щёлкнула пальцем по полупрозрачной вуали, словно раздражённая этим украшением.
— Я прежде всего глава дома и охотница. И когда я надеваю такую одежду, это выглядит нелепо.
— Ничего нелепого. Да, ты охотница и глава семьи, но ты ведь и женщина. И это видно.
Ай Фа нахмурилась, но я только улыбнулся.
— Тебе очень идёт. Честно. Ты красивая, и это не комплимент ради вежливости.
Ай Фа не покраснела — только замерла, будто подавилась воздухом, и пару раз моргнула.
— Шумный, — наконец выдохнула она и отвернулась к весёлой, неугомонной толпе, где пир всё ещё гремел.
— …Значит, всё, работа закончена?
— Да. Всё.
— Что бы там дальше ни было — ты сделал своё дело.
— Ага.
— Это и есть твоя сила, Асута.
В её голосе было что-то далёкое, почти грустное.
Она смотрела куда-то мимо, в сторону костров, и я вдруг ощутил странное чувство — будто она отдаляется от меня, хоть сидит рядом.
— Асута.
— Ага.
— Ты ведь должен быть рядом с Лутим, не так ли?
Я молча уставился на её профиль.
Ай Фа не обернулась.
— Газран Лутим признал твою силу. Дан Лутим — тоже. Конечно, стать зятем главы рода тебе не позволят, но, как и я, ты можешь стать членом семьи без кровных уз. Тебя там примут с распростёртыми объятиями.
— Эй.
— А если укрепишь связь, может, и жениться позволят в одной из боковых ветвей. Тогда ты тоже сможешь жить здесь, в Морихене…
— Что за чушь ты несёшь? Почему вдруг об этом заговорила?
Я шагнул ближе к ней, но Ай Фа так и не подняла взгляд.
— Тогда спрошу наоборот. Зачем ты остаёшься в доме Фа? Что ты собираешься делать?
— Как — зачем?..
— Дом Фа не так богат, как Лутим или Ву. Таких пышных угощений ты там не увидишь. Только ария, пойтан, мясо гибы и немного овощей. Ты будешь готовить еду лишь для нас двоих… И тебе этого достаточно?
— Достаточно. Я же не как повар готовлю тебе, а как член семьи. Хранитель очага ведь должен кормить дом, вот и всё. В этом и есть его дело — сделать обед из того, что есть.
— И тебе этого хватает?
— Хватает, — твёрдо ответил я.
— Если я могу готовить вот так, как сегодня, — это уже счастье. Но я хочу готовить не для Ву и не для Лутим. Для дома Фа. Хочу, чтобы именно ты ела мою пищу.
Ай Фа промолчала.
— Вдруг опять появится кто-нибудь вроде тех благородных чудил, что зовут меня на пир или просят готовить на один вечер? Я не против. Пусть так. Но дом, в котором я хочу жить, — это дом Фа. Хочу оставаться там, держа в уме, что впереди может ждать что-то ещё.
— Однако… — пробормотала Ай Фа, всё так же не глядя на меня. — Сегодня я снова связалась с людьми Сун дурной связью.
— Ну и что? Я ведь тоже.
— У меня есть сила, чтобы защитить себя. Но пока я в лесу, я не смогу защитить тебя, если останешься один.
— Это…
— Лутим и Ву обладают такой силой. Сун могут подослать кого-нибудь, чтобы досадить, но открыто бросить вызов Лутим или Ву сейчас они не посмеют.
— …
— Держать Асуту в доме Фа — опасно.
— Это твоя собственная мысль?
Я шагнул ближе. Ай Фа не шелохнулась.
— Ты ведь уже знал Додду Суна, виделся с ним неделю назад. Почему вдруг именно сейчас ты об этом заговорила?
— С тех пор ты всё время жил в поселении Ву.
— Да, но сегодня утром ты сама сказала: «Завтра всё будет, как прежде». Так почему вдруг переменила решение?
— Потому что сегодня я снова пересеклась со Сун. А ты — показал силу перед Лутим.
— Вот и всё?
— …Мне сказали, что Асута не должен оставаться в доме Фа.
— Рейна Ву, да?
Ай Фа не ответила.
— Я так и думал. Я благодарен ей за заботу, правда. Но это её чувства. А мои — другие. Я слушаю только себя… и тебя.
Она промолчала.
— Я уже решил. Я хочу остаться в доме Фа. Я уйду только если ты сама выгонишь меня.
— Если я скажу тебе уйти — уйдёшь?
Я рассердился, схватил её за плечо и заставил повернуться.
Ай Фа могла бы легко вырваться, но не стала.
Её голубые глаза впервые за долгое время встретились с моими.
— Я хочу быть рядом с тобой. Даже если ты возненавидишь меня — не хочу уходить. Хочешь выгнать — выгоняй силой. Сила-то всё равно не на моей стороне.
Она молчала.
— Ты ведь сама сказала, что не хочешь, чтобы я исчезал. Это была ложь?
В глазах Ай Фа вспыхнул огонь.
— Не хочу, чтобы ты исчез! Вот поэтому и говорю: тебе стоит войти в дом Лутим!
— Вот как. Раз ты так думаешь… тем более я не хочу от тебя уходить. Если с Сун действительно опасно — мы что-нибудь придумаем. В крайнем случае я даже попрошу помощи у того Камуи Йоша.
— Он житель Каменного Города, — холодно напомнила Ай Фа.
— Если тебе это не по душе — не буду. Тогда пойду к Ву или Лутим, хоть на коленях попрошу: «Защитите меня». Пусть я не из ваших, пусть я посторонний — всё равно. Я просто не хочу расставаться с тобой, Ай Фа.
Глаза Ай Фа, всё ещё пылавшие внутренним огнём, слегка дрогнули.
Злилась ли она? Или — возможно — сама не понимала, что сейчас чувствует.
Ай Фа — женщина, но при этом охотница.
Единственная на всём Морихене, кто несёт на себе обе эти роли.
Я сказал:
— …Что хотел Шин Ву?
— Что?
— Ну, вы ведь только что говорили. Это не связано ли с «жертвенной охотой»? Может, он хотел посоветоваться с тобой… мол, хочет тоже заняться этим, чтобы прокормить свою семью — пятерых человек?
Ай Фа промолчала.
— И что ты ему ответила, Ай Фа?
— «жертвенная охота» — опасное дело, — сказала она негромко. — Если ты погибнешь, кто защитит твоих родных?
— Понятно. Но ведь и ты продолжаешь заниматься этим, хотя в доме у тебя есть я. Этот сладковатый запах от тебя — от плодов, что приманивают гибу, верно?
Лицо Ай Фа слегка порозовело.
Даже в таком состоянии — рассерженная, сбитая с толку — всё равно смущается, когда речь заходит о запахе.
А я… я люблю этот запах.
Сладкий аромат плодов, что манят гибу.
Свежесть душистых трав.
Остроту листьев пико.
Мягкое благоухание плодов григи.
И аппетитный дух мяса и жира.
Все эти запахи сливаются в единый аромат — аромат Ай Фа.
Он только её.
Ай Фа, что совмещает труд охотника и заботу хозяйки.
Запах дома и запах леса, сплетённые воедино.
— Ты ведь сама не выносишь, когда кто-то говорит тебе, что нет нужды рисковать жизнью ради охоты, верно, Ай Фа?
— …
— Вот и я не хочу, чтобы кто-то говорил, будто быть хранителем очага в доме Фа — опасное дело.
В памяти всплыли слова Рудо Ву: «Не беспокойся о ней — лучше уважай».
Да, уважай.
Ай Фа продолжает выходить на охоту, рискуя собой, — чтобы жить как морихонка, как охотница.
Если бы она перестала охотиться на «жертву», ей, возможно, пришлось бы вовсе отказаться от охоты.
Стать просто женщиной, выйти замуж, смириться с судьбой.
Но она отказалась. Выбрала быть охотницей.
И именно поэтому она стала такой сильной, гордой и прекрасной.
Я не хочу отрицать этот выбор.
Не хочу перечёркивать её решимость.
Потому что именно такой — какой она есть — Ай Фа меня и пленила.
В ней соединены запах леса и тепло очага.
Сила охотницы и мягкость девушки.
И потому я хочу быть рядом с ней.
— Я тоже подумаю, что делать с домом Сун, — сказал я тихо. — Но, пожалуйста… позволь мне остаться рядом. Я хочу быть с тобой.
Ай Фа долго молчала.
Её глаза, полные внутреннего света, пристально вглядывались в мои — будто проверяя, искренен ли я.
Не знаю, сколько времени мы так просидели.
А потом Ай Фа отвернулась и пробормотала:
— …Делай как хочешь.
Губы её чуть поджались, щеки ещё оставались розовыми.
Вот теперь — да, это снова была моя Ай Фа.
Я с облегчением выдохнул.
И тут — шаги. Хруст гравия. Кто-то приближался.
— Простите, что прерываю, — прозвучал низкий голос. — Можно вас на минуту, Асута, Ай Фа?
Я поднял глаза — и обомлел.
Перед нами стоял Газран Лутим.
Могучий охотник в мантии с головой гибы, величественный и спокойный.
— А, добрый вечер. Нет, вы нам ничуть не мешаете, — выдавил я, вдруг сообразив, что всё ещё держу Ай Фа за плечо.
Поспешно отдёрнул руку.
Но Ай Фа, конечно, отвернулась, с раскрасневшимися щеками и поджатыми губами — так что, если бы кто взглянул со стороны, картина была более чем красноречива.
И всё же этот человек — Газран Лутим, гроза леса — ухитрился подойти и обратиться к нам именно в такой момент.
— Простите. Тело столько времени на празднике, что я не мог надолго отлучиться. Считал невежливым тревожить вас, но всё же решил подойти, — сказал он.
— А, нет-нет, пожалуйста, — ответил я и встал.
Ай Фа тоже встала — и в этот момент она со всей силы ткнула меня локтем в бок.
— Завтра неизвестно, сможем ли мы снова встретиться, так что решил принести остаток платы уже сегодня, — продолжил он.
Он протянул оставшуюся половину оговорённого вознаграждения: по зубу и рогу гибы с десяти штук. Видимо, это часть свадебных даров; аккуратно сшитые в ожерелье на кожаном шнуре.
— Благодарю вас за превосходную еду. Видя счастливые лица родни, я убедился, что принял верное решение, — сказал он.
— И я благодарен за то, что вы мне доверились… И поздравляю вас с бракосочетанием, — ответил я.
— Спасибо, — смущённо улыбнулся жених.
— И по поводу семьи Сун… мне очень жаль, что вам пришлось стать объектом их провокации. Отец Дан и Донда Ву были так разгневаны, что чуть не схватили мечи; пришлось мужчинам сдерживать их, — добавил он.
— Да это мы сами, можно сказать, перегнули. Я боялся, что тем самым навлекаю несчастье на Лутим, — признал я.
— Несчастья не спрашивают нашего разрешения — они приходят сами по себе. И это ясно показала сегодняшняя ночь, — сказал Газран Лутим ровным, ясным взглядом.
— Однако Сун вряд ли решатся на открытое нападение. Как бы они ни недолюбливали нас, без нашей помощи они не смогут охранять лес. Ради сохранения нынешнего мирного существования они не пойдут на открытую вражду с Ву или Лутим, — продолжил он.
— Понятно.
— Но вы другие. Дом Фа едва держится — всего двое домочадцев. Сун не составит труда уничтожить такую семью, если они того захотят, — добавил он строже.
Я молча слушал.
— Тем не менее, пока Ву и Лутим поддерживают с вами дружеские отношения, они вряд ли осмелятся на откровенную пакость. Но всё же — будьте осторожны, Ай Фа и Асута, — сказал Газран Лутим.
— Да, мы всё обдумаем, — ответила Ай Фа.
Газран Лутим кивнул и ещё раз взглянул на ожерелье, что висело у меня на руке.
— Но вы точно уверены, что достаточно двадцати голов гибы в качестве платы? Лично я хотел бы отдать всё ради сегодняшнего благословения, — сказал он тихо.
— Этого более чем достаточно. Мы искренне рады. Не станусь скромничать — скоро всё это пойдёт в дело, — ответил я, глядя на Ай Фа, у которой щеки всё ещё чуть-чуть горели.
— На эти деньги можно будет купить новую железную кастрюлю! Тогда в доме Фа можно будет одновременно жарить и варить супы. Стоило потрудиться, не так ли, хозяин? — весело воскликнул Газран.
Ай Фа, всё ещё надувшая губы сложенные в упрёк, слегка, не слишком сильно, пнула меня в ногу.
http://tl.rulate.ru/book/149243/8663955
Готово:
