— Как только аукцион закончится, займите позиции у выхода. Как только он появится, убейте его. И тех двоих из семьи Юнь тоже.
Цзяолун склонил голову.
— Слушаюсь, принцесса.
Фэн Ланьинь, услышав, что Пилюля Разрушения Духа действительно существует, была вне себя от радости.
— Сяосяо, ты слышала? Похоже, Юээр была права. У Юнь Хуа есть шанс на спасение.
Сяосяо тоже была взволнована, её глаза наполнились слезами.
— Я слышала. Брат Хуа наконец-то сможет снова тренироваться. Но... госпожа, у нас нет столько денег. Что нам делать?
В глазах Фэн Ланьинь мелькнула тень.
Она собрала всё, что могла, продала всё, что имело хоть какую-то ценность, но у неё было всего семьдесят тысяч золотых.
Теперь она только молилась, чтобы конкуренция не была слишком жёсткой, но... Му Цинсинь была рядом, и она не могла не заинтересоваться этой пилюлей.
— Как бы то ни было, мы должны получить эту Пилюлю Разрушения Духа. Если ничего не получится, продадим дом семьи Юнь.
— Госпожа!
Юнь Сяосяо не могла поверить своим ушам. В доме уже давно ничего не осталось, только это поместье, передававшееся из поколения в поколение. Это было единственное, что символизировало былую славу семьи Юнь. Если они действительно его продадут, семья Юнь больше никогда не сможет поднять голову.
Но Фэн Ланьинь была непреклонна.
— Я решила. Без людей, что толку от этого старого дома?
Но... она подвела Юээр.
Юээр с таким трудом дошла до этого момента, а теперь она лишит её даже дома.
Юнь Сяосяо тоже не могла сдержать слёз.
Небеса, что же сделала семья Юнь, чтобы заслужить такие испытания?
Юнь Гуйюэ постоянно следила за происходящим в ложе Фэн Ланьинь, и теперь не могла сдержать печали.
Пока она здесь, семья Юнь не будет такой, как раньше.
Цянь Суй была довольна реакцией людей и продолжила.
— Пилюля Разрушения Духа. Для тех, у кого разрушен даньтянь, она может восстановить его. Для тех, у кого даньтянь цел и чья сила ниже третьего пина Юаньлин-цзин, она может повысить уровень на один пин.
Начальная цена — пять тысяч золотых, минимальный шаг — одна тысяча золотых. Торги начинаются.
— Пять тысяч сто золотых!
— Пять тысяч пятьсот золотых!
— Пять тысяч семьсот золотых!
Начало торгов всегда было временем ажиотажа среди посетителей первого этажа. Они соревновались в ставках, и Юнь Гуйюэ наблюдала, как цена стремительно растёт. На её обычно бесстрастном лице наконец появилась лёгкая улыбка.
Су Му краем глаза увидел мелькнувшую на лице Юнь Гуйюэ улыбку и тоже невольно улыбнулся.
Разве алхимикам не хватало денег?
Наверное, она просто очень любила деньги.
Как и он. Они очень подходили друг другу.
Так что, может, ему стоило превратиться в женщину?
Цена Пилюли Разрушения Духа быстро достигла двадцати тысяч золотых, и голоса с первого этажа постепенно стихали, в то время как со второго этажа начали раздаваться ставки. Когда цена достигла сорока тысяч, раздался голос Му Цинсинь.
— Сорок пять тысяч золотых.
Му Цинсинь, чья божественная душа только что была серьёзно ранена, говорила ещё более мягко, что вызывало жалость.
Все знали, что принцесса хотела получить пилюлю для принца, и события сегодняшнего дня уже разошлись по городу, вызывая сочувствие.
Поэтому на мгновение все перестали делать ставки.
Аукционный дом погрузился в небывалую тишину.
Это было неожиданно для всех, ведь это была трёхранговая пилюля. Неужели она будет продана за сорок тысяч золотых?
Му Цинсинь с удовлетворением улыбнулась.
— Спасибо всем. Я не могу позволить себе уступить эту пилюлю. Вы все знаете состояние моего брата. Если он не сможет тренироваться до конца жизни, он, вероятно, впадёт в отчаяние и не захочет больше жить.
Сказав это, она заплакала, её голос дрожал.
Все поспешили утешить её.
— Принцесса, не расстраивайтесь. С этой пилюлей принц обязательно поправится.
— Да, принцесса, тот, кто причинил вред принцу, обязательно получит по заслугам. Не печальтесь больше.
— Спасибо всем за вашу поддержку.
Юнь Сяосяо стиснула зубы.
— Госпожа, эта Му Цинсинь действительно бесстыдница. Она ведёт себя так, будто Пилюля Разрушения Духа уже её.
Фэн Ланьинь, чьи губы постепенно бледнели, сказала.
— Делай ставку, Сяосяо.
— Хорошо.
Му Цинсинь уже сидела, спокойно потягивая чай, уверенная, что пилюля теперь её, но в этот момент раздался звонкий голос.
— Сорок шесть тысяч золотых!
— Кто этот невежа, который осмелился соревноваться с принцессой?
— Похоже, это семья Юнь. Они действительно не знают, что жизнь Юнь Хуа не стоит жизни принца.
— Семья Юнь, заткнитесь! Здесь вам не место.
Юнь Сяосяо сжала кулаки, но знала, что ни в коем случае нельзя здесь скандалить.
Она лишь звонко спросила.
— Сестра Цянь Суй, нарушает ли моя ставка правила вашего аукционного дома?
Цянь Суй улыбнулась, и её красота расцвела.
— Конечно, нет.
— Тогда те, кто мешает торгам, нарушают правила аукционного дома, и их следует выгнать и больше никогда не пускать сюда.
Цянь Суй услышала в словах этой девочки упрёк.
Она упрекала её за то, что она не поддерживала порядок.
Цянь Суй усмехнулась.
— Юнь-сяоцзе права. Приведите сюда тех, кто нарушил порядок.
Люди в чёрном снова появились, и сцена, когда они выбросили сразу нескольких человек, была ещё более впечатляющей, чем когда они выбросили Су Жао.
Юнь Гуйюэ смотрела на Юнь Сяосяо внизу, которая, подняв голову, сдерживала обиду и противостояла этим людям, и улыбнулась.
Эта девочка действительно защищала семью Юнь и саму Юнь Гуйюэ. Хотя её талант был немного слабее, чем у Юнь Хуа, она была перспективной ученицей, которую можно было хорошо воспитать.
Цянь Суй извиняюще улыбнулась Юнь Сяосяо, но не сказала больше, ведь если бы она сказала слишком много, это могло бы вызвать враждебность к Юнь Сяосяо.
Теперь никто больше не осмеливался спорить с Юнь Сяосяо.
А те, кто боялся конкурировать с Му Цинсинь, теперь тоже начали делать ставки.
В конце концов, этот лот доставался тому, кто предложит самую высокую цену, так что все эти разговоры о статусе были просто глупостью.
Через несколько ставок цена достигла пятидесяти тысяч золотых.
Му Цинсинь стиснула зубы и злобно проговорила.
— Эта проклятая Юнь Сяосяо испортила мне всё!
Сейчас она просто хотела убить её!
http://tl.rulate.ru/book/149229/8650813
Готово:
