— Тётя, я беременна от Лу Сюаня, но, пожалуйста, не поймите меня неправильно. Я не хочу вас шантажировать. Просто это маленькая жизнь, и я не могу просто так избавиться от неё.
Голос Дун Чэньли звучал мягко и печально.
Цзян Яо слушала и мысленно восхищалась.
Эта женщина действительно умеет играть на жалости.
— Значит, ты связалась со мной, чтобы, используя ребёнка, вымогать у нас деньги? — голос Фан Мань был полон сарказма и злобы. — Я видела таких жадных женщин, как ты, много раз. Если ты думаешь, что сможешь шантажировать нашу семью, то ты ошибаешься!
— Нет, тётя.
Голос Дун Чэньли звучал искренне.
— Я никогда не думала о деньгах. Я просто хочу, чтобы ребёнок родился и воспитывался в вашей семье.
Ведь если он останется со мной, ему придётся жить в нищете! А в вашей семье он не будет нуждаться и сможет расти счастливым. Я не хочу, чтобы он был несчастным, как я.
Её слова звучали правдоподобно.
Но Цзян Яо не верила.
Впрочем, это её не касалось, и она собиралась тихо уйти, чтобы избежать неприятностей.
Но в этот момент Лянь Инин вдруг громко крикнула в её сторону.
— Яояо, какой напиток ты хочешь? Клубничный подойдёт?
Цзян Яо резко остановилась.
Дун Чэньли и Фан Мань, которые только что разговаривали, тоже вздрогнули.
Фан Мань сразу же вышла из-за ширмы и, увидев лицо Цзян Яо, вспомнила унижение, которое та ей нанесла за пределами мастерской «Ипинь гэ».
К тому же она, вероятно, слышала их разговор?
— Ха, дочка семьи Цзян, оказывается, подслушивает чужие разговоры. Не стыдно?
— Если хотите поговорить о личном, идите домой. Это бар, сюда может зайти кто угодно. Вы говорили так громко, что я подумала, будто вы хотите, чтобы все услышали.
Цзян Яо парировала, не стесняясь.
Фан Мань была в ярости.
— Раз уж ты всё слышала, то хорошо.
Она схватила Дун Чэньли за руку и с гордостью сказала:
— Эта женщина была с А Сюанем всего несколько месяцев, а уже забеременела.
А ты была с ним столько лет, но так и не смогла зачать. Думаю, ты бесплодна, и в будущем тебе придётся выйти замуж за разведённого мужчину с детьми!
Цзян Яо слегка дёрнула веком.
Она не стала объяснять, что между ней и Лу Сюанем ничего не было, и поэтому у них не могло быть детей. Она просто холодно ответила:
— Возможно, для вас рождение детей — это вся ваша ценность. Но для меня это выбор. Рожать или не рожать, выходить замуж или нет — это свобода женщины.
Если бы я тогда вышла замуж за такого безответственного мужчину, как ваш сын, я бы жалела об этом всю жизнь.
— Ты… — Фан Мань была так разозлена, что её лицо покраснело.
— Тётя, не злитесь. Сестра Цзян не хотела вас оскорбить. Сестра Цзян, если вы хотите кого-то винить, вините меня. Это не вина Лу Сюаня.
Дун Чэньли, казалось, успокаивала, но на самом деле подливала масла в огонь.
Цзян Яо просто холодно посмотрела на неё.
— Это не имеет ко мне никакого отношения. Кстати, госпожа Фан, я советую вам, пока ваш сын ещё не совершил большой ошибки, научить его дать имя девушке, которая забеременела до брака.
Если эта Дун Чэньли так хочет привязаться к Лу Сюаню, пусть они останутся вместе и больше не беспокоят её.
Её совет был искренним.
Но Фан Мань стала ещё более разъярённой.
Она подумала, что Цзян Яо намеренно издевается над ней, потому что она выбрала в невестки женщину без статуса, которая не подходит для их семьи.
— Тебе не нужно учить меня, как жить. Я скажу тебе, Лили может и не имеет происхождения, но она послушнее и умнее тебя, лучше тебя в сто раз, и главное — она может родить мне золотого внука.
Мой сын поступил правильно, когда бросил тебя, а ты никогда не найдёшь достойного мужчину.
Цзян Яо не стала спорить.
Но в этот момент Лянь Инин, услышав шум, подошла и громко возразила:
— Кто сказал! У нашей Яояо есть парень, который выше, красивее и умнее вашего сына, и главное — он в десять тысяч раз богаче! Ли Бэйтин, президент группы «Ли Хэн», вы ведь слышали о нём?
Лянь Инин говорила с гордостью и самодовольством.
— Они идеальная пара, и их дети унаследуют гены двух гениев, став величайшими талантами.
Услышав это, Цзян Яо покраснела и хотела зажать ей рот.
Эта девчонка действительно говорила всё, что приходило в голову.
Но Фан Мань, похоже, поверила и была так разозлена, что её давление подскочило.
— Госпожа Фан, пожалуйста, следите за своим сыном и невесткой и больше не появляйтесь передо мной.
Цзян Яо боялась, что Лянь Инин скажет что-то ещё более шокирующее, поэтому бросила эти последние слова и ушла, уводя Лянь Инин за собой.
Когда они вышли из бара, Лянь Инин всё ещё возмущалась.
— Почему все в семье Лу такие странные? Мужчина — подлец, ещё не женился, а уже сделал кого-то беременной. И эта злая свекровь, какое у неё лицо! Она ещё сказала, что ты бесплодна и не выйдешь замуж. Пф, только дурак женится на их семье!
Она говорила с негодованием, её щёки покраснели от злости, и она выглядела живой и милой.
Цзян Яо почувствовала тепло в сердце и с улыбкой успокоила её:
— Всё уже позади, семья Лу больше не имеет ко мне отношения.
Лянь Инин тоже почувствовала облегчение.
— Хорошо, что ты ушла из такой семьи. Говорят, что счастливая женщина не войдёт в несчастливый дом. Твоё будущее будет светлым и успешным.
Цзян Яо тоже улыбнулась и кивнула.
Да.
К счастью, она избавилась от этого ада.
Она больше не хотела переживать такие отношения.
Цзян Яо полностью перестала обращать внимание на их разногласия.
Она и Лянь Инин провели полдня на улице, купили кучу вещей и разошлись по домам.
Когда Цзян Яо подошла к вилле, она с удивлением обнаружила, что Ли Бэйтин, которого она не видела несколько дней, вернулся.
— Старший брат, ты вернулся?
Ли Бэйтин, увидев, как она спешно возвращается с улицы, счастливая и беззаботная, с сожалением подумал, что эта девчонка действительно бессердечна.
Она не думала о нём все эти дни и даже не позвонила.
А он всё это время был в смятении из-за расследования.
Он не ожидал, что нефритовый амулет, который он видел на шее той девочки, внезапно появится снова, поэтому задержался там на несколько дней.
Хотя вещь ещё не найдена, он почему-то надеялся, что это всего лишь ошибка.
— Да.
На лице он сохранял обычное спокойствие и достал что-то из багажника машины, передавая ей.
— Что это? — Цзян Яо с любопытством наклонила голову.
— Мой друг подарил местные деликатесы, я делюсь с тобой, — улыбнулся Ли Бэйтин.
http://tl.rulate.ru/book/149228/8652178
Готово:
