Юаньсин Текнолоджи.
От этих четырёх слов Чжоу Чжэнь застыл, как каменный.
— Что вы сказали?
Директор Ли на том конце провода, казалось, ожидал такой реакции. В его голосе не было ни капли волнения, лишь деловая холодность.
— Я сказал, что «Юаньсин Текнолоджи» представила нашему банку письмо о намерениях приобрести активы.
— Они готовы полностью выкупить все активы «Тяньхэн Энерджи» в промышленном парке Южного города, включая цеха, оборудование и право пользования землёй.
— Господин Чжоу, вы должны понимать, что это значит.
БУМ.
Чжоу Чжэнь почувствовал, будто ему по черепу со всей силы ударили тяжёлым молотом.
У него потемнело в глазах, и он удержался на ногах, лишь оперевшись о стол.
«Юаньсин Текнолоджи»!
Линь Мо!
Молодой человек, который за какой-то час полностью уничтожил дело всей его жизни, созданную им энергетическую империю!
Он не просто хотел победить, он хотел поглотить даже его труп!
Невыразимое чувство унижения и ярости в одно мгновение сокрушило рассудок Чжоу Чжэня.
— Он размечтался! — из горла Чжоу Чжэня вырвался звериный рёв, брызги слюны полетели в трубку.
— Передайте ему! Я лучше сожгу весь завод дотла, превращу его в груду металлолома, но никогда не продам ему! Ни единого винтика ему не оставлю!
— Я, Чжоу Чжэнь, ещё не умер!
Кабинет наполнился его истошным, надрывным криком.
Однако на том конце провода воцарилась долгая, удушающая тишина.
Эта тишина ранила сильнее любого возражения.
Спустя долгое время голос директора Ли прозвучал снова. На этот раз из него исчезли даже последние нотки вежливости, осталась лишь неприкрытая, ледяная властность кредитора.
— Чжоу Чжэнь, похоже, вы ещё не поняли ситуацию.
— Промышленный парк в Южном городе был ключевым активом, который вы заложили нам, когда брали самый крупный кредит.
— Согласно договору, в случае возникновения у вашей компании серьёзных операционных рисков и если стоимость активов станет значительно ниже суммы кредита с процентами, мы, то есть банк, имеем право в одностороннем порядке распоряжаться залоговым имуществом для погашения долга.
— Поэтому мы не обсуждаем это с вами и не спрашиваем вашего согласия.
— Мы вас уведомляем.
Уведомляем.
Это слово пронзило последнюю крупицу гордости Чжоу Чжэня.
Он открыл рот, чтобы возразить, но понял, что не может вымолвить ни слова.
Он больше не был тем председателем Чжоу, который мог на равных разговаривать с директором банка.
Он был лишь жалким должником, которого в любой момент могли пустить по миру.
— И ещё, Чжоу Чжэнь, советую вам успокоиться, — в голосе директора Ли появились предупреждающие нотки.
— «Юаньсин Текнолоджи» — единственный на данный момент покупатель на рынке, у которого есть и возможность, и желание немедленно взяться за этот ваш бардак.
— Если вы будете сотрудничать, возможно, мы сможем добиться для вас приличной цены, чтобы ваш проигрыш не был таким позорным.
— Если же вы выберете сопротивление или совершите какой-нибудь неразумный поступок, вроде того, о чём вы только что говорили… поджога…
Директор Ли сделал паузу.
— Тогда нам придётся запустить процедуру принудительной ликвидации. В этом случае ваши активы будут проданы с молотка за бесценок, а вам лично придётся нести ответственность за огромные штрафы и юридические последствия.
— Вы останетесь ни с чем, по уши в долгах, без единого шанса подняться!
— Надеюсь, вы поступите благоразумно.
Щёлк.
Телефон отключился.
Чжоу Чжэнь застыл с трубкой в руке, на его лице было растерянное выражение.
«Уведомляем вас».
«Мы вас уведомляем».
Эти слова эхом отдавались в его голове, сокрушая остатки его достоинства.
Чжоу Чжэнь машинально положил трубку на аппарат.
Он поднял голову и обвёл взглядом кабинет, на который потратил полжизни.
Итальянский кожаный диван ручной работы, письменный стол из хайнаньского палисандра, подлинник Чжан Дацяня на стене стоимостью в десятки миллионов…
Раньше всё это было его наградами, доказательством его успеха.
А теперь всё казалось таким чужим, таким насмешливым.
Оно больше ему не принадлежало.
Огромное чувство опустошения мгновенно лишило его всех сил.
Он больше не мог стоять, пошатнулся и рухнул на диван позади себя.
Ярость?
Нет.
Та ярость, что сжигала рассудок, была полностью погашена ледяными, безжалостными словами директора Ли во время только что состоявшегося разговора.
Сейчас он чувствовал нечто более глубокое, более отчаянное.
Смирение.
Полное смирение существа, безжалостно перееханного колесом времени, которое не может издать даже стона.
Он проиграл.
Проиграл вчистую, до последнего клочка.
Он хотел смеяться, смеяться над собственной глупостью и высокомерием.
Но когда он попытался скривить губы в усмешке, то обнаружил, что мышцы лица его совершенно не слушаются, и он издал лишь странный звук «хе-хе», похожий на скрип дырявого барабана.
Всю свою жизнь он гнался за трендами, просчитывал людей, ходил по краю правил.
Он считал себя гениальным стратегом-охотником.
А в итоге оказалось, что с момента появления того молодого человека по имени Линь Мо, он сам был добычей, которая шаг за шагом шла в ловушку, считая себя умной.
Нет.
Даже не добычей.
Тот молодой человек, возможно, с самого начала и до конца даже не принимал его всерьёз.
Он просто стоял у него на пути.
И его просто отшвырнули в сторону.
Вот и всё.
«Юаньсин Текнолоджи», комната отдыха за кулисами.
Цзян И только что закончила короткий, но эффективный видеозвонок.
На другом конце был тот самый директор банка «Цзяньсин», директор Ли, который только что вынес Чжоу Чжэню ультиматум.
— Директор Ли, наше терпение не безгранично.
— Это предложение о покупке действительно в течение тридцати минут. Через тридцать минут мы будем искать другие решения.
— Например, построим собственный завод.
На видео тот самый банкир, который был так властен с Чжоу Чжэнем, теперь сидел с бисеринками пота на лбу.
Он торопливо кивал, в его голосе слышались заискивающие нотки.
— Госпожа Цзян, не беспокойтесь! Наш банк приложит все усилия, чтобы это сотрудничество состоялось! Это лучший исход для обеих сторон!
— Это не сотрудничество, — спокойно поправила его Цзян И.
— Это ваш единственный шанс возместить убытки.
Сказав это, она в одностороннем порядке прервала связь.
Она отложила планшет и глубоко выдохнула. Сердце, колотившееся от напряжения и восторга, немного успокоилось.
Слишком быстро.
Всё происходило невероятно быстро.
От ошеломительной пресс-конференции до краха «Тяньхэн Энерджи», а теперь до того, как они, перехватив инициативу, заставили банк плясать под свою дудку…
Весь процесс занял меньше двух часов.
Бизнес — это война.
Но она никогда не видела такой стремительной, такой беспощадной молниеносной войны.
Каждый шаг Линь Мо был словно просчитан с ювелирной точностью, звено за звеном, удар за ударом в самое уязвимое место.
Перед лицом абсолютного технологического превосходства империя «Тяньхэн Энерджи», построенная на капитале и связях, оказалась хрупкой, как песочный замок, который рушится от одного толчка.
Она повернула голову и посмотрела на фигуру у окна.
Линь Мо по-прежнему стоял там, спокойно наблюдая за бурлящей внизу толпой, словно игра, решившая судьбу стомиллиардной империи, не имела к нему никакого отношения.
— Председатель Линь, — в голосе Цзян И прозвучало благоговение, которого она сама не осознавала.
— Банк согласился. Они немедленно окажут давление на Чжоу Чжэня.
Линь Мо не обернулся, лишь коротко хмыкнул.
— Остальное — на тебе.
— На мне? — на мгновение опешила Цзян И.
— Председатель Линь, вы не будете участвовать?
Линь Мо махнул рукой:
— Ты — CEO «Юаньсин». Такие мелочи можешь решать сама.
Цзян И: «…»
Вы называете сделку на несколько миллиардов мелочью?
http://tl.rulate.ru/book/149063/8382847
Готово:
