Эта фраза «мясо к каждой трапезе» обладала большей силой, чем любой военный приказ.
Она, словно гвоздь, глубоко вошла в кости каждого присутствующего.
Фигура Линь Мо исчезла в темноте лавки, но его присутствие окутывало всю площадь, ощущаясь реальнее, чем висевшая в небе луна.
Пир продолжался.
Жир капал на угли, издавая шипящий треск. Густой аромат мяса смешивался с солодовым запахом пива, создавая опьяняющую атмосферу.
Солдаты окончательно расслабились. Обнявшись, они во весь голос пели песни, самыми грубыми словами восхваляя жареное мясо, пиво и того самого босса Линя, который даровал им всё это.
Скорпион стал центром внимания. Словно бык-победитель, он носился по толпе с бутылкой пива, принимая тосты от каждого и гулко колотя себя в грудь.
Его клятву верности слышали все.
В другом, более тихом углу площади, собрались Бай Лу, Шершень и Профессор Цзи. Они сидели за простым столом, на котором тоже стояли мясо и пиво, но особого аппетита ни у кого не было.
Атмосфера была несколько подавленной.
Шершень залпом осушил бутылку пива, а затем с силой стукнул ею о землю.
— Господину Линю не нужны союзники, — хрипло сказал он. — Ему нужны лишь послушные головорезы.
Профессор Цзи поправил очки на переносице. Его всегда интересовали вещи, отличные от других.
— Я тут думаю вот о чём. Господин Линь так интересуется аккумуляторами «Тор-7», но не заставил нас вывезти весь склад. Мы взяли лишь малую часть, остальное законсервировали на месте. Но такая простая консервация не остановит жадных мародёров.
Он слегка нахмурился.
— И те две производственные линии, кажется, его тоже не особо волнуют. Зато он придаёт огромное значение данным. Неужели он хочет в другом месте заново отстроить производство?
— Всё это уже неважно.
Наконец заговорила Бай Лу. Её холодный голос прервал размышления остальных.
Она не притронулась к еде, лишь держала в руке стакан пива, наблюдая за поднимающимися пузырьками.
— Важно то, что с сегодняшнего дня правила в этих руинах изменились.
Она посмотрела на Скорпиона, которого бойцы «Скалы» с ликованием подбрасывали в воздух.
— Своими словами Скорпион только что поставил всю группировку «Скала» на этот игорный стол.
Выражение лица Шершня стало неоднозначным:
— Скорпион — лишь заместитель главы «Скалы». За такое решение Каменный Король свернёт ему шею.
— Нет, не свернёт, — уверенно покачала головой Бай Лу. — Каменный Король прагматичнее кого бы то ни было. Никто не откажется от босса, способного досыта кормить своих людей свежим жареным мясом. И никто не посмеет отказаться. Скорпион не превысил полномочия. Боюсь, он получил одобрение Каменного Короля ещё до того, как пришёл сюда сегодня.
Взгляд Бай Лу скользнул с Шершня и остановился на лице Профессора Цзи.
— А что насчёт Королевы «Улья»? И Мудреца «Маяка»? Какой выбор сделают они?
Этот вопрос, казалось, заморозил даже шумный воздух вокруг.
Скорпион, Бай Лу, Шершень, Профессор Цзи.
В своих группировках все они были высокопоставленными лицами, командирами, отдающими приказы на поле боя.
Но они не были верховными лидерами.
Над ними стояли «Каменный Король» из «Скалы», «Королева» из «Улья», «Мудрец» из «Маяка» и самый таинственный «Капитан» «Ковчега».
«Скала» решила склонить голову. А что же они?
Подчиниться или сопротивляться?
Это был выбор, которого невозможно было избежать.
Мысль о сопротивлении промелькнула в голове Шершня лишь на мгновение и тут же была им подавлена.
Сопротивляться? Чем?
Солдаты не слепы. Даже если они не понимают общей картины, они точно знают, кто может их накормить.
Что до Пробуждённых... они ещё более прагматичны.
У господина Линя есть не только еда и вода, но и такие предметы роскоши, как сигареты и алкоголь.
Если заставить их пойти против господина Линя, хорошо ещё, если они не взбунтуются на месте.
Третий босс «Боевого Топора» на собственном примере показал важность припасов.
Если нет еды, всем плевать, кто ты — третий босс или верховный лидер. Убьют не задумываясь!
Угли постепенно гасли. Гора мяса была уничтожена без остатка, даже кости были обглоданы добела.
Сытые и пьяные солдаты с выражением нереального удовлетворения на лицах сидели, прислонившись к бронемашинам, громко рыгая и глядя в пространство затуманенными взглядами.
За этот пир они съели больше мяса, чем за весь прошлый год.
Рольставня бесшумно поднялась.
Снова вышел Линь Мо, всё с тем же безразличным выражением лица.
Все взгляды мгновенно устремились к нему, и расслабленная атмосфера тут же стала торжественной и строгой.
Линь Мо ничего не сказал.
Он лишь поднял руку и снова взмахнул.
На площади из ниоткуда вновь появились горы припасов.
Ящики спрессованного печенья, мешки отборного белого риса, аккуратные стопки банок с тушёнкой и бесчисленное количество сигарет.
До катастрофы всё это было обыденностью, но сегодня это была жизнь, самая твёрдая валюта в пустошах.
— Здесь две части. Одна — оговорённое вознаграждение, которое поровну делится между «Скалой», «Ковчегом», «Ульем» и «Маяком». Вторая — для каждого, кто сегодня участвовал в бою.
— Получайте согласно боевым заслугам.
Голос Линь Мо был негромким, но отчётливо донёсся до ушей каждого.
— Бай Лу, ты отвечаешь за раздачу. Скорпион, вы поможете.
Сказав это, он развернулся и снова скрылся в тени лавки, словно ему не было никакого дела до этих припасов, способных развязать войну.
Площадь вновь взорвалась оглушительными криками восторга.
Пара зомби, решивших из любопытства подойти поближе, были немедленно уничтожены.
Солдаты смотрели на припасы, боясь даже громко дышать.
Бай Лу глубоко вздохнула, вышла вперёд и, сверяясь со списком и записями о боевых заслугах, начала организовывать раздачу.
Весь процесс был упорядочен до ужаса.
Никакой борьбы, никаких жалоб.
Глядя, как солдаты из разных группировок обнимаются и хвастаются друг перед другом полученной наградой, Бай Лу наконец поняла.
Господина Линя вообще не волновали союзы или отношение четырёх группировок.
Он с самого начала вёл дела не с ними.
Он на деле показал всем, что старая эпоха закончилась.
Отныне в этих руинах будет лишь один голос и одни правила.
Его голос и его правила.
Заревели двигатели, и колонна медленно тронулась, покидая площадь, на которой свершилось чудо.
Колонна въехала в руины и разделилась на четыре части, возвращаясь туда, откуда пришла.
Но Бай Лу, Шершень и остальные прекрасно понимали: их солдаты уже оставили там свои сердца.
http://tl.rulate.ru/book/149063/8373490
Готово:
