Сун Юньчуань наконец-то понял, что значит «если ты не гений, то, видя меня, ты как лягушка в колодце, смотрящая на луну; а если ты гений, то, видя меня, ты как мотылёк, видящий небо».
Сильна! Невероятно сильна! Учиться и запоминать на ходу — это, конечно, круто, но что эта малышка творит?! Это же не учёба, а какой-то винегрет. Она не боится впасть в демоническое состояние?
Он уже хотел было вмешаться, но его остановил Юнь Уя.
— Ещё не время, она сама знает, что делает. Ты не видишь, что она что-то постигает? Сейчас твоё вмешательство ей только навредит.
Все присутствующие знали, что нельзя бездумно смешивать стили меча. В лучшем случае это приведёт к хаосу в сердце Дао, в худшем — к демоническому состоянию. В принципе, это было запрещено, но Чунь Цзинь как раз создавала новый принцип.
Лицо Хуай Мо становилось всё мрачнее. Мало того что Чунь Цзинь впервые взяла в руки меч и была так сильна, так она ещё и умудрялась запоминать на ходу!
Кто-нибудь, выделите ей отдельный домен! Он готов биться с этими гениями!
— Хороший ученик, дерись с ней, дерись насмерть, используй всё, что умеешь! — приказал Тин Ушуан.
Хуай Мо не понял, но подчинился. Раз уж глава Куньлуня не возражает, у него нет причин не делать этого. Как говорится, встретив достойного противника, не показать свою истинную силу — значит, не уважать его!
Он влил в свой меч золотую духовную энергию, и его аура тут же поднялась на новый уровень. Двенадцать стилей золотого шёлка — каждый приём был смертоносен и преследовал одну цель: сразить противника.
Чунь Цзинь становилось всё труднее. Нечестно, подло! Её что, за японку держат?! Быть тяжело раненной — не очень-то приятно, но она смутно что-то почувствовала.
— Сегодня, сразившись со Святой Дочерью Цзинь, я понял, что гений — это лишь порог, чтобы увидеть меня. Ты очень сильна, но, прости, ты всё равно проиграла, — сказал Хуай Мо, приставив меч к её горлу.
Чунь Цзинь внезапно рассмеялась. Она с трудом поднялась на ноги и, вытянув руку, заставила окружающую духовную энергию хлынуть в её тело.
— Ещё раз! — Думаешь, так просто меня одолеть?
— Хорошо! Сегодня я побью тебя так, что ты не сможешь встать! — загорелся и Хуай Мо.
Честно говоря, он восхищался Чунь Цзинь. Впервые взять в руки меч и достичь такого уровня. В будущем её мастерство владения мечом будет не ниже его! Особенно её несгибаемый дух — он был поистине ослепителен!
Драться так дальше было скучно. Интересно, сможет ли она подняться после его «звёздного меча»?
Увидев, что у Хуай Мо хороший стиль меча, Чунь Цзинь хотела его перенять. Но на этот раз скорость противника была слишком высокой, и назревала буря.
Его приёмы превратились в мириады звёзд, устремившихся к Чунь Цзинь. Как говорится, чем красивее, тем опаснее. Едва коснувшись земли, звёзды взорвались, оставив огромную воронку. Чунь Цзинь была ошеломлена. Если так пойдёт, она и вправду умрёт.
Хуай Мо тоже остановился. Наверное, только Чунь Цзинь могла заставить его зайти так далеко. Он убрал меч. Противник уже не мог встать, продолжать бой не было смысла.
Проснувшийся и увидевший всё Юнь Чжиянь вздохнул. Даже такая запредельная, как Чунь Цзинь, может проиграть. Ему всё ещё казалось это нереальным. Что-то здесь было не так.
Несколько сильных мира сего тоже вздохнули с сожалением. Они и вправду думали, что родилась новая звезда искусства меча. Возможно, Чунь Цзинь создала у всех слишком идеальный образ, и все забыли, что она всего лишь ребёнок.
Чунь Ханьвэнь усмехнулся, но ничего не сказал. Юнь Чжиянь тут же понял, что всё не так просто.
Может, она готовит какой-то козырь? Ведь Чунь Цзинь была хитрее самого хитрого лиса.
Хуай Мо тоже понял, что что-то не так. С силой Небесного корня она должна была уже встать. Почему она не двигается? Неужели он её убил? Не может быть, Небесный корень не может быть таким хрупким.
— Малыш Хуай Мо, быстро, защищайся! — внезапно почувствовал недоброе Юнь Уя.
Не успели остальные понять, что он имеет в виду, как Чунь Цзинь внезапно встала. За её спиной выросли чёрные крылья, а глаза стали красными.
Вокруг неё витала слабая тёмная духовная энергия. Хуай Мо презрительно фыркнул. Предсмертные конвульсии. Он снова применил «звёздный меч», намереваясь снова сбить её с ног. Но не тут-то было.
— Мне, ломай! — улыбнулась Чунь Цзинь. Её приём был очень похож на «звёздный меч».
Хуай Мо не ожидал, что она сможет так быстро его выучить, да ещё и сделать его сильнее. Сумасшедшая, просто сумасшедшая! В Куньлуне одни интриганы, я возвращаюсь в Фуяо! Кто-нибудь, заступитесь за него, заступитесь!
Его приём был поглощён тёмной энергией, а его самого взрывом превратило в нищего. Одежда была в дырах, а сам он был весь в саже. На самом деле, у него были и более сильные приёмы, но он не хотел больше драться с этой читершей!
— Хуай Мо, вставай, здесь спать нельзя! — пнула лежащего на земле и потерявшего всякую надежду на жизнь Чунь Цзинь. Она убрала чёрные крылья. Сегодня я снова умерла от собственной крутости.
— Я… она! — впервые увидев такое, онемела Юй Шуан. — Она что, в прошлой жизни не всё забыла? Суп Мэн-по разбавили?
— Юнь Уя, как ты позволяешь другим играть? Почему ты такой эгоист! В конце концов, эта малышка не может быть ученицей всех? — ещё больше не мог смириться Тин Ушуан.
— А я тут при чём? Вот уж не ожидал. Ты хочешь чужую ученицу, у тебя совесть есть? — огрызнулся Юнь Уя, на которого незаслуженно повесили всех собак.
— Я же сказала, здесь спать нельзя, и парковаться тоже. Ничего страшного, ты же сам сказал, что гений — это лишь порог, чтобы увидеть меня, — подняла лежащего на земле Хуай Мо Чунь Цзинь.
Эти слова утешения заставили его захотеть умереть ещё больше.
— Ты что, меня презираешь? — искренне спросил Хуай Мо. — Почему нужно убивать и унижать одновременно? Это очень плохо!
— Я не имею в виду тебя. Я имею в виду, что все присутствующие здесь — мусор, — покачала пальцем Чунь Цзинь.
— Цзинь-эр, ты не можешь изменить свой ядовитый характер? Ты же так всех отравишь, понимаешь? — дал ей подзатыльник Юнь Уя.
— Моя сестрёнка повышает их стрессоустойчивость, они должны сказать спасибо! — как всегда, защитил свою любимую сестру Чунь Ханьвэнь.
Как и ожидалось, Юнь Уя дал и ему подзатыльник.
— Сорванец, ты её так балуешь, не боишься, что она испортится?
Сегодняшние события превратили Чунь Цзинь во всеобщую любимицу. Как можно не любить такую малышку? Самым важным сегодня было пробудить таланты, выбрать техники и определить путь совершенствования.
Юнь Уя был просто нарасхват. Ругал этого, пинал того. Главы других гор тоже были озабочены. Приближалось время отправляться в академию, и нельзя было, чтобы эти трое малышей медленно постигали свои таланты, их нужно было вытащить силой.
Хуай Мо и Цин Яньси пили чай с пирожными и наблюдали, как ругают и пинают несчастную троицу.
Оказывается, и гении не застрахованы от ругани, если чего-то не умеют. Наконец-то не только им двоим приходится так страдать!
http://tl.rulate.ru/book/148979/8379409
Готово:
