Фракция Сюаньмин — вторая по мощи сила в Святой Земле Изначального Хаоса, уступающая лишь фракции Гуанъяо. Её лидер — тот самый молодой господин Сюаньмин, что давно шагнул на седьмой уровень, стадию Управления Бедствием, обладатель тройной императорской родословной и непостижимой силы.
Под его началом — тучи мастеров. Одних только главных учеников — четверо, и каждый из них — гений, способный в одиночку потрясти целую область.
А столь беззастенчиво фракция Сюаньмин ведёт себя в Святой Земле благодаря тому, что прочно контролирует орган исполнительной власти секты — Зал Правопорядка!
Кто-то может спросить: почему Святая Земля Изначального Хаоса молчаливо одобряет и даже поощряет рождение и рост подобных фракций?
Корень всего этого — в необходимости отобрать сильнейшего Святого Сына, чтобы продлить славу и владычество Святой Земли.
Высшее руководство секты намеренно позволяет ученикам формировать фракции, соревноваться и сражаться друг с другом, словно разводя ядовитых насекомых в банке, чтобы в итоге определить сильнейшую силу.
Лидер этой силы и станет неоспоримым кандидатом в Святые Владыки следующего поколения.
Нынешний Святой Владыка в своё время был Святым Сыном, а его главные ученики сегодня в большинстве своём стали старейшинами, держащими в руках реальную власть.
Вот основная причина, по которой бесчисленные ученики выбирают сторону и ищут покровительства у сильных.
Если ставка окажется верной, это будет подвиг, равный помощи дракону в его вознесении, и сулит безграничные перспективы.
Фан Шимин, носитель двойной императорской родословной, один из четырёх главных учеников фракции Сюаньмин, занимал высокое положение и был ключевой фигурой фракции.
В этот момент он, шатаясь, возвращался из зоны внутреннего двора. Его дыхание было сбито, на роскошном ученическом одеянии виднелись пыль и пятна крови, а лицо было бледным.
Несколько учеников фракции Сюаньмин, завидев его, поспешили поддержать, обеспокоенно спрашивая:
— Брат Фан, что с вами? Кто посмел вас ранить?
Фан Шимин с силой сплюнул кровавую слюну. В его глазах пылал огонь унижения и гнева. — Лун Чэнь, этот предательский идиот! — прорычал он.
Воспоминания о недавних событиях, словно внезапно нахлынувший демон сердца, безжалостно топтали его достоинство.
Он хотел было найти того мускулистого парня по имени Чэн Ду и убить его, чтобы избавиться от тени унижения, что преследовала его с того дня.
Но кто бы мог подумать, что теперь рядом с Чэн Ду неотступно находятся два главных ученика, «лично охраняя» его.
И одним из них был тот самый Лун Чэнь, с которым он когда-то пил вино и называл братом.
Ради какого-то Чэн Ду Лун Чэнь не побоялся окончательно с ним порвать и даже, объединившись с другим, заставил его отступить.
— Чёрт! — чем больше Фан Шимин думал об этом, тем сильнее закипал от гнева. Он чуть не потерял сознание.
Победить их он не мог, так что ему оставалось лишь проглотить эту горькую обиду, от которой все внутренности скручивало от боли.
Окружающие ученики поспешили его утешить:
— Брат, успокойтесь. Молодой господин скоро выйдет из уединения, и тогда всем этим ничтожествам придётся ответить за свои дела!
Фан Шимин глубоко вздохнул, с трудом подавив бурлящую в жилах кровь, и кивнул.
Сейчас этот парень по имени Сюань Хуан превратил Святую Землю в настоящий хаос, нарушив все правила и втоптав в грязь их репутацию.
Возможно, действительно, только личное вмешательство молодого господина Сюаньмина, его абсолютная сила, сможет переломить ситуацию и восстановить величие фракции Сюаньмин.
Его ненависть к Сюань Хуану уже въелась в костный мозг.
Именно в этот момент вбежал страж у ворот и, протянув двумя руками письмо, доложил:
— Брат Фан, срочное письмо из фракции Уцзи. Подписано... лично Ян Уцзи.
— Ян Уцзи? — Фан Шимин был озадачен.
Зачем молодому господину фракции Уцзи сейчас писать ему?
Не замышляет ли он чего?
Он на мгновение задумался, но любопытство взяло верх. Он махнул рукой, приглашая всех посмотреть, чтобы показать, что ему нечего скрывать.
Письмо было развёрнуто, и толпа собралась вокруг.
Спустя мгновение в резиденции раздались смешки и пересуды.
— Хмф, так Ян Уцзи вышел из уединения? А я-то думал, он на что-то способен, а он, оказывается, тоже боится лично связываться с Сюань Хуаном. Вот же ничтожество!
— Будь на его месте наш молодой господин, он бы немедленно вышел и сокрушил всех своей мощью!
— Но план, надо сказать, коварный... Как думаете, этот Сюань Хуан действительно настолько глуп, чтобы ради какого-то друга бросить вызов Залу Правопорядка?
— Кто знает, может, он и вправду идиот...
Фан Шимин, поколебавшись, принял решение. В его глазах мелькнула решимость.
— Свяжитесь с нашими людьми в Зале Правопорядка, — холодно приказал он. — Действуйте, как сказано в письме. Сделайте так, чтобы дело против Лу Яо было железобетонным.
— Попадётся Сюань Хуан на крючок или нет, попробовать стоит. Даже если это просто его разозлит, уже хорошо.
— Слушаюсь! — Подчинённый немедленно отправился выполнять приказ.
Тем временем, в Зале Правопорядка Святой Земли Изначального Хаоса.
Зал Правопорядка был высшим органом, следившим за соблюдением правил и судившим провинившихся учеников.
Его статус был непререкаем, а власть — огромна. Он имел право арестовывать, допрашивать, лишать совершенствования и даже приговаривать к высшей мере наказания.
В зале заседали старейшины, как правило, уважаемые и могущественные, которые выступали в роли главных судей.
Обычно Зал Правопорядка не вмешивался в мелкие стычки между учениками. Путь совершенствующегося — это путь против небес, как тут обойтись без конфликтов?
Пока дело не выходило за рамки дозволенного или пока не поступала жалоба от пострадавшего, Зал Правопорядка в основном закрывал на это глаза.
Но сегодня был другой случай.
Первым делом на сегодняшнем заседании было чрезвычайно серьёзное дело об «убийстве собратьев по секте и личного ученика в руинах»!
Правила секты были строги и запрещали ученикам убивать друг друга. Это была черта, которую нельзя было переступать.
Особенно это касалось личных учеников. Каждый из них был будущей опорой Святой Земли, в которую было вложено огромное количество ресурсов.
Во всей огромной Святой Земле Изначального Хаоса личных учеников было не более двухсот, и гибель любого из них была серьёзным событием, требующим тщательного расследования и отчёта перед сектой.
Поэтому сегодня в кресле главного судьи сидел второй старейшина Зала Правопорядка, Те Ушуан, известный своей беспристрастностью и жестокостью в наказаниях.
В торжественном и строгом зале суда витала удушающая атмосфера давления и убийственного намерения.
Стены были покрыты мерцающими рунами, изолирующими зал от внешнего мира. Над головой висела огромная табличка с надписью «Справедливый суд и суровое наказание», а внизу, в главном кресле, сидел судья с холодным, внушающим трепет лицом.
Внизу, на полу.
Лу Яо, бледная, слегка дрожа, стояла на коленях.
На неё были устремлены бесчисленные взгляды — изучающие, холодные, злорадные.
Взгляд судьи был подобен молнии. Он с силой ударил молотком, и звук, подобный грому, разнёсся по всему залу, неся в себе непререкаемую власть:
— Ученица Лу Яо! Признаёшь ли ты свою вину?
Услышав это, хрупкое тело Лу Яо неудержимо задрожало, её лицо стало бледным, без единой кровинки.
Страх парализовал её разум, в голове была пустота.
Она была в ловушке, не видя никакой надежды на спасение.
Она думала, что, вернувшись в Святую Землю, сможет найти защиту в законах секты, что Зал Правопорядка разберётся и восстановит справедливость.
Как она могла убить того личного ученика Лян Юя, которого никогда в жизни не видела?
Она даже не знала, как он выглядит!
Что касается тех нескольких учеников внутреннего двора... да, их убила она.
Но на то были причины!
По пути в то уединённое тайное царство группа во главе с Лю Мэй внезапно напала на неё, намереваясь убить.
Все знали, что если ученик внутреннего двора погибнет за пределами секты, никто не будет глубоко копать. Это был коварный план Лю Мэй.
К счастью, в смертельный миг духовное сознание её наставницы Ся Цинсянь вселилось в неё, силой пробудив её потенциал и позволив на короткое время прорваться на стадию Созидания. Только так она смогла дать отпор и убить троих нападавших. Лишь Лю Мэй и тот ученик из фракции Сюаньмин, Чжоу Шан, сумели сбежать.
Но теперь Лю Мэй, эта злодейка, первой подала жалобу, перевернув всё с ног на голову.
Она обвинила Лу Яо в жестоком преследовании товарищей, в хладнокровном убийстве личного ученика Лян Юя, представив её как змею в человеческом обличье, великую грешницу, позор секты.
Лу Яо подняла голову и взмолилась:
— Прошу старейшину разобраться! Я действительно не убивала брата Лян Юя! Это они первые напали на меня...
— Клевета! — тут же прервала её Лю Мэй, её голос был пронзительным и агрессивным. — Брат Лю и остальные двое погибли от твоей руки? Факты налицо, а ты ещё смеешь здесь изворачиваться!
Лу Яо затряслась от её бесстыдства и яростно возразила:
— Так вам можно меня убивать, а мне нельзя защищаться? Я должна была покорно подставить шею и позволить вам меня зарезать?
— Чушь! — тут же вскочил Чжоу Шан и, указывая на Лу Яо, разразился бранью. — Это ты, ядовитая тварь, воспользовавшись временным прорывом и позарившись на наши сокровища, внезапно напала, чтобы убить и ограбить! А теперь ещё смеешь нас клеветать? Какая бесстыжая дрянь!
Они пели в унисон, их слова были идеально согласованы. Они поклонились судье и взмолились:
— Просим старейшину вынести справедливый приговор и сурово наказать эту тварь, чтобы другим неповадно было и чтобы восстановить справедливость!
Сидевший на высоком помосте судья Те Ушуан оставался невозмутимым. В душе он уже получил чёткие указания от высшего руководства фракции Сюаньмин.
Сейчас он, разумеется, не собирался отпускать Лу Яо.
Он с силой взмахнул рукой и с видом праведного гнева объявил приговор:
— Грешница Лу Яо, убийца собратьев по секте, с ядовитой душой, её вина доказана. Более того, убийство личного ученика — это тягчайшее преступление, подрывающее основы нашей Святой Земли!
— Её деяния заслуживают смерти, её сердце должно быть искоренено! Она — позор секты, источник всякого зла!
— Я, старейшина, выношу приговор: немедленно лишить её всего совершенствования, разрушить её основу Дао и изгнать из Святой Земли Изначального Хаоса, без права на возвращение!
— Да будет это уроком для всей секты! Вот что ждёт тех, кто предаёт своих товарищей и пренебрегает правилами!
От этих слов весь зал замер в шоке.
Приговор был донельзя жестоким.
Лишиться совершенствования, потерять основу Дао — для совершенствующегося это было в тысячу раз мучительнее, чем просто умереть.
Это была настоящая жизнь хуже смерти!
Даже если многие из присутствующих понимали, что Лу Яо, скорее всего, невиновна, что с того?
В этом Зале Правопорядка, перед лицом всемогущей фракции Сюаньмин, Лу Яо, без поддержки и покровителей, была абсолютно бессильна.
Такова жестокая реальность: если у тебя нет силы и покровителей, рано или поздно тебя ждёт такая участь.
Лю Мэй, глядя на пепельно-бледное лицо Лу Яо, не могла сдержать торжествующей ухмылки.
Несколько свирепых, как волки, стражников Зала Правопорядка тут же шагнули вперёд. Их лица были холодны, а ладони, наполненные мощной духовной энергией, устремились к даньтяню Лу Яо — источнику силы любого совершенствующегося!
Лу Яо в отчаянии закрыла глаза. Её хрупкое тело сотрясала крупная дрожь от ужаса.
В этот миг в её сознании всплыл образ… тёплый и родной.
Её брат.
Жаль… она его больше никогда не увидит.
Однако, в этот самый критический момент!
Низкий, но полный высшей власти и ледяного убийственного намерения голос, подобно грому с девятых небес, внезапно прогремел с неба и, раскатываясь, мгновенно заполнил весь Зал Правопорядка:
— Вы смеете
Голос, подобный грому, не просто прозвучал — он обрушился, сотрясая сами основы Зала Правопорядка.
БУМ!
Массивные, окованные металлом врата, веками символизировавшие незыблемость закона, разлетелись в щепки, словно были сделаны из гнилого дерева. Ураган духовной энергии ворвался внутрь, погасив часть светильников и заставив руны на стенах яростно замерцать.
В проёме, на фоне ослепительного света, стоял силуэт. Длинные волосы развевались в поднятом им же вихре, одежда развевалась, а слепая повязка на глазах лишь усиливала гнетущее, смертоносное впечатление.
Аура стадии Созидания, холодная и беспощадная, хлынула в зал, словно ледяная волна, мгновенно подавив всех присутствующих. Ученики-стражники, что уже занесли руки для удара, застыли на месте, парализованные первобытным ужасом. Их духовная энергия была подавлена настолько, что они не могли пошевелить и пальцем.
Лу Яо, уже готовая к концу, медленно подняла голову. Сквозь пелену слёз она увидела знакомую фигуру, стоящую, как несокрушимая гора, между ней и всем миром. Надежда, которую она считала мёртвой, внезапно вспыхнула в её душе ослепительным пламенем.
— Сюань... Сюань Хуан?.. — её голос был едва слышным шёпотом, полным неверия и безграничного облегчения.
Лу Сюаньтун не обернулся. Он сделал один шаг, затем второй, и бесшумно оказался перед ней, заслонив её своей спиной. Теперь он один стоял против всего Зала Правопорядка, против его судьи, его стражи и его так называемого закона.
Старейшина Те Ушуан, оправившись от первоначального шока, пришёл в ярость. Его лицо побагровело от гнева. Он с силой ударил молотком по столу, звук от которого должен был бы вселять трепет, но сейчас он потонул в ауре незваного гостя.
— Кто ты такой?! — взревел он. — Как смеешь силой врываться в Зал Правопорядка и нарушать священный суд?!
Лу Сюаньтун даже не удостоил его прямым ответом. Его голос был спокоен, но в этом спокойствии таилась угроза, способная заморозить саму душу.
— Я тот, чьего человека вы посмели осудить.
Он слегка повернул голову к дрожащей за его спиной Лу Яо. Убийственная аура на мгновение смягчилась.
— Ты в порядке?
Этот простой вопрос, заданный посреди этого ада, окончательно сломил волю Лу Яо, и она беззвучно разрыдалась.
— Преступница Лу Яо была осуждена за убийство собратьев по секте и личного ученика! — не унимался Те Ушуан, пытаясь вернуть себе контроль над ситуацией. — Доказательства неопровержимы! Ты что, собираешься открыто пойти против законов Святой Земли?!
Лу Сюаньтун медленно повернул голову обратно к судье. Под повязкой нельзя было видеть его глаз, но все в зале почувствовали на себе его презрительный взгляд.
— Доказательства? — он усмехнулся. — Показания этих двух отбросов — это ваши неопровержимые доказательства?
Он небрежно махнул рукой в сторону Лю Мэй и Чжоу Шана.
Те двое, столкнувшись с его леденящим душу вниманием, побледнели как смерть. Их самодовольство испарилось без следа, сменившись животным страхом. Они инстинктивно попятились, пытаясь спрятаться за спинами стражников.
— Сегодня я здесь, — голос Лу Сюаньтуна снова стал твёрдым, как сталь, и разнёсся по всему залу. — И я повторяю: кто посмеет коснуться её хотя бы волоса, умрёт.
Это была не просто угроза. Это был приговор.
Те Ушуан не мог отступить. Это был бы несмываемый позор для него и для всего Зала Правопорядка.
— Наглец! — прорычал он, вскакивая на ноги. Его собственная могущественная аура старейшины вырвалась наружу, пытаясь противостоять давлению Лу Сюаньтуна. — Стража! Схватить этого безумца, попирающего закон! Он — соучастник! Взять их обоих!
Стражники, хоть и были до смерти напуганы, не могли ослушаться прямого приказа старейшины. С отчаянными криками, призвав всё своё мужество, они ринулись вперёд.
Лу Сюаньтун даже не пошевелился.
Он просто холодно хмыкнул.
Вспышка!
Волна иссиня-чёрного пламени, едва заметная глазу, вырвалась из его тела. Она не сжигала, не взрывалась. Она просто... прошла сквозь них.
В следующую секунду все атакующие стражники, издав короткие, удивлённые вскрики, застыли на месте, а затем, как подкошенные, рухнули на пол, потеряв сознание. Их тела подёргивались в конвульсиях, а из пор кожи сочился чёрный дым.
Зал снова погрузился в мёртвую тишину. Толпа учеников, наблюдавших за судом, в ужасе отшатнулась, боясь даже дышать.
Лу Сюаньтун медленно поднял голову, его скрытое лицо было направлено прямо на ошеломлённого Те Ушуана.
— Похоже, старейшина Зала Правопорядка хочет лично испытать на себе мои методы, — его голос был обманчиво спокоен. — Очень хорошо.
http://tl.rulate.ru/book/148978/8538290
Готово:
