«Мои родители до сих пор ищут деньги, бегая туда-сюда». Мэн Лянчэнь был в растерянности. «Я, как сын, могу помочь им, чем смогу. Кстати, сестра Лё, как вы попали в индустрию развлечений?»
Они так и просидели, потягивая красное вино и болтая. Мэн Лянчэнь пил красное вино, как воду, а Наэльлё тоже была рада, что нашла собеседника и единомышленника. У них было много общего в музыке, и Мэн Лянчэнь даже взволнованно сказал, что однажды написал песню для девушки под названием «Зудит», но спел её как-то слишком соблазнительно.
Наэльлё спросила, как песня может быть соблазнительной, и Мэн Лянчэнь спел её для неё. Это была классическая версия песни в исполнении Хуан Лин, которую все слышали, и никто не осмеливался включить её на полную громкость.
Услышав это, Наэльлё засмеялась и сказала: «Как и следовало ожидать, слишком соблазнительно. У тебя наверняка были недобрые намерения, когда ты писал эту песню…»
Они становились всё более возбуждёнными, пили всё больше. Выпив по бутылке красного вина, ситуация вышла из-под контроля.
Мэн Лянчэнь всё больше находил Наэльлё чарующей и красивой, с сексуальной и привлекательной фигурой. Он непроизвольно придвинулся к ней, а Наэльлё сама прислонилась к нему.
Они естественно обнялись, и Наэльлё, прикусив ухо Мэн Лянчэня, сказала: «На прикроватной тумбочке есть маленькие зонтики».
Эти слова словно подожгли пороховую бочку. Мэн Лянчэнь напряг мышцы живота, перекинул Наэльлё через плечо, ногой отворил дверь спальни, а затем ногой же закрыл её.
Небо встретилось с землёй, как цветущая слива под луной.
Ночь прошла безмолвно (опустим подробности, неинтересные читателям).
Утренний свет упал на лицо и тело Мэн Лянчэня. Яркий свет разбудил его. Хотя голова всё ещё была тяжёлой и немного туманной, он быстро обнаружил рядом с собой прекрасную женщину, похожую на лисицу, её длинные ноги обвились вокруг его талии.
Мэн Лянчэнь любил спать на боку, Наэльлё тоже любила спать на боку, положив голову ему на руку. Если бы кровать не была такой мягкой, его рука, вероятно, затекла бы.
Они лежали лицом к лицу, её прекрасное, многонациональное лицо было похоже на мультяшный рисунок. Несмотря на то, что ей было 26 лет, с макияжем и в форме морячки, её легко можно было принять за 16-летнюю.
«Ситуация немного неловкая», — не мог не сказать Мэн Лянчэнь. Он вспомнил «шантаж с подставой», «вырезание почек» и… Он быстро прикусил язык, чтобы протрезветь. Ведь она была звездой номер один в компании, как она могла делать такие грязные вещи?
«Чёрт, теперь всё кончено! Я оседлал звезду номер один в компании! Что, если сестра Лё пожалеет и разозлится? Что, если она не разозлится и начнет меня преследовать?» Мэн Лянчэнь снова начал беспокоиться. «Я, 42-летний старик, действительно боюсь, что молодая женщина будет навязываться…»
Мэн Лянчэнь осторожно откинул одеяло и увидел белоснежное, как молоко, тело Наэльлё, а также её стройные длинные ноги. Это было захватывающе прекрасно.
Это было идеальное тело, за исключением того, что при наклоне было трудно различить переднюю и заднюю части. К сожалению, её грудь, вероятно, унаследовала японскую кровь её бабушки… Он не удержался и снова погладил длинные ноги и спину Наэльлё. Её кожа была настолько гладкой, что на ней можно было бы прикрепить лист бумаги.
Он не мог не восхищаться про себя, думая, что тело сестры Лё — это произведение искусства, эльф из другого мира. В этот момент Наэльлё проснулась от его прикосновений.
Они посмотрели друг другу в глаза, и стало ещё неловче.
Мэн Лянчэнь заикаясь сказал: «Доброе утро, сестра… Лё, поверьте мне, если я скажу, что утром пошёл гулять и нашёл вас на вашей кровати?»
Наэльлё рассмеялась от его слов, затем перевернулась и оседлала его, угрожающе прикусив свои маленькие клыки: «О? Гулял так далеко, что забрался ко мне в кровать? Твоя прогулка какая-то слишком большая, как ты сюда загнул?»
«Я думаю, наверное, ты меня сюда привела, ведь я такой неопытный парень, не мог найти дверь», — Мэн Лянчэнь моргнул своими невинными большими глазами.
«Маленький ублюдок ещё и упрямый!» Наэльлё положила руку ему на ключицу. «Ты хочешь сказать, что это моя вина? Поверишь, если я тебя в мгновение ока уничтожу? Даю тебе шанс, подумай хорошенько и объяснись со мной».
Поза сестры Лё была слишком властной. Мэн Лянчэнь в панике посмотрел на потолок, уставившись на люстру, и, повернув голову, сказал великодушно: «Сестра Лё, хочешь убить или расчленить — как тебе угодно! Денег у меня нет, но жизнь есть, и после восемнадцати лет я снова буду героем! Но ты подумай хорошо, день совместной жизни — сто дней благодарности. Вчера мы, кажется, раз десять занимались любовью, так что это уже больше года наших отношений, верно? Неужели ты так жестока, чтобы убить меня?»
«Чёрт, язык у тебя подвешен, если ты девственник, то я девственница», — Наэльлё хихикнула, потянула его за подбородок и нарочито спросила: «Что, Блэйк, тебе страшно? Вчера вечером ты был как маленький зверь, разве нет?»
Мэн Лянчэнь неловко улыбнулся, его взгляд переместился на соблазнительные, как у лисицы, глаза Наэльлё, и он снова почувствовал сухость во рту. Не знал, то ли от вчерашнего вина, то ли от того, что его тело было слишком молодым и легко воспламенялось, как пороховая бочка. Он сказал: «Простите, сестра Лё, на самом деле я…»
Наэльлё улыбнулась: «Малыш, ты всё ещё хочешь, чтобы сестра несла за тебя ответственность?»
Мэн Лянчэнь нерешительно сказал: «…На самом деле я, хочу ещё раз».
Наэльлё широко раскрыла глаза и посмотрела на Мэн Лянчэня. Прежде чем она успела отказаться, она увидела, как этот дерзкий парень надавил, и его рот запечатал её слова, которые она хотела крикнуть.
Сыновья степей, выросшие на мясе, всё-таки имеют другую физическую подготовку. Наэльлё смогла заговорить, только когда её тело полностью обмякло от усталости. Внезапно она спросила: «Блэйк, у тебя сегодня больше нет дел?»
Мэн Лянчэнь вдруг вспомнил, что в десять утра у него была назначена встреча с учителем У для перезаписи песни. Он хлопнул себя по голове и спрыгнул с кровати, кратко объяснив ситуацию. Наэльлё легко улыбнулась: «Если это старик Лю, то это легко. Он мой друг…»
Увидев странный взгляд Мэн Лянчэня, Наэльлё толкнула его и укоризненно сказала: «Не такой друг, как мы с тобой, о чём ты думаешь? Он действительно мой друг, он помогал записывать мои альбомы с тех пор, как я пришла в компанию». Сказав это, Наэльлё взяла телефон с прикроватной тумбочки и набрала номер учителя Лю: «Учитель Лю, утром я привезла Мэн Лянчэня к себе и заставила его написать мне песню.
Мы только что обсуждали эту песню, и это задержало ваши дела, мне очень жаль. Как насчёт того, чтобы пригласить вашу команду на ужин сегодня вечером?
Хорошо, хорошо, хорошо, я приду к двум часам дня, и ты поможешь мне посмотреть аранжировку этой песни. Эх, договорились».
Повесив трубку, Наэльлё оставила сообщение своему ассистенту через «Зелёный пузырь», чтобы она забронировала ресторан для ужина, стол на двадцать человек, и она хочет пригласить команду старика Лю.
Деловитая женщина может справиться со всеми проблемами. Мэн Лянчэнь смотрел, как Наэльлё решительно и деловито всё улаживает, его глаза расширились. Вот это была настоящая сильная женщина.
После нескольких звонков Наэльлё внезапно наклонилась и поцеловала Мэн Лянчэня в губы, а затем начала одевать бюстгальтер.
Мэн Лянчэнь взял Наэльлё за её нежную маленькую руку и сказал: «Сестра Лё, я знаю своё место. Сегодняшнее событие, я сделаю вид, что его…»
«Па!»
Наэльлё повернулась и дала ему пощёчину, её красивые глаза расширились от гнева: «Ты потрахал меня целый день и ночь, и хочешь просто уйти, сделав вид, что ничего не было?»
http://tl.rulate.ru/book/148776/8386558
Готово:
