Из десяти комментариев восемь были полны ругани в адрес Мэн Лянчэня, один содержал рекламу, а еще один принадлежал преданному фанату, который отвечал хейтерам.
Поклонники Мэн Лянчэня в основном состояли из школьников. Их ругань часто начиналась с буквы «Ц» и заканчивалась «Й», они предпочитали агрессивную тактику, а не хитроумные стратегии. К тому же, их было значительно меньше, чем противников. То, что они умудрялись держать оборону, было, вероятно, лишь потому, что юность не знала страха перед властью, и они действовали по принципу «напролом».
Неважно, кто смел сказать что-то плохое о Мэн Лянчэне, его тут же обрушивали потоком брани.
Цзинь Си перестал играть и уставился в телефон, читая перепалку фанатов под горячим поисковым запросом Мэн Лянчэня, находя в этом развлечение. Особенно ему нравилось наблюдать за теми, кто яростно оскорблял Мэн Лянчэня, превращая спор в соревнование на изобретательность в ругани.
Эти люди не просто желали зла родителям Мэн Лянчэня; студенты мужского пола могли придумать такие выражения, которые были недоступны пониманию фанатов Мэн Лянчэня.
«Фанаты Мэн Лянчэня – как колодец, что ни спроси, все равно два».
«Не шутите с фанатами Мэн Лянчэня. Посмотрите на их фотографии, они очень милые. Некоторые похожи на своих родителей, другие – на теток и дядей. А эти… они случайные».
«Дорогие мои, что вы будете делать, если вас укусит собака? Вы же не станете кусать ее в ответ, правда?»
«Фанаты Мэн Лянчэня, скорее прячьтесь, мусорщики пришли! Собираем хлам, улюлю!»
«Фанаты Мэн Лянчэня, наверное, смотрят телевизор без электричества, ведь снег на экране они могут принять за молнию».
Цзинь Си, держа телефон, заливался смехом и воскликнул: «Брат Чэнь, тебя ругают со всех концов света. Под твоим горячим поисковым запросом собрана настоящая коллекция ругательств со всей страны!»
«Через три дня мы отправляемся в Шанду, вы двое готовы?» – спросил Мэн Лянчэнь с холодной рожей. – «Каждый раз в рейтинге вы оба занимаете последние места. У меня для вас только одно: усердие компенсирует недостаток таланта».
«Что это значит?» – спросил Ду Пиньчао.
«Черт возьми, если вы неумехи, то тренируйтесь больше! Пойдете со мной на тренировку после обеда. Петь мы быстро не научимся, так хоть не позорьтесь во время совместного танца».
«И то верно», – согласился Ду Пиньчао.
Мэн Лянчэнь тоже был в растерянности. В этой троице «лампочек» кроме него самого, двое других идиотов совершенно не осознавали серьезности ситуации. Хоть ты тресни, с такими напарниками далеко не уедешь.
Взглянув на часы, Мэн Лянчэнь потянул обоих в сторону корпоративной столовой. Близость жилого комплекса к штаб-квартире компании имела свои преимущества: еда всегда была горячей.
В «Starway Entertainment» обед был в формате шведского стола, но для стажеров и артистов – бесплатный.
Когда Цзинь Си и Ду Пиньчао увидели, что на подносе Мэн Лянчэня еды больше, чем у них, они были поражены.
«Брат Чэнь, – поспешно сказал Цзинь Си, – хотя нам, контрактным артистам, обеды бесплатны, но если ты будешь столько выбрасывать, за спиной начнут шептаться».
«Ты думаешь, я буду выбрасывать?» – возразил Мэн Лянчэнь.
«Ты сегодня наложил в четыре раза больше, чем обычно. Готов поспорить, что ты не съешь все», – сказал Ду Пиньчао.
Мэн Лянчэнь скривил губы: «Сегодня я заключаю с вами пари. Если я все съем, вы оба мне сделаете массаж плеч и похлопаете по ногам. Если не съем, то я вам сделаю массаж и похлопаю по ногам».
«Хорошо», – рассмеялся Цзинь Си. – «Если ты сделаешь мне массаж и похлопаешь по ногам во время моей игровой трансляции, я согласен».
«Мне нужно подумать, когда», – сказал Ду Пиньчао.
Троица, болтая и смеясь, принялась за еду. Сотрудники «Starway Entertainment», увидев их, инстинктивно держались на некотором расстоянии.
Дело было не в неприязни, а в строгих правилах компании, запрещающих личный контакт между артистами и сотрудниками.
Особенно это касалось отношений между мужчинами и женщинами. Председатель правления Юй Минь, будучи женщиной, управляла этим вопросом еще строже, не желая, чтобы ее подопечные парни имели «искры» с деловыми партнершами, визажистками или планировщицами.
Поэтому, несмотря на то, что стажеры и группы «Starway Entertainment» жили в одном комплексе, женщины-артисты обитали в виллах, а мужчины – в многоквартирных домах.
Цзинь Си, пролистывая телефон, вдруг рассмеялся и, подмигнув, сказал: «Брат Чэнь, я тебе завидую. Твои фанаты действительно тебя защищают. Ты знаешь профессора Бай Цинпина из университета Цинбэй?»
Цзинь Си был на год моложе Мэн Лянчэня, но официально они оба называли себе 18 лет. Звезды эстрады поступали так: возраст занижали, рост – завышали.
«Я уехал за границу после окончания средней школы, конечно, не знаю», – ответил Мэн Лянчэнь, сосредоточившись на еде. На самом деле, он никогда не жил в мире Голубой Звезды, поэтому и не знал профессоров университета Цинбэй.
Цзинь Си указал на горячий комментарий на своем телефоне: «Профессор Бай Цинпин сказал: «Посмотрите на рабочих, строящих дороги, которые страдают от теплового удара на жаре. Каждая профессия трудна». В результате твои фанаты набросились на профессора Бай Цинпина с руганью под ее горячим поисковым запросом. Серьезно, только что они сказали, что она не достойна быть университетским профессором, и даже устроили кибербуллинг под ее горячим поисковым запросом. Они такие безрассудные, кого они только не смеют трогать?»
Мэн Лянчэнь вздрогнул, выхватил телефон у Цзинь Си и внимательно посмотрел. Он подумал: «Плохо дело, нарвался на серьезных людей. Это может затронуть культурные круги».
Он немедленно позвонил Ван Чао: «Чао, срочно запроси у отдела управления права доступа к моему горячему поисковому запросу. Я должен извиниться перед профессором Бай Цинпин из университета Цинбэй. Чем раньше, тем лучше. Иначе все будет плохо».
Ван Чао вздрогнул: «А? Брат Чэнь? Ты что, в выходной день умудрился поссориться с профессором университета Цинбэй? Твоя способность попадать в неприятности просто невероятна!»
«Прекрати болтать! Если это дело плохо обернется, наша компания может пострадать. Давай быстрее!»
«Есть!»
Ван Чао поспешил позвонить в отдел управления и объяснить ситуацию. Руководство тоже не ожидало, что экстремальные фанаты Мэн Лянчэня осмелятся задеть профессора университета Цинбэй, и были поражены их безрассудством.
Услышав, что Мэн Лянчэнь намерен лично извиниться, несколько ответственных лиц обсудили ситуацию и решили временно вернуть ему доступ к горячему поисковому запросу, чтобы он мог справиться с этим кризисом PR.
Мэн Лянчэнь поспешил в отдел управления. Цзинь Си и Ду Пиньчао тоже последовали за ним, чтобы посмотреть, что будет. Увидев главу отдела Куай и главу отдела пропаганды Дяо Юньин, эти двое испугались и притихли в сторонке.
Мэн Лянчэнь принял обратно права на горячий поисковый запрос от Ван Чао. Он нашел аккаунт профессора Бай Цинпин, подписался на него и оставил комментарий: «Большое спасибо профессору Бай Цинпин за ваш комментарий. Мне также очень жаль, что мои фанаты, не поняв содержания вашего сообщения, причинили неудобства вам и вашей семье. Еще более сожалею, что я узнал об этом только сейчас, и мои извинения припозднились.
Перед тем как прочитать ваше сообщение, я как раз просматривал сборник коротких рассказов Марка Твена, изданный «Sanlian Publishing House» (это подлинник). Один из рассказов, «Выборы губернатора», который мы изучали в средней школе, снова вызвал мой интерес. В детстве я знал, что он высмеивает фасад капиталистической свободы и демократии в прекрасной стране.
Перечитывая сейчас, я пришел к мысли, что каждый из них живет в игре, придуманной другими, каждый – лишь инструмент, никто не счастлив. Но такова жизнь, каждый персонаж борется за лучшую жизнь. Каждый из нас, стремясь к лучшей жизни, играет свои роли. Я – артист, он – рабочий, ты – мать, он – сын. Мы все, через наши усилия, обретем прекрасное будущее. Надеюсь, будущее каждого будет комедией.
Спасибо, профессор Бай, за ваше наставление. Хотя у меня не было возможности стать вашим студентом, я удостоился чести получить ваши указания. Благодарю вас, учитель. Еще раз от лица моих фанатов приношу извинения за доставленные неудобства».
http://tl.rulate.ru/book/148776/8386323
Готово:
