Закончив, он сказал:
— Делай то, что задумала. Здесь я разберусь.
**Кабинет.**
Огонь в камине колебался. Из изящной чашки на круглом столе поднимался пар.
Маркиз был мрачен. Он собирался спуститься в подземелье, чтобы проверить ход экспериментов. Но внезапно слуга сообщил, что брат и сестра Хайхеф и леди из герцогского дома Дорду просят встречи. В его сердце возникло плохое предчувствие.
Брат и сестра Хайхеф пришли из-за Йотины. Но зачем леди из герцогства Дорду? Он осторожно спросил:
— А что за дело у леди Оши?
Оша мягко улыбнулась:
— Просто пришла по просьбе леди Ледисии, чтобы быть свидетелем, маркиз. Вы ведь не против?
Её статус был очевиден. Маркиз не мог отказать.
— Леди Йотина была не только хозяйкой особняка маркиза Кейсли, но и членом главной линии герцогского дома Хайхеф, — Оша спокойно произнесла. Её голубые глаза, казалось, покрылись тонким льдом. Она замедлила речь: — Маркиз, такая женщина была убита собственным сыном. Вы ведь не хотите, чтобы император лично потребовал ответа?
Маркиз сжал пальцы. Он не мог возразить Оше, потому что она была права. Учитывая статус Йотины, если дело дойдёт до императора, семья Хайхеф может оказать давление, и тогда всё станет ещё сложнее.
Ледисия скрестила руки на груди, расслабленно откинувшись на спинку кресла. Её губы изогнулись:
— В любом случае, семья Хайхеф сомневается в том, что Стеллан Кейсли убил свою мать. Маркиз, не пытайтесь обмануть нас.
Маркиз понимал, что будет сложно. Он знал, что нужно усилить вес так называемой правды. Иначе, потеряв сына, семья Кейсли понесёт ещё большие потери.
Маркиз выпрямился, готовый заговорить.
*Щелк.*
Звук раздался слишком внезапно. Он резко посмотрел в сторону источника. Он знал этот звук лучше, чем кто-либо.
Оша и двое других наблюдали за замешательством маркиза, также спокойно посмотрев в ту же сторону.
Тайная дверь в стене справа от рабочего стола маркиза открылась. И из неё вышла знакомая им всем.
Вифея огляделась, встретившись взглядом с четырьмя присутствующими. Она сделала шаг вперёд, одной рукой ловко расстегнула плащ и положила его на ближайший диван.
Маркиз невольно удивился. В панике готовый позвать слуг, чтобы увести Вифею.
Он едва поднялся, как на его шее появилось холодное лезвие. Инстинкты заставили его остановиться и медленно сесть обратно.
Он посмотрел на владельца меча. С момента смерти Йотины всё вышло из-под контроля. Он не мог не разозлиться. Мрачно произнёс:
— Леди Оша, что вы делаете?
Оша не ответила, а повернулась к Вифее, которая уже подошла:
— Люди у дверей убраны. Снаружи пока никого нет.
Вифея кивнула и без колебаний потянулась к ключу, спрятанному на поясе маркиза.
— Вифея! — Маркиз дрогнул, тихо закричал. — Убери свою дерзость!
Вифея холодно подняла глаза. Она с презрением посмотрела в глаза маркиза:
— Эти слова, отец, вы, наверное, говорите себе?
Она подняла ключ перед собой. Да, это был он.
Маркиз резко осмотрел остальных в кабинете. Кроме Оши, брат и сестра Хайхеф выглядели расслабленно, наблюдая за происходящим.
Он вдруг понял, что его подставили. Его дочь, Вифея, подставила его! Когда? Когда они сговорились?
И… он с тревогой подумал, как она узнала об этом ключе? Нет, он всё ещё отрицал это.
Вифея смотрела на маркиза сверху вниз. В её глазах была насмешка:
— Отец, молитесь за себя.
Сказав это, она повернулась и встретилась с заинтересованным взглядом Ледисии. Она проигнорировала её и пошла к своей цели.
С каждым её точным и сложным движением маркиз внутренне содрогался. Это было невозможно. Это место знали только те, кто действительно становился маркизом.
Только сейчас маркиз понял, что его дочь знала больше, чем он думал.
Когда она узнала всё это?
Вифея достала документы. Нашла то, что хотела увидеть: записи о магических экспериментов по воскрешению, о сотнях людей, погибших в этих экспериментах.
Чем больше она читала, тем больше удивлялась. Вот как! Они использовали сирот, бездомных, тех, кого никто не заметит. А если кто-то узнает, то подкупали серебром. А если они продолжали настаивать, то сами становились подопытными.
Пять партий. Целых четыреста тридцать два человека.
Теперь она поняла, зачем маркизу была нужна эта магия.
Она не могла не усмехнуться. Ради власти.
Она признавала, что власть действительно была хорошей вещью. Иначе маркиз не смог бы так долго держать её под контролем. Но сейчас… она опустила глаза.
Этот долго существовавший капкан должен быть наконец разорван.
Она мучила маркиза его же методами: однажды просто перерезала ему горло, заставляла стоять на коленях, сокрушая его аристократическую гордость. Чем больше он боялся, тем больше она заставляла его испытать это.
Была ли она слишком мстительной? Нет. Во всех воспоминаниях Вифеи, во всей её боли, та мечтала изрубить маркиза на куски. Такое наказание было для него слишком мягким.
Она обладала всеми воспоминаниями Вифеи, знала всю её ненависть. Она признавала свою предвзятость: Вифея была её близким другом, и она естественно склонялась к ней, считая, что маркиз заслуживает самого мучительного наказания.
Маленькая Вифея, вся в ранах, сжалась в углу подвала, снова и снова сомневаясь в смысле своего существования. Она оцепенела под взглядами жадных глаз, в кровавых ранах видела жалкое будущее, жизнь, которую так легко было разглядеть. Никто не помогал ей. Так называемая семья, так называемые близкие были страшнее монстров. Она давно оказалась в пасти чудовища; в роде Кейсли не было места семейным узам.
В конце концов, в боли, в каплях крови, она нашла смысл. Она не просто хотела сбежать. Она хотела настоящую свободу: свободу без страха, что маркиз вернёт её; свободу, где никто не сможет её сдерживать; свободу без страха. Она хотела по-настоящему ступить в солнечный свет.
В мире есть бог, но Вифея никогда не верила в него. Близкие, находящиеся рядом, сами сплели для неё клетку. Как могла богиня с множеством последователей увидеть маленькую её? Бог не мог дать ей желаемое. Только она сама могла исполнить свои желания. Только она сама могла спасти себя. Она обязательно, обязательно спасёт себя! Она вытащит себя из этой трясины.
Вифея опустила документы. Воспоминания были слишком сильны; каждый раз, вспоминая их, она чувствовала жгучие эмоции: боль, ненависть, гнев... Она обернулась и с холодным взглядом направилась к Оше. Когда их взгляды встретились, её глаза смягчились. Под взглядом Оши она мягко положила руку на рукоять её меча. Оша поняла и отпустила его. Оша незаметно оглядела Вифею с головы до ног. Ей казалось, что сейчас Вифея очень зла.
http://tl.rulate.ru/book/148521/8337079
Готово:
