— Хлоп! — он вдруг хлопнул себя по лбу, и его глаза загорелись. — Есть идея, генерал, ты можешь выйти за него замуж!
— Кхм-кхм… — Вэй Цинъянь как раз сделала глоток чаю и закашлялась.
Ду Сюэи поспешил похлопать её по спине, собираясь ударить её с размаху, но вспомнил, что генерал теперь женщина, и ослабил силу.
Он продолжил анализировать свою идею:
— Старший, теперь ты женщина, дочь моего дома маркиза Аньюань, и ты вполне можешь стать княгиней Жун. Вы двое теперь связаны одной жизнью. Если Печать заслуг действительно нельзя забрать обратно, то как муж и жена тебе будет удобнее восстанавливать жизненную силу. Только тебе придётся поступиться своими принципами.
Мужчина, превратившийся в женщину, да ещё и вынужденный выйти замуж за человека, который давно за ним ухаживал.
В голове Ду Сюэи непроизвольно возникла сцена, где князь Жун прижимает генерала к себе, и в этой сцене генерал был таким, каким он был раньше — с чёткими чертами лица, длинными бровями и мужественной внешностью.
Два мужчины…
Он невольно содрогнулся.
Затем снова забеспокоился. Князь Жун любит мужчин. Генерал теперь женщина, и он, возможно, не захочет жениться на ней.
Нужно придумать способ устроить этот брак.
Слова Ду Сюэи заставили сердце Вэй Цинъянь странно дрогнуть, и по нему пробежало незнакомое чувство, вызвавшее у неё раздражение.
Она поспешно сказала:
— Не говори глупостей. Ты знаешь о Печати заслуг, и я найду способ. Сейчас тебе нужно сделать так, чтобы император был вынужден расследовать дело Хуаншалина.
Услышав о серьёзном деле, Ду Сюэи поспешил развеять все мысли о том, как свести их вместе, и серьёзно сказал:
— Завтра на утреннем совете я свяжусь с чиновниками, которые были близки с генералом-защитником государства, и мы вместе подадим петицию.
Вэй Цинъянь твёрдо сказала:
— Не нужно этого. Просто делай своё дело.
Весь город знает, что Ду Сюэи — человек генерала-защитника государства. Если в битве при Хуаншалине что-то не так, то его требование расследовать это дело из-за прежней дружбы с товарищами — это естественно.
Отсутствие реакции, напротив, вызовет подозрения.
Что касается остальных, то всё зависит от того, есть ли у них сердце. Вэй Цинъянь также сможет использовать это, чтобы увидеть некоторых людей и некоторые вещи.
— Хорошо, слушаюсь, старший, — Ду Сюэи кивнул.
Вэй Цинъянь вздохнула:
— Сюэи, если тебе что-то интересно или непонятно, ты можешь спросить.
Ду Сюэи, не задумываясь, ответил:
— Генерал не ошибается, я просто делаю, как сказано. Я также знаю, что генерал не причинит мне вреда, остальное не важно.
С первого день, как он вступил в Стражу защиты государства, он поступал именно так. Безусловное подчинение — это первое правило Стражи защиты государства, и, несмотря на кажущуюся строгость, солдаты не жаловались.
Потому что, будь то старый генерал или генерал, они никогда не пренебрегали жизнями солдат. Они действительно любили своих солдат, как собственных детей.
Даже спустя три года после смерти генерала семьи погибших солдат по-прежнему ежегодно получали компенсацию, которую генерал организовал на второй год своего командования.
И, узнав о действиях Гуань Ши, он ещё больше радовался, что тогда встретил генерала, иначе он, возможно, стал бы вторым маркизом Аньюань, прикованным к постели.
Вэй Цинъянь также знала, что десятилетние привычки нельзя изменить за один день. Поговорив ещё немного о делах семьи Гун, она отпустила его.
На следующее утро Вэй Цинъянь узнала о ситуации на утреннем совете.
Ши Юй, который не появлялся на совете более двух лет, также пришёл на утренний совете с той же целью, что и Ду Сюэи.
К удивлению Вэй Цинъянь, Гун Минчэн сегодня не взял отгул, а, как и обещал старшей сестре, выступил против семьи У.
Он указал, что даже если У Юйчу уже мёртв, его жена и дети должны быть арестованы как подозреваемые.
Но некоторые чиновники считали, что только на основании кровавого письма Ло Чэнчжоу будет трудно обвинить семью У.
Император поручил Министерству наказаний расследовать это дело, и если всё действительно так, как сказано в письме, то арестовать семью У.
Такое дело должно было быть передано в Великий суд, но император поручил его Министерству наказаний.
Вэй Цинъянь поняла, что император не хочет углубляться в расследование. Министр наказаний — человек из семьи Се.
Семья Се — родственники Великой императрицы, они — люди императора.
Если углубиться в расследование, дело о Су Фу, остатках предыдущей династии, и уездного начальника Цзы, шпиона Бэйлина, не удастся скрыть. Но действительно ли император беспокоится только о своей репутации?
Вэй Цинъянь усмехнулась с холодной насмешкой. Некоторые вещи нельзя не делать, даже если император не хочет.
Она приказала:
— Сюэи, тайно свяжись с семьями погибших солдат Стражи защиты государства…
— Маркиз, — А Лу поспешно подбежал и прервал речь Вэй Цинъянь. — Леди Гун привела семьи погибших солдат Стражи защиты государства в Хуаншалине в дом У, чтобы потребовать справедливости.
Ду Сюэи посмотрел на Вэй Цинъянь, открыл рот и, наконец, сказал:
— Леди Гун, кажется, действительно хорошо к тебе относится, но почему раньше этого не было видно? Вчера у неё так болела голова, что она билась о стену, а в доме было дело с духом злобы, которое нужно было срочно решить, а она всё ещё думала о генерале.
Вэй Цинъянь опустила взгляд. Она тоже хотела бы знать, почему раньше не проявлялась доброта старшей сестры.
Поэтому, когда братья Гун появились в доме маркиза Аньюань, она спросила:
— Леди Гун ещё не поправилась, почему она пошла в дом У?
Гун Минчэн не спал всю ночь, вместе с братом тщательно разбирая прошлое отца, но безрезультатно.
Он ушёл на утренний совет на рассвете и после совета сразу же отправился в дом маркиза Аньюань, выглядел измождённым и усталым.
Услышав вопрос Вэй Цинъянь, он поклонился:
— Ещё раз благодарю вас за спасение. Моя жена сегодня чувствует себя намного лучше. Цинъянь — её единственный брат. Если она не пойдёт в дом У, в её сердце будет копиться злость, что ещё больше навредит её здоровью, ей нужно было пойти.
— Доктор Гун не боится быть втянутым? — Вэй Цинъянь подняла взгляд.
http://tl.rulate.ru/book/148510/8570452
Готово:
